Poole had, indeed, no very pleasant news to communicate (на самом деле, Пул не мог сообщить ему ничего приятного: «имел не очень приятные новости, чтобы сообщить»). The doctor, it appeared now more than ever (доктор, это проявлялось теперь чаще, чем когда-либо) confined himself to the cabinet over the laboratory (запирался в кабинете над лабораторией; to confine – ограничивать; заточать, держать взаперти), where he would sometimes even sleep (где он даже иногда ночевал: «спал»); he was out of spirits (он был не в духе), he had grown very silent (он стал очень молчалив), he did not read (он ничего не читал); it seemed as if he had something on his mind (казалось, что он что-то задумал: «имел что-то на своем разуме»). Utterson became so used to the unvarying character of these reports (Аттерсон настолько привык к неизменному характеру этих сообщений; to vary – меняться, изменяться), that he fell off little by little in the frequency of his visits (что постепенно он стал приходить все реже и реже; to fall off – отпадать; уменьшаться; frequency – частотность; повторяемость; frequent – частый; часто встречающийся, повторяющийся).
Poole had, indeed, no very pleasant news to communicate. The doctor, it appeared now more than ever confined himself to the cabinet over the laboratory, where he would sometimes even sleep; he was out of spirits, he had grown very silent, he did not read; it seemed as if he had something on his mind. Utterson became so used to the unvarying character of these reports, that he fell off little by little in the frequency of his visits.
VII
Incident at the Window
(Случай = эпизод у окна)
It chanced on Sunday, when Mr. Utterson was on his usual walk with Mr. Enfield (в воскресенье, когда мистер Аттерсон, как обычно, прогуливался с мистером Энфилдом, случилось так), that their way lay once again through the by-street (что их путь снова пролегал по той самой улочке); and that when they came in front of the door (и когда оба они поравнялись с: «прошли перед» той самой дверью), both stopped to gaze on it (они оба остановились, чтобы взглянуть на нее).
“Well,” said Enfield, “that story’s at an end, at least (во всяком случае, история та подошла к концу). We shall never see more of Mr. Hyde (мы больше никогда не увидим мистера Хайда).”
“I hope not (надеюсь, что так),” said Utterson. “Did I ever tell you that I once saw him (а я вам рассказывал, что однажды я видел его), and shared your feeling of repulsion (и испытал то же самое чувство отвращения, что и вы; to share – делить; разделять /чувства, мнения и т. п./, сопереживать)?”
It chanced on Sunday, when Mr. Utterson was on his usual walk with Mr. Enfield, that their way lay once again through the by-street; and that when they came in front of the door, both stopped to gaze on it.
“Well,” said Enfield, “that story’s at an end, at least. We shall never see more of Mr. Hyde.”
“I hope not,” said Utterson. “Did I ever tell you that I once saw him, and shared your feeling of repulsion?”
“It was impossible to do the one without the other (невозможно было увидеть его и не испытать отвращения: «невозможно было сделать одно без второго»),” returned Enfield. “And, by the way, what an ass you must have thought me (и кстати, каким же глупцом вы, должно быть, сочли меня; ass – осел; глупец, тупица), not to know that this was a back way to Dr. Jekyll’s (что я не узнал, что это черный вход в дом доктора Джекила)! It was partly your own fault that I found it out, even when I did (это была частично ваша вина, что я это выяснил, даже если я /сам/ сделал /это/ = собственно, если бы не вы, я бы этого по-прежнему не знал; to find out – разузнать; раскрыть /тайну/).”
“So you found it out, did you (так вы это разузнали)?” said Utterson. “But if that be so, we may step into the court (но если это так, мы можем зайти во двор) and take a look at the windows (и взглянуть на окна). To tell you the truth, I am uneasy about poor Jekyll (сказать вам по правде, я встревожен из-за бедняги Джекила); and even outside (пусть даже и снаружи /его дома/), I feel as if the presence of a friend might do him good (я чувствую так, словно присутствие друга может принести ему пользу; good – добро; польза).”
“It was impossible to do the one without the other,” returned Enfield. “And, by the way, what an ass you must have thought me, not to know that this was a back way to Dr. Jekyll’s! It was partly your own fault that I found it out, even when I did.”
“So you found it out, did you?” said Utterson. “But if that be so, we may step into the court and take a look at the windows. To tell you the truth, I am uneasy about poor Jekyll; and even outside, I feel as if the presence of a friend might do him good.”
The court was very cool and a little damp (двор было очень холодным и немного сырым), and full of premature twilight (и полным ранних: «преждевременных» сумерек), although the sky, high up overhead was still bright with sunset (хотя небо, высоко над их головами, еще светилось закатным огнем: «было все еще светло от заката»). The middle one of the three windows was half way open (среднее из трех окон было полуоткрыто; half way – наполовину); and sitting close beside it taking the air with an infinite sadness of mien, like some disconsolate prisoner, Utterson saw Dr. Jekyll (и сидящим рядом с ним, дышащим /свежим/ воздухом с бесконечной печалью выражения = с бесконечно печальным видом, подобно какому-то неутешному узнику, Аттерсон увидел доктора Джекила; mien – мина, выражение лица; вид, внешность, наружность).
