Обе ошеломленно молчали. Он вышел в коридор и прислонился спиной к стене, чувствуя себя так, словно только что едва избежал смерти.
— А, вот и ты, — сказал Майрону Адриан, который шел ему навстречу с маленькой тетрадью в руке. — Паж сказал, что я найду тебя здесь.
— Со мной случилась удивительная вещь, — проговорил Майрон, показывая на дверь покоев, которые только что покинул.
— Потом расскажешь… — Адриан протянул ему тетрадь. — Ты должен это прочитать сегодня вечером. Все, от начала до конца. Справишься?
— Только эту тетрадку?
Адриан улыбнулся.
— Я знал, что могу на тебя рассчитывать.
— А что это такое?
— Дневник Эдмунда Холла.
— Ничего себе!
— Вот именно. А завтра по дороге ты мне расскажешь, что там написано. Это поможет нам скоротать время.
— Завтра по дороге? — удивленно переспросил Майрон. — Так я возвращаюсь в аббатство?
— Все гораздо лучше, — кивнул Адриан. — Ты станешь героем!
Глава 6
ДОБРОВОЛЬЦЫ
Если сравнивать разные тюремные камеры, то Уайатт Деминталь видел места и похуже этого. Несмотря на каменные стены, здесь было удивительно тепло. Более того, место его заточения почти не отличалось от одинокой кельи, где он провел предыдущие несколько недель. Маленькая кровать уж точно была лучше, чем во многих комнатах, которые он снимал, и намного удобнее привычных гамаков. Солнечные лучи, проникавшие сквозь небольшое окно под потолком, ярко освещали противоположную стену помещения. Уайатт справедливости ради вынужден был признать, что это хорошая камера. И если бы не запертая дверь и не уставившийся на него гном, он даже мог бы назвать ее уютной.
Гном уже находился в камере, когда привели Уайатта, но стражники не стали представлять их друг другу. У гнома была коричневая, заплетенная в косичку борода и широкий сплющенный нос. Красовался он, кроме всего прочего, в кожаном жилете и больших черных сапогах. Хотя оба провели вместе уже несколько часов, никто из них не произнес за это время ни слова. Гном ворчал что-то невнятное себе под нос, стучал каблуками, устраиваясь поудобнее, но рта не открывал. Однако он имел неприятную привычку смотреть на человека в упор и поэтому не сводил с соседа по камере маленьких круглых глаз, сверкавших под кустистыми бровями, такими же густыми, как борода. Уайатт знал нескольких гномов, и все они тщательно ухаживали за своими бородами.
— Значит, ты моряк, — пробормотал гном.
Уайатт коротал время, играя пером своей шляпы. Он поднял голову и кивнул:
— А ты гном.
— Интересно, как ты догадался? — ухмыльнулся гном. — И что ты натворил?
Уайатт не видел причин что-то скрывать. Обычно люди лгут с прицелом на будущее, но Уайатт сильно сомневался, что оно у него есть.
— Я виновен в уничтожении Тур Дель Фура, — скромно казал он.
Гном явно заинтересовался его признанием:
— В самом деле? И какой его части?
— Всего города, точнее, Делгоса, если хорошенько подумать. Иными словами, когда Друминдор перестал действовать, порт был обречен, как и весь Делгос.
— Ты уничтожил целую страну?
— Можно и так сказать.
Уайатт с печальным видом вздохнул, кивая головой. Гном продолжал завороженно разглядывать Уайатта.
— А как насчет тебя? — спросил Уайатт. — Что сделал ты?
— Я пытался украсть кинжал.
Теперь пришел черед удивляться Уайатту.
— Да неужели? Всего лишь кинжал?
— Конечно, но не забывай, что ты имеешь дело с гномом. Тебе просто дали бы по рукам. Ты всего лишь уничтожил целую страну, а меня скорее всего отдадут на растерзание диким псам.
Дверь в камеру распахнулась, и Уайатт понял, что он видит перед собой императрицу Модину Новронскую, хотя никогда прежде с ней не встречался. Она вошла в сопровождении стражников и худого человека в щегольском парике.
— Вы оба виновны в преступлениях, заслуживающих смертной казни, — сказала Модина.
Уайатта удивил ее голос. Он ожидал услышать ледяной тон, пронзительное превосходство, характерное для представителей высшей аристократии. Однако императрица говорила, как молодая девушка.
— Уайатт Деминталь, — произнес официальным тоном худой человек в парике, — за злоумышленные деяния, которые привели к вторжению в Делгос морских гоблинов и уничтожению Тур Дель Фура, вы признаны виновным в государственной измене и приговариваетесь к смертной казни через обезглавливание. Приговор будет приведен в исполнение немедленно.
Затем императрица повернулась к гному. И вновь заговорил худой человек в парике:
— Гном Магнус, за убийство короля Амрата ты приговариваешься к смерти. Ты будешь немедленно обезглавлен.
— Похоже, ты не обо всем мне рассказал, — попенял Уайатт гному, который в ответ буркнул нечто невнятное.
— Ваша жизнь подошла к концу, — сказала Модина. — Как только я покину эту камеру, палач отведет вас на плаху, где состоится казнь. Вы хотите что-нибудь сказать перед моим уходом?
— Моя дочь невиновна, — воскликнул Уайатт. — И Эльден, такой большой парень, который за ней присматривает, тоже. Я прошу вас, пожалуйста, не наказывайте их.
— Они свободны и могут уйти в любой момент. Но куда они пойдут после твоей смерти? Ты ведь заботился о них много лет? Эльден будет охранять твою дочь, но едва ли он сумеет обеспечить ее всем необходимым.
— Почему вы мне это говорите? — Уайатта удивило, что молодая девушка может быть такой жестокой.
— Потому что я намерена сделать тебе предложение, мастер Деминталь. Точнее, вам обоим. Учитывая ваше нынешнее положение, оно должно вас заинтересовать. Я хочу, чтобы вы выполнили одно поручение. Вам придется отправиться в трудный поход, и я подозреваю, что он будет очень опасным. Если вы согласитесь, после возвращения я вынесу вам обоим оправдательный приговор.
— А если я не вернусь, что станет с Элли и Эльденом?
— Эльден отправится вместе с тобой. Мне нужны сильные и опытные моряки. Думаю, он будет полезным.
— А Элли? Я не допущу, чтобы ее оставили в тюрьме или приюте. Можно она составит нам компанию?
— Нет, как я уже говорила, поход будет опасным, поэтому она останется со мной. Я буду ее опекуном, пока вы не вернетесь.
— А если я не вернусь? Что, если Эльден и я…
— В таком случае она станет моей приемной дочерью.
— Правда?
— Да, мастер Деминталь. Если вы добьетесь успеха, вас полностью оправдают. Если потерпите поражение, Элли станет мне дочерью. Конечно, вы можете отказаться от моего предложения, но в таком случае прошу уведомить, что вы предпочли повязку смертника на глазах. Выбор за вами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
