Высокий, кажется, выше меня на голову (а я никогда не считала себя коротышкой), он стоял и смотрел на меня, а в это время червь уже оторвал от стены белого от ужаса Тана и теперь тащил его к себе в пасть. Не соображая, что делаю, я приказала этому странному, лишь отдаленно напоминавшему человека существу:
— Он должен жить. Освободи его и убей монстра. — Прокричав это, я задрожала от ужаса перед тем, кого сама только что вызвала, не зная как.
На секунду мне показалось, что вместо помощи меня сейчас разорвут на тысячи мелких кусочков, но пришелец вдруг резко отвернулся и… исчез. Я мигнула — не понимая, как такое возможно.
В следующее же мгновение его фигура появилась над головой червя, сверкнули лезвия двух мечей и крест — и вонзились в бледную плоть…
Как же он орал! Мне показалось, что еще чуть-чуть — и барабанные перепонки просто не выдержат. Но потом червь отшвырнул Тана и попытался достать лентами мою… тень? Но не тут-то было. Мы с Пыхом зачарованно наблюдали за этим своеобразным танцем смерти — червь снова и снова выбрасывал ленты, пытаясь поймать обидчика, а обидчик уворачивался от лент с нечеловеческой ловкостью. Снова и снова он вонзал мечи, попадая точно в известные только ему нервные центры монстра, — иначе как объяснить, что уже после третьего удара монстр, забыв о мучителе, забился в конвульсиях, вереща и истекая слизью, при этом хаотично выпуская ленты во все стороны. Тан чуть не попал под одну из них, но незнакомец выдернул его за миг до того, как на это самое место обрушилась лента.
Я вздохнула с облегчением, и это отозвалось жуткой болью в сломанных ребрах и спине. Милосердная тьма забвения поглотила мой разум. Последнее, что я видела, перед тем как потерять сознание, — испуганная мордочка Пыха.
Глава 4
Василиск сидел в комнате перед камином. В руке на длинной цепочке покачивалось закрытое зеркальце. Только что состоялся очень неприятный для него разговор с королем, суть которого сводилась к следующему: «Найдешь девчонку любыми способами, а если не сможешь — отправишься за камнем сам».
Глаза сузились, а клыки до крови прикусили нижнюю губу. Эта девчонка кого-то ему напоминала, но вот кого — он вспомнить пока не смог. Она казалась обычным отребьем, не способным связать в голове и пяти слов. Была до смешного безалаберна и глупа. Он расслабился. И совершил непростительную ошибку. Нельзя было оставлять ее наедине с гномом, нельзя! За показной безалаберностью скрывалась совсем другая личность. Находясь, казалось, в безвыходной ситуации, она смогла просчитать алгоритм смены миров. И воспользоваться первой подвернувшейся возможностью сбежать, пожертвовав ослом и новоприобретенными игрушками. Даже суму оставила. Ту самую суму, ради которой любой знающий отвалит немалую сумму денег, позволяющую прожить пару столетий в какой-нибудь деревеньке в свое удовольствие, ни в чем себе не отказывая.
Зеркало хрустнуло, сминаясь в кулаке. На ковер упали капли крови.
В дверь постучали. Дрейк посмотрел на осколки, разжал ладонь и бросил осколки в камин. Достав из кармана ажурный платок, он перевязал кисть.
— Войдите.
В кабинет вошел дворецкий. Он был одет в кожаные штаны, белую рубашку и черную куртку. За спиной были прикреплены парные мечи, на руке — наручи с метательными звездочками.
— Я готов, хозяин.
— Ты все запомнил?
— Да.
— Повтори.
— Доставить к вам мага из башни, договориться с кланом наемников.
— Все правильно. Иди.
— Могу я задать вам еще один вопрос?
Дрейк прикрыл глаза и откинулся в кресле. Он знал, о чем хотел спросить дворецкий.
— Ты не пойдешь.
— Я понял. Прошу меня извинить.
И, поклонившись, вышел, стараясь ни единым жестом не показать, как сильно его задел отказ господина, за которого он готов был отдать и душу и тело.
Василиск закрыл глаза и попытался расслабиться. Ну что же. Игра становится интереснее. Король ему не помеха. Камень смерти в любом случае будет принадлежать только ему. Что касается девчонки. Стоит к ней приглядеться. И если произошедшее не случайность и у юной «баронессы» действительно имеются мозги — он сможет развеять одолевающую его скуку.
Кто знает… возможно, он даже сделает ее одной из своих наложниц. Красивая внешность, дерзость и способность выдерживать его взгляд — сделают из нее жемчужину его своеобразной коллекции. А дикий нрав укротить не так уж сложно. Особенно если за дело возьмется такой профессионал, как он.
Дрейк, улыбнувшись, встал. Уже выходя из комнаты, он точно знал план дальнейших действий. Согласно этому плану, девчонка и камень очень скоро будут в его руках.
Маг испуганно смотрел на стоящего перед ним человека. Его взгляд и манеры заставляли людей инстинктивно держаться от него как можно дальше. Этот человек разительно отличался от того, что танцевал и улыбался совсем недавно на балу, как ограненный алмаз отличается от стекляшки. То была подделка, маска. А то, что маг видел сейчас, было настоящим лицом графа — без тени улыбки и тепла в глазах. И он был зол. Очень зол.
— Итак, вы хотите, чтобы я нашел девушку, к ауре которой вы прикрепили магический маяк и которая находится в неизвестном для вас мире?
— Да.
— Кхм… но миров тысячи. И совсем не обязательно именно тот мир, в который попала она, появится хотя бы еще раз.
— А если так?
Граф нажал на что-то, и смена миров прекратилась. В зеркале отразился дикий ландшафт. Поля, покрытые фиолетовой травой, парящие в небе точки двадцати солнц. Небольших и холодных, как луна на ночном небосклоне.
— О!
— Каждый мир уникален. И их не так много, как вы думаете. Всего сто двадцать пять, если быть точным. Вам требуется найти тот, в котором сейчас находится девушка. Частоту работы маячка я вам обозначил. Приступайте. И учтите: у вас есть три дня.
— Да, но…
— И помните. Я плачу более чем щедро. И терпеть не могу неудач.
От его взгляда кровь в жилах мага застыла от ужаса. Он с трудом кивнул, стараясь отвести взгляд и не выказать свой страх. Василиски… их боялись даже эльфы. А он стоит один на один с этим чудовищем. Последним в своем роде.
— Я… я сделаю то, о чем вы просите, граф.
— Прекрасно. Не буду вам мешать.
И мужчина вышел, закрыв за собой дверь. А маг дрожащей рукой вытер пот со лба, стараясь не думать о том, что именно его будет ждать в случае неудачи.
— Ты привел их?
Дворецкий кивнул, глазами указывая на дверь кабинета графа.
— Они лучшие в своем роде. Так мне сказали.
— Отлично, Алистер, можешь вернуться к своим обязанностям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
