Исходя из подробного диагноза, адепт Священной Терапевтики выбирает соответствующий метод лечения. В нашем случае метод должен соответствовать основным диагностическим пунктам[66], а именно:
1. Развить личностные силы пациента (здесь — разум, раскаяние, волю), чтобы приостановить действие Закона Временного воздаяния за грех, иначе говоря — привести пациента к фазе искупления греха. Успешное выполнение этого первого и главного условия делает возможной дальнейшую работу над болезнями- следствиями.
2. Удалить постоянно присутствующие в Астросоме больного демонические субстанции, независимо от того, носят они сознательный или бессознательный характер. Или, если присутствие таких субстанций в Астросоме больного непостоянно и приступы демонической одержимости возникают по причине частых демонических диверсий в Астросом, — выявить место и причину возникновения демонической диверсии и перекрыть ей доступ в соответствующий участок, или подплан Астросома.
3. Ликвидировать рассеянные в психике пациента частицы страхового невроза.
4. Повлиять на пациента теургически, пробудив в нем главнейшие волевые импульсы, чтобы привести вышедшие из-под контроля и зафиксировавшиеся на страховых символах мыслеструктуры к «повиновению».
Следуя этим вытекающим из основного диагноза ориентировкам, вернее, составленным по ним формулам, я провел с пациенткой семь актов Священной Терапевтики. Учитывая лабильность ее психики, я несколько раздвинул обычное время акта, а также значительно повысил интенсивность заклинательного тока на те участки Астросома, где это было необходимо. Лечение, по всей видимости, закончилось явным и полным успехом: уже через пять актов Священной Терапевтики «всадник», после каждого акта принимавший все более истощенный вид, исчез. Страхи и навязчивые мысли также исчезли — девушка свободно носила любую одежду, общалась с людьми, вернулась на работу, откуда восемь месяцев назад была вынуждена уйти. Она говорила, что вернулась из смерти в жизнь…
Мое удивление было очень велико, когда шесть месяцев спустя позвонил отец Лилии и с ноткой отчаяния в голосе попросил меня спасти его дочь во второй раз.
— Что случилось?
— Видно, чем-то мы прогневали Господа Бога…
Лилия смотрела на меня виновато и сразу начала с объяснений: страхи снова появились месяц назад, вернее приняли иную форму. Страх вызывали некоторые телевизионные передачи, газеты, газетные киоски, многие книги и журналы. Мыслительные процессы снова вышли из-под контроля, приняли хаотический характер.
Чтобы уяснить себе сложившуюся ситуацию, а также ее причины и возможные перспективы развития, я дал девушке следующее задание. Вечером, перед сном, уединиться в темном помещении и, отключив электрические приборы, сосредоточить свое сознание перед горящей свечой на следующей фразе-формуле:
«Предаюсь в руки Высшего Правосудия. Отрекаюсь от Сатаны». Мои первоначальные догадки, появившиеся год назад и исчезнувшие ввиду полного (кажущегося) выздоровления пациентки, увы, начали подтверждаться: как я и ожидал, сознание девушки моментально создало этой формуле свой полный и разрушительный антитезис:
«Отрекаюсь от Высшего Правосудия. Предаюсь в руки Сатаны».
Как она объяснила мне, эта мысль (построенная по классическому сатанистическому образцу — 3. А.) полностью завладела ее сознанием, и от этого она была вынуждена приостановить упражнения.
Я вернулся к старым вычислениям, они были точны, следовательно, ошибки ни в одном из пунктов диагноза быть не могло, кроме… четвертого, касающегося временного воздаяния. А он целиком основывается на правдивых показаниях пациента и духовных выводах адепта.
— Скажите, Лилия, почему вы скрыли от меня всю правду об истории вашей болезни?
— Я очень виновата перед вами. Мне было стыдно.
А реальная история болезни оказалась такова. В пять лет девочку впервые стали посещать ночные видения. Чаще всего повторялся один и тот же кошмарный сон: она пыталась убить ножом… собственную мать. Отношения между матерью и дочерью в принципе всегда оставались хорошими, но пациентка призналась мне, что втайне часто ревновала отца к матери[67]. В возрасте десяти лет появились странные и «неприличные», по ее определению, видения: часто во время питья ей казалось, что она уринирует на кого-то.
