— Ха-ха! — негромко рассмеялся я.
Огненный волшебник от моей реакции просто рассвирепел. Вокруг него вспыхнуло пламя. Несколько секунд я с усмешкой смотрел на Райха, а потом совершил одно-единственное действие. Огонь вокруг волшебника погас сам по себе. Он попытался что-то сказать, но схватился за грудь и начал судорожно дышать, а вскоре и вовсе упал на пол.
— Что ты сделал? — тихо спросил Тирион.
— Закрыл его воздушным щитом, а этот умник сам полностью выжег вокруг себя воздух. А без воздуха ни огонь не горит, ни человек не живет.
Толпа нестройно качнулась в нашу сторону. Гибель товарища их только разозлила.
— Держись, — негромко сказал я.
Их совместный удар был хорош. Против нас двоих разом использовали три десятка заклинаний. Мне даже показалось, что мой щит прогнулся под их атакой. Давно я не оказывался под таким ударом — сильным, но безыскусным. Чтобы отразить атаку, мне хватило обычного барьера, правда, пришлось усилить его до предела. Магический удар противника частью отражался, частью рассеивался им.
Видя, что удар не достиг цели, культисты продолжили атаку. Началось классическое противоборство магов, в учебнике такая схема называется «Щит против меча», побеждает тот, у кого больше сил. Но по учебнику драться я не собирался.
— Атакуй, я прикрою! — скомандовал я алхимику. Жаль, Арья наверху.
Тирион начал быстро чертить на полу неизвестную мне магическую, вернее, алхимическую фигуру. По меркам магов, возился он очень долго, целых пять секунд. Закончив, коснулся рукой одной из линий фигуры. Она вспыхнула синим цветом, а давление на мой барьер сразу же ослабло. С десяток колдунов провалились по пояс в ставший зыбучим пол. Тирион убрал руку, фигура погасла, а пол вновь закаменел.
— Неплохо, — прокомментировал я. — Можешь держать защиту?
— Да, но недолго.
— Ставь, моя очередь веселиться.
Защиту Тирион ставил еще дольше, чем атаковал. Целых семь секунд. Насколько я понял, он создал из воздуха перед нами подобие магического зеркала. Убедившись, что напарник справляется, я ослабил, но не убрал насовсем свою защиту. И атаковал сам.
Я не стал изощряться в высокой магии, а ударил точно так же, как они. Грубой силой без особых изысков. Но так, как им и в страшном сне не снилось. Ураганный ветер разметал культистов по углам комнат. Лишь единицы смогли удержаться на ногах, остальных сдуло к стенам зала. В комнате словно ревел дикий великан, стены ходили ходуном, а с потолка сыпался песок. Подавив сопротивление, я изменил заклинание и добил сбитых с ног колдунов, просто задушив их.
— Сдавайтесь, — я перестал атаковать, — или я убью вас всех.
— Остановите его, он всего лишь воздушный волшебник! — выкрикнула женщина в сером плаще. Она и ее спутники в бой до сих пор не вступали.
Ну что ж, сами напросились. Я честно дал им шанс сдаться и выжить. На этот раз я ударил по-настоящему. Колдуны даже не успели понять, что произошло. Невидимые лезвия рассекли их всех на несколько частей. Никто не успел защититься. В этом главное преимущество боевой магии воздуха перед остальными видами. Она убивает очень быстро. Пощадил я только женщину в сером. Ну как сказать «пощадил» — решил взять в плен, поэтому не убил, а отбросил к стене и оглушил.
В зал тем временем вбежали Арья с Лирей. Обе девушки встали рядом со мной и довольно хладнокровно смотрели на открывшееся зрелище. Хотя многого они просто не увидели. Из множества свечей, освещавших комнату, осталось всего несколько штук, и они едва могли разогнать темноту. Тирион освободил Ашею и повел к нам.
— Думаете, победили меня? — злобно рассмеялась культистка и, не поднимаясь, применила какую-то странную магию.
Мы с Арьей среагировали быстро: выставив защиту, отразили внезапную атаку. Стоявшая за нашими спинами Лира тоже не пострадала, так как мы косвенно прикрыли и ее. А вот Тирион попал под удар. Он схватился за голову и упал на колени.
— Что с тобой? — крикнула Лира и бросилась к нему.
Арья встала рядом с ними, окружила их своей защитой и заодно начала сплетать одно из смертельных заклинаний некромантии. Один я не торопился, а следил за реакцией волшебницы.
А реакция была интересной. Ее явно разочаровал тот факт, что лишь Тирион попал под удар. Но при этом она не растерялась, а быстро сообразила, что делать.
— Бесполезно, — заявила культистка, с надменным видом глядя на то, как Лира пытается привести парня в чувство. — Это заклинание погружает человека в лабиринт личных воспоминаний и переживаний. Ему оттуда не выбраться, его убьет собственная память.
— Тогда умрешь и ты! — крикнула Лира и направила на нее револьвер.
— Убьешь меня, и его никто не спасет, — усмехнулась волшебница.
— Чего ты хочешь?
— Верните девчонку мне и дайте закончить ритуал.
— А еще что тебе дать? — вмешался я. — Закрой рот и стой в сторонке, а не то я тебя прибью ненароком.
— Ты сможешь снять мое заклинание? — настороженно спросила она.
— Да легко, — соврал я и мысленно обратился к Арье: «Прикрой меня».
Я закрыл глаза и поднял руки перед собой. Магия, к которой я собирался прибегнуть, не требовала больших сил, но требовала опыта и большого искусства. Сосредоточившись, я представил флейту. Обычную поперечную флейту, изготовленную из качественно высушенного дерева, с клапанами и всем остальным. Очень хорошо представил, в мельчайших деталях. Я представил, что держу эту флейту в руках и подношу к губам. А затем начал наигрывать мелодию. В моих руках не было ничего, но я играл, как на настоящей флейте. А все остальные почувствовали музыку. Не услышали, эту музыку услышать невозможно, а именно почувствовали всем своим естеством.
Несуществующая флейта не издает звуков, которые можно было бы услышать. Но тем не менее музыка была. Несуществующая, неслышимая, воображаемая музыка, но в этом и есть суть магии — сделать воображаемое реальностью. Создав в своем сознании музыкальный инструмент, я сыграл на нем мелодию, которую услышали сознания других людей. И с помощью этой мелодии я мог управлять сознанием других людей.
Ментальная музыкальная магия — один из самых сложных разделов науки. Я освоил только флейту, самый легкий инструмент. И то знаю всего несколько мелодий. Но чтобы перебить заклинание предводительницы культистов, хватит и этого.
Продолжая играть на флейте, я открыл глаза и посмотрел на Тириона. Он все так же сидел на коленях, схватившись за голову. Я изменил ритм игры, музыка стала более быстрой и веселой. Она развеяла тяжелые мысли молодого алхимика и заставила бороться с заклинанием. Вскоре он поднялся на ноги. Его слегка качало, но взгляд был ясным и осмысленным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
