не понравилась.
– Ревнуешь?
– Конечно, – кривлюсь на его шуточку и сама не замечаю, как вдруг оказываюсь у Марка на плече.
Он притягивает меня к себе и пускает под руку, приобнимая. Ведет ладонью по моим плечам, усыпляя мягкой лаской, и размеренно дышит. Я ощущаю, как его выдохи падают на мои волосы сверху.
– Ты все-таки странный, Марк.
И я странная, потому что не имею ничего против. Наоборот, он поймал точный момент и именно сейчас мне хорошо в его руках.
– Или в тебе проснулась нежность, потому что услышал новую гнусность о моем брате? Стало жалко меня?
Я перехватываю его ладонь и крепко сжимаю его запястье. Не знаю зачем, просто хочу почувствовать свою силу. Что могу остановить Марка и выбрать, как именно он до меня дотронется. Марк поддается мне.
– Тоже жалеешь, что не появился в моей жизни, когда я осталась с братом один на один?
Марк дает мне пару мгновений и медленным но жестким жестом вытягивает свою руку из моего захвата. Он кладет руку мне на голову и сильнее прижимает к своей груди.
– Жалею, – коротко отвечает он.
Он наклоняется и целует меня в губы, нажимает мужским крепким желанием и проталкивает язык мне в рот. Марк не умеет замедляться, если он начинает ласкать, то проваливается в порочную пропасть с головой. И утягивает за собой, стоит только поддаться. А я поддаюсь, открываю рот шире и принимаю его выдохи и влажные прикосновения. Он чертит грязные дорожки, бесстыже лижет меня и перекручивает реальность таким образом, что мне начинает казаться, что он уже трахает меня.
Прямо в рот.
Жестко, властно, безумно волнующе…
Мне страшно сквозь морок удовольствия. Он полностью подчинил мое тело. То ли разгадал его секрет, то ли понял, что у меня было так мало хоть чего-то хорошего в последние годы, что я благодарна за каждую сладкую секунду.
Марк с трудом отрывается от меня и смотрит пьяным взглядом. Он протяжно выдыхает, опаляя мои раскрасневшиеся щеки, и переносит массивные пальцы на мои скулы. Шершавые подушечки обводят мои черты лица и заставляют замирать. Я совершенно точно в одной клетке с тигром, который иногда любит обманывать травоядным нравом.
– Еще чуть и я сам поверю, что ты моя невеста.
– Не бойся, я помню, что это всего лишь ширма.
Марк закусывает нижнюю губу с хитрой ухмылкой.
– Рас чертовски прогадал, когда выбрал ту холодную суку.
– А я не холодная…
– Ты дрожишь, Мира, – Марк кладет ладонь на низ моего живота и по-хозяйски разминает мое тело. – И у тебя огонь в глазах. То ли страсть, то ли желание пристрелить меня.
– Второе, Марк.
Он смеется, а его взгляд заметно теплеет.
– Ты начинаешь напоминать себя прежнюю, красотка. Значит я всё делаю правильно.
Просторная вилла с видом на море показывается через полчаса. Наш мини-кортеж въезжает на территорию через витые ворота, за которыми начинается лужайка и выложенные черным камнем дорожки. Мы огибаем двор и приезжаем прямо к центральному входу.
– Не похоже, что они нуждаются в деньгах, – произношу тихо, когда выхожу из машины.
Двухэтажный коттедж поражает своими размерами. Классический английский стиль с состаренными деталями, которые только добавляют ему колорита.
– Богачам дают в долг до последнего, – отвечает Марк, беря меня под руку.
– Отец будет через час.
Я оборачиваюсь на голос Раса, который подходит к нам. Он забирает Марка у меня и на правах хозяина ведет в дом. Я же замечаю, что Кларисса остановилась у первой ступеньки и явно дожидается меня. Я незаметно выдыхаю и желаю себе терпения, потому что Кларисса тот человек, которого безболезненно можно выдержать пару минут, потом начинает ломать. Она высокомерно смотрит по сторонам и так же разговаривает. И даже сейчас бросает взгляд, в котором ярко горит недовольство, что ей пришлось дожидаться меня.
– Рас просил передать тебе.
Она протягивает мне сложенный пополам листок.
– Что это?
Я зависаю от неожиданности и смотрю на послание. Он передал его через жену? Он с ума сошел?
Я раскрываю листок и вижу кусочек двухстороннего скотча, на который приклеен небольшой ключ.
– Он от беседки на заднем дворе, – говорит Кларисса.
Я поднимаю на нее непонимающий взгляд и не могу решить, то ли залиться краской, то ли оскорбиться. Кларисса же выглядит скучающей, ее совершенно точно не воодушевляет ни роскошная вилла, ни наша дружная компания. Плевать ей, что ветер приносит чарующий солоноватый запах моря, а на вилле ни чем не хуже, чем в пятизвездочном отеле. Она выглядит, как человек, который отбывает номер, а не собрался с удовольствием провести небольшой и внезапный отпуск. Она достает из сумочки солнцезащитные очки и надевает их на манер ободка, собирая светлые волосы.
– Ты спишь с моим мужем? – Кларисса разрушает повисшую между нами паузу и иронично улыбается.
Горло перехватывает от ее вопроса. Но больше всего сбивает с толка легкость, с которой она произносит немыслимые вещи. Она приняла меня за любовницу Раса и даже не хочет выцарапать мне глаза? Лишь интересуется со стервозной улыбкой и еще принесла от неверного мужа послание… Отличная семья.
– Ты в его вкусе, я это сразу заметила.
– Нет, – я качаю головой. – Я не сплю с Расом.
Кларисса пожимает плечами, что можно прочитать, как “не хочешь, не признавайся”.
– Марк не выглядит, как мужик свободных взглядов. И как идиот тоже, – она вновь усмехается. – Он выглядит как ревнивый собственник, так что будь здесь тотализатор, я бы поставила на то, что наш отдых закончится потасовкой. Или даже перестрелкой. Папаша Раса коллекционирует оружие, если пройтись по вилле, то парочку огнестрельных экземпляров можно найти.
Она то ли дразнит меня, то ли развлекает себя дурацкой беседой. Я же испытываю покалывания страха, он крадется по спине и растекается ледяной волной. Только оружия нам не хватало.
– Я напугала тебя, Мира?
– Ты шокировала меня, Кларисса. Ты сказала, что поняла, чья я дочь, и, наверное, в курсе, что моя семья прошла через тяжелые времена. Я давно не была в высшем круге, отвыкла от ваших порядков… И мне дико то, что ты передаешь мне ключ, хотя считаешь меня любовницей своего мужа. Я до сих пор не могу найти слов…
– Не ищи, – она вдруг поднимает руку и по-дружески проводит по моему плечу, а вот улыбка хищная и холодная. – Только не надейся, что Рас уйдет от меня. Мы много раз пытались развестись, это невозможно. У нас не брачный контракт, а брачный приговор.
Ее улыбка меняется на долю секунды и становится обреченной.
После чего Кларисса разворачивается и уходит