Позже, когда в шестнадцать лет пациентка имела первую половую связь, ее долго преследовала навязчивая идея о том, что нечто нехорошее может случиться с детородным органом ее друга; и, чтобы освободиться от этой идеи, ее психика провела подсознательную символическую аналогию между этим органом и;., обыкновенной губкой, всегда находившейся на полке в ванной комнате. С этого момента к губке никто не смел прикоснуться, поскольку Лилия моментально впадала в истерику и успокаивалась, лишь когда «символ» занимал свое обычное место.
После поступления в институт симптомы на некоторое время исчезли, точнее — их проявления сводились к минимуму, и вспыхнули с новой силой вместе с появлением признаков демонической одержимости. Можно сказать, что демоническая одержимость окончательно освободила все скрытые разрушительные силы организма и, действуя самостоятельно от них, сыграла роль пожара, взрывающего надежно скрытые в подземелье горючие материалы.
Но почему, спросит читатель, почему все эти процессы, которые так подробно описывает автор, протекают как проявление пожизненного воздаяния за грех, а не временного?
Давайте найдем ответ на этот вопрос. Мы приходим к такому категоричному и единственному заключению, основываясь на следующих доводах:
1. Болезнь исцеляется полностью лишь временно, и на смену одним ликвидированным симптомам являются другие, иного строения и характера, но те же самые по своей задаче (воздаяние за совершенные грехи и — инфлукс к раскаянию в них). Например: на смену ликвидированной на пространстве психики демонической одержимости через определенное время (шесть месяцев) приходит страховая фиксация сознания на страхе перед газетами, киосками, книгами и т. п. Этот процесс протекает сознательно: пациентка отдает себе отчет, на чем сосредоточено ее сознание, и придумывает этому свое «оправдательное» объяснение: допустим, в данном журнале может быть опубликована информация или фотографии, способные вызвать у нее страховые симптомы, и от этого идефикс переключается на журналы и газеты вообще, а оттуда — на газетные киоски. Налицо первый важный оккультный симптом: симптом замещения уничтоженного недуга — другим (символически назовем его — «замещающим»),
2. Пожизненное воздаяние за грех констатируется методом исключения: отсутствует какая-либо иная серьезная духовная причина этих болезней, между тем как соматическая — невозможна. Временное воздаяние за грех — как вероятная духовная причина — исключено в силу доводов, перечисленных в пункте «а». Чтобы подтвердить вывод о пожизненном воздаянии за грех, требуется провести два полных курса лечения через длительный промежуток времени и, получив соответствующую формулу, сравнить результаты (что и было затем сделано).
3. Видения смертельного грехопадения, регулярно посещавшие ребенка в возрасте пяти лет (видения убийства собственной матери), можно трактовать только как воспоминания духовного зародыша о поступках, реально совершенных на протяжении одного, самое большее — двух реинкарнационных периодов. Видения из прошлой жизни часто посещают детей в возрасте от двух до семи лет, а иногда и до более позднего возраста — пока психические способности ребенка не будут сглажены новым жизненным опытом и уже сформировавшаяся душа не утратит свою первоначальную чувствительность и восприимчивость.
4. Показания конденсатора[68], выявившего постоянную трансмутацию отрицательной нервной энергии пациента и равномерный приток нового AODa вместо удаленного в конденсатор, характерны для пункта «а».
Это, однако, не все. Как уже упоминалось, чтобы подтвердить свои первоначальные выводы, я решил провести второй курс лечения — еще семь актов Священной Терапевтики. Предвидя вероятность не уничтожения, но трансформации материи невроза после первого курса лечения, я использовал конденсатор для удаления большей части активной отрицательной материи из психики пациентки вообще. Реакция конденсатора была поразительна: вместо обычной упругой формы и нескольких трещин, обыкновенно появляющихся к концу лечения (трещины характеризуют степень вложенного напряжения), препарат… после пятого акта расплавился и потек; а индикаторы, характеризующие распределение AODa в Астросоме, в течение всего лечения меняли свою структуру, которая по всем законам гиперфизических материй должна оставаться неизменной.
