и начал откручивать вентиль, выпуская газ. Затем попытался его поджечь, но безуспешно. Рабочий стал копаться во внутренностях лампы, пытаясь исправить поломку. И одновременно прислушиваться к взволнованному разговору рядом стоящей парочки. Но молодые люди вскоре обратили внимание на слишком долго задержавшегося около них фонарщика и отодвинулись подальше.
- Но ведь еще можно изучить артефакт? Значит, твоя работа продолжится! - попыталась подбодрить его девушка.
- Боюсь, король так и не разрешит ставить эксперименты. Не в ближайшее время, по крайней мере! - покачал головой Хиннеган. - Разве что попросить Его Величество организовать путешествие в Бомбей, с целью найти старика, работавшего с доктором Парксом. Если он еще жив!
- Бомбей - город моего детства! - мечтательно произнесла Кэт, прикрыв глаза.
- А ведь верно! - впервые с начала беседы улыбнулся Генри. - Я и забыл!
- Так давай поедем туда вместе!
- Шутишь? - Хиннеган вновь стал серьезен. - Вряд ли король отправит меня туда лично. Имеются у Его Величества и более подготовленные для таких заданий люди. Но я вообще не об этом хотел поговорить...
- А о чем, милый?
- Дорогая! - решительно начал Генри торжественным тоном, приосанившись. - Внезапно свалившемуся на меня поручению короля я обязан еще одним приключившимся со мной происшествием - знакомству с тобой! И я... чувствую, что это для меня гораздо более важное событие! Потому что... потому что ты нужна мне! Ни с кем и никогда я не чувствовал себя так хорошо! Поэтому я хочу, чтобы ты всегда была рядом со мной... позволь предложить тебе свою руку, Кэт!
- О Боже, Генри! - в глазах растроганной девушки появились слезы. - Ты серьезно?
- Конечно! - сердце Хиннегана от волнения готово было выпрыгнуть из груди. - Ты согласна?
- Генри! Ты хорошо подумал? - вопреки его горячей надежде, Кэт внезапно отстранилась. - Боюсь, что тебя может постигнуть глубокое разочарование. Посуди сам: ты известный ученый, а я тут никто. Не принятая в обществе, с весьма, если не сказать больше, сомнительной репутацией и скверным характером. Не умеющая вести домашнее хозяйство, как положено любой приличной даме, особенно супруге вечно погруженного в важные дела человека. Обязательно пойдут разговоры, это может сказаться и на твоей карьере ученого!
- Так ты что... отказываешься? - дрожа всем телом, обреченно прохрипел Хиннеган.
- Нет, Генри, ну что ты! - девушка вновь приникла к нему и, уже не заботясь о мнении окружающих, обвила его шею одной рукой и ласково потрепала другой отросшие за последнее время бакенбарды. - Я беспокоюсь лишь о тебе! Боюсь навредить твоей карьере!
- Меня не беспокоит карьера! Ты такая... заботливая! - Генри крепко прижал ее к себе. - Я только хочу, чтобы ты всегда была со мной!
- Я и так с тобой! Никуда не собираюсь деваться! - улыбнулась Кэт. - Так что успокойся, нет никакой нужды прямо сейчас бежать в церковь!
- Никогда бы не подумал, что существуют девушки, не желающие бежать в церковь после того, как дали согласие выйти замуж! - искренне удивился Хиннеган.
- Ох, Генри, в мире еще так много всего, о чем ты не знаешь!
- Да? Например? - еще больше удивился ученый.
- В другой раз! А сейчас поцелуй меня...
Середина июня 1896 года, Оксфорд
На следующий день Генри вышел из дома чуть раньше обычного. По пути в лабораторию он планировал пройти через секретариат и записаться на прием к канцлеру. Хиннеган желал поставить его, как, в некотором роде, пусть неофициального, но опекуна Кэт, в известность о своих планах в отношении девушки. После вчерашнего разговора Генри не был уверен, что, неожиданно оказавшаяся слишком деликатной Кэт одобрит его поступок, но чувствовал себя обязанным поступить именно так.
Однако сегодня далекоидущим планам молодого человека сбыться было не суждено. Не успел он свернуть из переулка, в котором проживал, на улицу, ведущую к университету, как к нему приблизились два незнакомых человека в форменной одежде, стоявшие около почтовой кареты, сверкавшей новенькими начищенными бронзовыми ободами задних колес, выкрашенных в красный. Генри подумал, что почтальоны хотят справиться о местонахождении нужного им адреса. Однако он решительно ошибался!
- Доктор Генри Хинниган? - строгим тоном спросил один из незнакомцев, постарше.
- Да! - удивленно ответил ученый, начиная подозревать неладное. - А что...
- Вы поедете с нами! - бескомпромиссно отрубил старший, а младший в ту же секунду втолкнул опешившего Генри в распахнутую дверь кареты, украшенную королевским гербом - эмблемой почтовой службы.
- Кто вы? По какому праву? - сумел проблеять Хиннеган, сжатый с обоих боков крепкими телами своих похитителей, уже после того, как дверь кареты захлопнулась и та тронулась с места.
- По праву, данному нам Господом! - ответил сидевший на переднем сидении человек постарше, которого ошеломленный Генри сразу и не приметил.
Человек продемонстрировал прямоугольный кусок красной кожи, на котором похищенный даже в царившей в карете полутьме сумел разглядеть изображение скрещенных ключей - символа Ватикана. Генри бессильно заскрежетал зубами – казавшееся абсолютно нелепым пророчество Виллейна внезапно воплотилось в реальность.
- Куда вы меня везете?
- Куда надо! Закрой рот, чтобы нам не пришлось его заткнуть! - грубо оборвал расспросы похититель, сидевший справа.
- Тогда отпустите мои руки, больно! - не сдавался
