class="p1">Объятия получились самыми настоящими, поцелуй – яростным, сладким и многообещающим. Тела проснулись. Сознание поплыло. От наших действий распалились зрители. Донесся голос Данилы:
– Давайте разнообразим. Со следующего раза выбранная девушка будет сидеть на коленях парня.
Оторваться от нежелавшего свободы мягкого счастья было трудно, но я справился и покосился на сестренку. Так дело не пойдет, пора прекращать провокации. Одно дело мы – взрослые и те, кто уже почти, и совсем другое – всякие шмокодявки, у которых на губах молоко не обсохло. Умненькая Наташа перехватила взгляд и что-то шепнула Даниле.
– Молодежь, вы же куда-то шли, пока нас не встретили? Вот и идите, не мешайте дядям и тетям.
Машка надула губки, зато Захар вскочил с радостью. Машка поднялась демонстративно медленно, чтобы оставшиеся почувствовали всю глубину ее возмущения и своего морального падения, и они с Захаром, наконец, отбыли. В беседке остались четверо: я, Данила, Даша и Наташа.
– Даша, крути, – распорядился Данила.
Как я уже понял, ни Даша не была его девушкой, ни Наташа, при этом лихая троица прекрасно чувствовала себя вместе, пока не появился я. Теперь девушки боролись за внимание нового кавалера, а недавний баловень судьбы ощущал себя обделенным. Он о чем-то пошептался с девчонками, обе нехотя кивнули. Вообще-то, шептаться при посторонних – неприлично, но, с другой стороны, если посторонних нет – зачем шептаться? У шепота должен быть смысл. Может быть, в моем присутствии девушкам напоминали про некие планы, о которых мне, как брату Машки, знать не следовало, чтобы не рассказал сестренке.
Игра продолжилась. Теперь со стороны Данилы неприятия не было, он словно бы подталкивал меня к более откровенным действиям.
– Везунчик, – сказал он, когда после застывшей в нетерпении Наташи, на которую горлышко указало первой, оно остановилось около меня.
То, что недавно висело на жердочке прикрытое розовым и, после ухода Маши и Захара, лишь на минуту распласталось по деревянным доскам круговой скамьи, превратилось в вихрь, налетело и оседлало мои колени. Моя шея попала в капкан, а чужой рот показал все, на что способен сам и что обещало все другое, еще незнакомое со мной столь близко. Я машинально свел руки в ответном объятии. Даша презрительно скривила губы, но взгляда не отвела. Распыляясь под напором Наташи, я одновременно косился на вторую игрунью, которая вдруг улыбнулась и послала обнадеживающий воздушный поцелуй: «Все понимаю и найду чем ответить на потуги рыжей выскочки». У меня вспотела спина. Пусть по сравнению с мальчишками двора я выглядел мешковато, зато весомо и солидно. Понимаю, почему вызвал ажиотаж. Имейся выбор, мне никогда не достичь такого успеха, но на безрачье и креветка омар. Как же приятно оказаться в нужное время в нужном месте.
Данила вскинул голову, вглядываясь куда-то вдаль позади меня. Я обернулся. Возвращались Машка с Захаром, и делали они это максимально быстро. На обоих, как говорится, лица не было, они почти бежали, изо всех сил стараясь сохранить достоинство и не превратиться для окружающих в испуганных детей, которыми, в сущности, быть еще не перестали. Машка едва не ревела, а кавалер мог спрятаться на фоне машины «Скорой помощи», если глаза закроет. У него даже губы побелели.
Достигнув беседки, Захар бросился к Даниле и зашептался с ним, а сестренка виноватой походкой гусеницы просеменила ко мне. Ее опущенные глаза пытались сквозь землю разглядеть Америку на той стороне планеты.
– Саня, тут такое дело… Мы шли… Мальчишки с соседнего двора начали меня задирать, а Захар ответил. Слово за слово… В общем, получилось, что он оскорбил их, и нашему двору забили стрелку. Через три часа в парке. А у нас все разъехались на лето. Кто остался – сейчас все здесь, это Захар и Данила. Пойдешь с ними на разборку с соседями?
– За них – нет. – Я выдержал паузу. – За тебя – да.
– Спасибо! Я знала, ты настоящий брат!
Даша с Наташей ревниво проследили за последовавшими сестринскими объятиями.
Приятно чувствовать себя востребованным. Хорошее выдалось лето. Что ни день, то приключение, а лето ведь только началось.
Как пояснил Захар, противников будет человек десять, в основном малолетки. Раньше в нашем дворе такие даже за боевые единицы не считались. Я размышлял, могу ли рассчитывать на знакомых из своего круга. Старая дворовая компания распалась, новое поколение в количестве двух особей сейчас таращило глаза в надежде на чудо. Данила – парень не промах, иначе не вылез бы в лидеры, Захар – просто пушечное мясо, хоть и мнит себя каратистом. Точнее, его мнят. Я тоже не боец в полном смысле слова, если сравнивать с теми, для кого это профессия или привычное развлечение. Но за себя и, тем более, за сестру постою. Нескольких пацанят явно стою.
Перебор в уме прежних приятелей ничего не дал. Почти все, с кем я учился и дружил, сейчас далеко, остались двое: обремененный близнецами молодой папаша, которого не хотелось впутывать в неприятности, и опустившийся одноклассник-выпивоха, связываться с которым выйдет себе дороже. В момент раздумий, на кого еще можно положиться, в кармане затрезвонило.
– Здорово, братан, – понесся из телефона знакомый гортанный говор, – на вечер галстук не одолжишь? Намечается культурное мероприятие с возможными некультурными последствиями, а у меня, как назло, все либо порвано, либо отдано.
Судьба подкинула идеальную кандидатуру, но время играло против. Не получится помочь друг другу, хотя оба могли бы.
– Я далеко.
– Жаль. – Гарун на секунду задумался. – Насколько далеко? А то, может быть, все решаемо.
– У родителей. – Я тяжко выдохнул.
– Да, не близко. И энтузиазма не слышно. Наверное, скука смертная?
– Не сказал бы.
Что-то насторожило друга.
– Так, выкладывай, где ты и что делаешь?
– Не поверишь: собираюсь на стрелку с малолетней шпаной.
– Ты?! Как угораздило?
– Из-за сестры.
– Понятно. Куда подъехать?
Вариант зубодробительно чудесный, но невыполнимый.
– Не успеешь. – Я еще раз вздохнул. – Стрелка через три часа, а электричкой или автобусом со всеми их остановками в наш городок добираться дольше.
– Адрес у меня записан, жди. – Дыхание Гаруна сбилось, словно он куда-то бежал.
– Говорю же: не успеешь!
– Сейчас скорый поезд отправляется, он идет через твои чепыжи. Если поторопиться…
– Гарун, поезд у нас не останавливается, здесь только электричка…
– Возьму билет до ближайшей станции, а на вашей сорву стоп-кран, какие дела? Если опоздаю на поезд, возьму такси. Все, жди.
Окружающие с удивлением смотрели на меня, медленно возвращавшегося в реальность.
– Друг приедет. – Я спрятал телефон в карман. – Надежный друг. Одним хорошим бойцом больше.
Девчонок мы отправили по домам. Начинались чисто мужские дела.
