Читаем без скачивания Месть трех поросят - Валерий Роньшин

— Батя, а давай его протараним! — азартно предложил Федька.

— А давай, елки зелёные! — тоже с азартом откликнулся Иван Иваныч.

— Вот это по-нашему! — одобрительно крякнул майор Сикин, подкрутив усы. — По-русски!..

— Иду на таран! — объявил Дураков-старший и полностью вдавил педаль газа в пол.

«Запорожец» рванулся навстречу «Рэндж-Роверу». Но тарана не получилось. Джип резко отвернул, врезался в дорожный столб, перевернулся и закувыркался по насыпи. А «Запорожец» остановился на обочине.

Из перевернутого джипа вылезли Таракан с Мухомором, а из «Запорожца» — два Дураковых.

Бандиты были вне себя от ярости.

— Вы на кого наезжаете, козлы?! — орал Таракан.

— Мы вам сейчас рога поотшибаем! — орал Мухомор.

С угрожающим видом они двинулись на Дураковых.

Именно этого и ждал майор Сикин. Он проворно выскочил из «Запорожца» и наставил на бандитов пистолет.

— Лапы вверх! — гаркнул майор. — Милиция!

Таракан с Мухомором уже и сами поняли, что это милиция и что теперь им не убежать. Пуля догонит.

— Ну-ка, Федя, — распорядился Сикин, подавая Федьке пару наручников, — надень им «браслетики».

Федька с наручниками подошел к бандитам. Надевая «браслеты» на Таракана, он не удержался от язвительного вопросика:

— Не жмут, мистер Хопкинс?

— А где ваш шеф Ногососов? — спросил Сикин, продолжая держать бандитов на мушке.

Те демонстративно пожали плечами:

— Мы такого не знаем.

— Он, наверное, в машине прячется, — предположил Иван Иваныч.

— Я сейчас гляну! — Дураков-младший" бросился к джипу.

— Осторожнее, сынок! — крикнул ему вдогонку Дураков-старший. — Он может быть вооружен.

Федька смело распахнул дверцу «Рэндж-Ровера». В салоне никого не было. Если, конечно, не считать силиконовой куклы и гипсового Ленина. Да, да, именно Ленина, а не Луизы Дюваль. Сейчас Федька это ясно видел. Дело в том, что, когда джип кувыркался, гипсовый памятник раскололся, и внутри у него не оказалось ни грамма золота.

Увы, Федькина версия была ошибочной.

— Это гипсовая статуя, — понуро сообщил Дураков-младший, вернувшись к «Запорожцу». — Обычная гипсовая статуя…

Услышав Федькины слова, Таракан прямо позеленел от злости.

— Ну, Ногососов — гад ползучий! — заорал он, брызгая слюной. — Он же нас подставил! А сам с «золотой бабой» удрал!

— Захлопни мясорубку, придурок! — тоже заорал Мухомор. — Мальчишка тебя на понт берет!

— Да сам ты придурок, — огрызнулся Таракан. — Моргала-то пошире раскрой… — И бандит ткнул пальцем в сторону джипа.

Федька не закрыл дверцу «Рэндж-Ровера», и при ярком солнечном свете расколовшаяся статуя была видна, как на ладони.

Тут уж и Мухомор не на шутку распалился.

— Ах, Ногососов… — разразился потоком брани.

Не отставал от него и Таракан.

Ногососову, наверное, вовсю икалось от нелестных эпитетов, которыми его щедро награждали бывшие сообщники.

— Хватит разоряться, господа уголовники, — прервал потоки ругательств майор Сикин. — Пора ехать.

— Куда это? — спросил Мухомор.

— А вот куда. — И майор Сикин четырьмя скрещенными пальцами изобразил решетку.

Глава XXVII КТО СКРЫВАЕТСЯ ЗА БОРОДОЙ БЕЗБОРОДОВА?

Тем временем Элька Синичкина прибежала на базу отдыха.

— А Димы здесь нет, — сказала ей Лиза Дардыкина.

— А где он? — изумилась Элька.

— Не знаю, — пожала плечами Лиза. Дело же обстояло следующим образом. Когда Федька с Элькой ускакали в Старокозельск, Молодцов вдруг вспомнил об обещании принести Сэди Уоррен поесть. На кухне у Кукурузникова — ни крошки, самой Сэди из дома не выйти; он, Димка, в засаде; а Дураков с Синичкиной неизвестно когда вернутся.

Молодцов изложил ситуацию Дардыкиной.

— Так давай я отнесу ей что-нибудь поесть, — предложила Лиза.

— Она тебе не откроет. Мы договорились, что она только мне, Федьке или Эльке будет открывать.

— Ну тогда ты сам отнеси.

— А если в этот момент сюда бандиты нагрянут?

— Да не нагрянут.

— Ну а если? — настаивал Молодцов.

— А я тихонько через черный ход выберусь, — сказала Дардыкина. — И предупрежу тебя. Где в селе дом этого Кукурузникова?

Димка объяснил — где.

— Ладненько, — сказал он. — Я мигом смотаюсь. Одна нога здесь, другая там.

И Молодцов понесся в Хлевное.

Забежал к себе домой, набрал всякой еды, отнес американке и, не теряя времени на лишние разговоры, помчался обратно.

