— Я думаю — пора, — сказал Роджер. — Больше медлить нельзя. Что если попробовать открыть огонь, проскочить вперед на одной машине, а другой — встать сзади. Зажмем их с двух сторон — никуда не денутся! Сейчас они, скорей всего, между этой деревней и следующей. Быстро смылись, ничего не скажешь.
— Это, мысль, конечно, — задумчиво проговорил Пирри. — Хотя они наверняка будут бороться до конца, а в той машине — целый арсенал. Очень рискованно, ведь с ними ваши жена и дочь, Кастэнс.
— Как же быть?
Джон пытался собраться с мыслями. Тщетно. Лишь слепая ненависть, отчаяние и крохотная надежда.
— Местность здесь слишком равнинная. Вот если забраться на тот дуб, можно, наверно, увидеть их в бинокль, — сказал Пирри.
Дуб рос на обочине.
— Подсадите-ка меня, — сказал Роджер.
Он быстро взобрался почти на самую верхушку, где листва не была такой густой.
— Есть! — закричал он внезапно.
— Где они? — Джон едва сдерживался.
— Меньше мили отсюда. Тащатся в поле слева от дороги. Я спускаюсь.
— Мэри и Анна с ними?
Роджер соскочил с нижней ветки.
— Да, они там… — он избегал взгляда Джона.
— Слева, значит… — пробормотал Пирри. — И далеко?
— За живой изгородью, почти напротив въезда в поле.
Пирри отошел к своему «Форду» и вернулся с тяжелой спортивной винтовкой.
— Ровно через десять минут после моего ухода, — сказал он, — садитесь в машину и на полной скорости — вперед. Остановитесь в нескольких ярдах за въездом и откройте огонь. Только стреляйте не по ним, а вдоль дороги, назад. Остальное — мое дело.
— Десять минут! — воскликнул Джон.
— Вы хотите застать их живыми?
— А если мы спугнем бандитов?
— Вы услышите, если они начнут выбираться с поля. Только не мешайте им… — Пирри замялся. — Видите ли, в этом случае маловероятно, что ваша жена и дочь…
Он как-то неопределенно кивнул и пошел по дороге. Вскоре отыскал в живой изгороди щель и нырнул в нее.
— Не прозевать бы, — сказал Роджер. — Оливия, Миллисент, заберите детей в «Форд». Пошли, Джонни.
Усевшись рядом с Роджером на переднем сидении, Джон вдруг усмехнулся с горечью.
— Славный из меня предводитель, правда?
Роджер взглянул на него.
— Успокойся. Ты не виноват.
— Кровавые свиньи! Ведь в любую минуту… Один Бог знает, чем все это кончится для Анны. А Мэри, моя девочка…
— Успокойся, — повторил Роджер и снова посмотрел на часы. — Если удача на нашей стороне, этим ублюдкам осталось жить девять минут.
— Здесь рядом телефонная будка, видел? — Джон сам поразился такой неожиданной идее. — Никто даже не подумал, что можно вызвать полицию.
— Зачем? Речь идет о личных счетах, а не об угрозе общественной безопасности. Это месть.
Оставшееся время оба молчали. Когда, наконец, истекли показавшиеся вечностью десять минут, Роджер включил зажигание и до отказа нажал на акселератор. На предельной скорости машина проскочила просвет в живой изгороди, через который они мельком увидели «Воксхол». Проехав еще ярдов пятьдесят, до изгиба дороги, Роджер резко осадил и развернул машину поперек.
Джон схватил автоматическую винтовку выскочил из машины и, перегнувшись через капот, открыл огонь короткими очередями.
Выстрелы оглушительно гремели в мирной тишине летнего дня. Издали, словно в ответ, донеслось три сухих щелчка. Потом все смолкло.
— Я пойду туда, — сказал Джон. — Тебе лучше остаться.
Роджер кивнул. Нырнув в густые заросли, Джон продирался вперед, не обращая внимания на шипы терновника, впивавшиеся в кожу. Наконец изгородь кончилась. На дальнем краю поля Джон увидел Пирри. Он шел степенно, не торопясь. Вдруг вдалеке послышался чей-то стон. Не помня себя, Джон бросился бежать. Ноги скользили и разъезжались на мокром вспаханном поле.
Прямо на земле, рядом с машиной, сидела Анна, Мэри — у нее на коленях. Живы. Трое раненных бандитов лежали неподалеку. Джон подошел к ним. Один — щупленький, жилистый, с узким, заросшим рыжеватой щетиной, лицом, чуть приподнялся, в руке он держал револьвер. Джон увидел, как Пирри быстро, но без излишней спешки, вскинул винтовку. Слабый щелчок выстрела, и раненый упал, вскрикнув от боли. Какая-то пичуга вспорхнула с изгороди и унеслась прочь.
Взяв в машине плед, Джон заботливо укрыл жену и дочь.
— Анна, Мэри, родные мои, — шепотом, словно боясь даже голосом причинить им новую боль, сказал он. — Все позади.
Они не ответили. Мэри тихонько плакала. Едва взглянув на мужа, Анна отвернулась.
Подошел Пирри и бесстрастно, но точно пнул одного раненого. Тот пронзительно закричал.
Появился Роджер.
— Не такая хорошая работа, как в прошлый раз, — заметил он, взглянув на Пирри.
— Мне вдруг пришла в голову мысль, — сказал Пирри, — что это было бы несправедливо. — Он пристально посмотрел на Джона. — По-моему, казнить их — ваше право.
Один из бандитов был ранен в бедро. Он лежал, скорчившись, зажимая рану ладонями. Лицо сморщилось от боли, как у обиженного ребенка. Услышав слова Пирри, он теперь смотрел на Джона с животной мольбой.
Джон отвернулся и тихо сказал, ни к кому не обращаясь:
— Прикончите их.
Револьвер Роджера кашлянул раз, другой. Последний выдох раненого…
— Роджер! — закричала Анна.
— Что такое, Анна? — мягко сказал Роджер.
Нежно отстранив дочь, Анна встала.
Джон бросился к ней. И тут произошло неожиданное. Не успел он опомниться, как Анна сорвала с его плеча винтовку.
Тот, что был ранен в бедро, еще дышал. Прихрамывая и стиснув зубы от боли, Анна подошла к нему.
— Мне очень жаль, миссис. Простите. — отчаянная надежда чуть рассеяла мучительный страх на его лице. Говорил он с сильным йоркширским акцентом. Джон вдруг вспомнил, что такой же точно голос был у одного водителя на их заводе, когда-то давно, в Северной Африке. Того веселого маленького толстячка убили за Бизертой.
Анна подняла винтовку.
— Нет! Нет, миссис! У меня дети…
— Не за себя, — сказала Анна совершенно ровным голосом. — За дочь. Когда вы… я поклялась убить вас, если только останусь жива.
— Нет! Вы не смеете! Это убийство!
Анна никак не могла справиться с оружием. Все еще не веря, раненый смотрел на нее снизу вверх, не отводя удивленного застывшего взгляда, даже когда пули начали рвать его тело. Словно не видя, что он уже затих навеки, Анна все стреляла и стреляла, пока не опустел магазин. Наступила тишина, лишь еле всхлипывала Мэри.
— Браво, миссис Кастэнс, — спокойно сказал Пирри. — теперь вам лучше отдохнуть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