“What! Jekyll!” he cried. “I trust you are better (надеюсь вам лучше; to trust – доверять; надеяться, полагаться).”
“I am very low, Utterson (я очень слаб, Аттерсон; low – низкий; слабый, плохой),” replied the doctor drearily (мрачно ответил доктор; dreary – грустный, печальный; унылый, подавленный); “very low (очень слаб). It will not last long, thank God (это не продлится долго, слава Богу).”
The court was very cool and a little damp, and full of premature twilight, although the sky, high up overhead was still bright with sunset. The middle one of the three windows was half way open; and sitting close beside it taking the air with an infinite sadness of mien, like some disconsolate prisoner, Utterson saw Dr. Jekyll.
“What! Jekyll!” he cried. “I trust you are better.”
“I am very low, Utterson,” replied the doctor drearily; “very low. It will not last long, thank God.”
“You stay too much indoors (вы слишком много времени проводите дома; indoors – внутри дома, в помещении),” said the lawyer. “You should be out (вам следует бывать на улице), whipping up the circulation, like Mr. Enfield and me (оживляя кровообращение = разгоняя кровь, как это делаем мы с мистером Энфилдом; to whip up – хлестать; подгонять, подхлестывать; circulation – циркуляция; кровообращение). (This is my cousin – Mr. Enfield – Dr. Jekyll) (это мой родственник – мистер Энфилд, доктор Джекил). Come now; get your hat, and take a quick turn with us (давайте же, возьмите вашу шляпу, прогуляйтесь с нами недолго; turn – оборот; короткая прогулка).”
“You are very good (вы очень добры/любезны),” sighed the other (вздохнул доктор). “I should like to very much; but no, no, no; it is quite impossible; I dare not (я бы с удовольствием, но нет, это совершенно невозможно, я не осмеливаюсь). But indeed, Utterson, I am very glad to see you (но, право же, Аттерсон, я очень рад вас видеть); this is really a great pleasure (это действительно огромное удовольствие). I would ask you and Mr. Enfield up, but the place is really not fit (я хотел бы пригласить вас и мистера Энфилда подняться ко мне, но здесь такой беспорядок; place – место; дом, жилище; fit – пригодный, подходящий).”
“Why then (что ж, тогда),” said the lawyer good-naturedly (сказал нотариус добродушно), “the best thing we can do is to stay down here (самое лучшее, что мы можем сделать – так это остаться здесь, внизу), and speak with you from where we are (и разговаривать с вами отсюда: «с того места, где мы находимся»).”
”You stay too much indoors,” said the lawyer. “You should be out, whipping up the circulation, like Mr. Enfield and me. (This is my cousin – Mr. Enfield – Dr. Jekyll.) Come now; get your hat, and take a quick turn with us.”
“You are very good,” sighed the other. “I should like to very much; but no, no, no; it is quite impossible; I dare not. But indeed, Utterson, I am very glad to see you; this is really a great pleasure. I would ask you and Mr. Enfield up, but the place is really not fit.”
“Why then,” said the lawyer good-naturedly, “the best thing we can do is to stay down here, and speak with you from where we are.”
“That is just what I was about to propose (именно это я и собирался предложить; to be about to do smth. – собираться, намереваться сделать что-либо),” returned the doctor, with a smile (с улыбкой ответил доктор). But the words were hardly uttered (едва эти слова были произнесены), before the smile was struck out of his face (как улыбка исчезла с его лица; to strike out – вычеркивать, стирать; исключать) and succeeded by an expression of such abject terror and despair (и сменилась выражением такого малодушного ужаса и отчаяния; to succeed – следовать /за чем-либо/, сменять; abject – подлый, низкий; смиренный; малодушный; самоуничижительный), as froze the very blood of the two gentlemen below (от которого застыла: «который заморозил» кровь /в жилах/ у двух джентльменов, что стояли внизу; to freeze – морозить; замерзать). They saw it but for a glimpse (они увидели это /выражение/ всего лишь на мгновение), for the window was instantly thrust down (потому что окно было немедленно /резко/ закрыто: «толкнуто вниз» = была резко опущена оконная рама; glimpse – мелькание; мимолетное впечатление /зрительное/; to thrust – толкать); but that glimpse had been sufficient (но и того мгновения оказалось достаточно), and they turned and left the court without a word (и они повернулись и покинули двор, не сказав ни слова).
“That is just what I was about to propose,” returned the doctor, with a smile. But the words were hardly uttered, before the smile was struck out of his face and succeeded by an expression of such abject terror and despair, as froze the very blood of the two gentlemen below. They saw it but for a glimpse, for the window was instantly thrust down; but that glimpse had been sufficient, and they turned and left the court without a word.