Пробежка заняла у него минут тридцать.

— Ну что, все в порядке? — запыхавшись, спросил он у Лизы.

— Да, все в порядке.

— Кто-нибудь приходил?

— Аркадий Петрович.

— Какой Аркадий Петрович? — сразу не вспомнил Димка.

— Профессор Безбородов.

— А-а.

— Представляешь, Дима, ему известно о тайнике.

— То есть как — известно?

— А он зашёл и говорит: «Знаете, Лизонька, в таком старинном флигеле, как этот, обязательно должна быть потайная комната».

— «Лизонька»? — повторил Молодцов. — Он же вас Машей называл.

— А я ему все рассказала. И про «трёх поросят». И о том, что я не парализованная.

Димка неодобрительно покачал головой.

— Зря вы рассказали. Отец же еще не взял преступника.

— Ну и что? — беспечно ответила Дардыкина. — Я же не кому-нибудь рассказала. А Аркадию Петровичу. Он такой замечательный и обаятельный человек. Я ему и про тайник рассказала…

— 3 а ч е м?! — вскричал Молодцов.

— К слову пришлось. Мы же с ним как раз про потайную комнату говорили.

У Димки внутри все забурлило от негодования. Ну Дардыкина!.. Ну трепло!..

— Надеюсь, про белый пиджак вы ему не рассказали?

— Рассказала.

— А про картину?

— И про картину.

— А про Сэди Уоррен?

— И про нее, и про Ногососова, и про куклу в гробу… — перечислила Лиза. — Я ему про всё рассказала.

— Лиза, — укоризненно произнес Молодцов. — Я же вас просил никому не рассказывать.

Дардыкина смущенно улыбнулась.

— Ну извини, Димочка. Не удержалась. Но даю тебе честное слово, что больше — ни-ко-му. Я и с Аркадия Петровича слово взяла, чтоб он никому не рассказывал.

— Лиза… — снова хотел было укорить Димка. Но передумал. Что толку? Дело уже сделано. Да он и сам-то хорош. Крутой сыщик, называется. Говорил же ему отец, что посторонним, в интересах следствия, нужно сообщать лишь минимум информации. Минимум! А он, как дурак, растрепал Дардыкиной и про американку, и про гроб с двойным дном, и про Ногососова… Вот и кусай теперь локти.

Молодцов мрачно вздохнул.

— Ну что ты так вздыхаешь, Димочка? Зато мне удалось получить кой-какую информацию.

— И какую? — без энтузиазма спросил Димка.

— Когда я рассказывала Аркадию Петровичу о том, что в белом пиджаке мы нашли газету с заметкой о Пипеткине, пришел дядя Вася. И оказалось, что он помнит этого Пипеткина. Действительно, скульптор жил здесь три года назад. Он не охотился, а просто отдыхал на базе отдыха. Только уже перед самым отъездом попросил дядю Васю показать ему проход через болото на остров, где много дичи. Решил, видно, все же поохотиться напоследок… Димка насторожился.

— И что, Рябчиков показал ему проход?

— Да, показал.

Димка задумался. «А что, если Пипеткин спрятал «золотую бабу» на острове? — думал он. — Возможно такое?.. Возможно».

Лиза между тем продолжала:

— …тоже попросил дядю Васю показать ему проход. И они сегодня пойдут на Чертово болото.

— Что-что-что? — спохватился Молодцов. Он прослушал, о чем говорила Дардыкина.

Лиза повторила:

— Я говорю, что Аркадий Петрович тоже попросил дядю Васю показать ему проход на остров. И они сегодня пойдут на Чертово болото…

Молодцова будто током шарахнуло. «Да ведь Безбородов-то и есть Ногососов!» — вдруг ясно понял он. Да! Да! Да! Такой замечательный и обаятельный профессор Безбородов — не кто иной, как мошенник Ногососов. Ведь настоящие мошенники именно такими и должны быть: замечательными, обаятельными, внушающими доверие. А иначе как они будут свои мошеннические делишки проворачивать?

Тут Димку второй раз будто током шарахнуло. Блин!.. Дардыкина же рассказала Ногососову, где прячется Сэди Уоррен!.. Он же сейчас убьет американку!..

Молодцов пулей сорвался с места.

— Дима, ты куда? — удивленно воскликнула Лиза.

Но Димке было уже не до Дардыкиной. Он несся, не чуя под собой ног. «Только бы успеть! Только бы успеть!» — стучало у него в голове. А ближе к селу в голову стукнуло вот еще что: «Эх, надо было ружье захватить…» Но не возвращаться же на базу. И Молодцов, выдернув по дороге здоровенный кол из частокола, огородами пробрался к дому Кукурузникова.

Понаблюдал из подсолнухов.

Входная дверь закрыта… Или открыта?.. Димка пригляделся: открыта! Кто-то выбил врезной замок!.. Молодцов в три прыжка подскочил к двери. Прислушался. В доме было тихо. Димка осторожно вступил в сени, готовясь к самому худшему. Сейчас на полу, в луже крови, он увидит труп Сэди Уоррен — американской девчонки, которая ему так понравилась, в которую он уже почти что влюбился.