должны быть по нужному адресу.
– Понял, Борис Львович.
Барговский набрал номер.
Ответил ему мужчина, в голосе которого угадывался легкий кавказский акцент:
– Гогия, слушаю.
– Это Барговский. Мне, Георгий, нужна как можно более полная информация по медицинскому центру «Остров», расположенному на острове Бейбидан. Это Южно-Китайское море.
– Я понял, занимаюсь.
– Если надо, подключи Гарбера. Разрешаю использовать мои связи, но с обязательной ссылкой на меня. При необходимости дам подтверждение, что центром интересуюсь именно я.
– Когда нужна информация, Борис Львович?
– Странный вопрос, Георгий. Естественно, чем раньше, тем лучше. Но запомни, я не тороплю. Мне действительно нужна самая полная информация по этому центру.
– Я понял.
– До связи!
Глава частной военной компании, официально зарегистрированной в Республике Суринам, на северо-востоке Южной Америки, отключил телефон и положил его в карман светлой рубашки.
В район остановки «Лексус» подъехал в 9.30.
Барговский с портфелем в руке вышел из машины и двинулся к девятиэтажке. Водитель повел внедорожник на стоянку, которая находилась в каких-то нескольких десятках метров.
Барговский позвонил в дверь.
Лугаров открыл и сказал:
– Привет еще раз, Боря, проходи!
– Доброе утро. Показывай свои апартаменты.
– Какие апартаменты? Обычная двухкомнатная квартира брежневских времен.
– Да, не хоромы, – проговорил Барговский, бегло осмотрев жилище своего товарища.
Он присел на стул на кухне, выставил на стол портфель.
– Так, к делу. Скоро сын твой подъедет. – Полковник достал из портфеля второй приемник, как две капли воды похожий на первый, переданный товарищу вчера, добавил к нему наушники и микрофон с проводами. – Значит так, Жора. Аппарат оборудован записывающим устройством. Это на случай, если во время звонка тебя не окажется дома. Ты определишь, что Роман звонил, по легкому попискиванию приемника. В этом случае ручку поиска станций повернешь против часовой стрелки до отказа, услышишь щелчок. Пойдет запись сообщения, переданного тебе. Если же будешь дома, то приемник пискнет несколько раз. Тогда ручку настройки по часовой стрелке до упора, и разговаривайте. Выключается аппарат как обычный приемник. Записывающее устройство автоматически перейдет в режим ожидания. Понял?
– Роме объяснишь?
Барговский улыбнулся и сказал:
– Если кофе угостишь.
– У меня только растворимый. Кофемашины не держу, в турке готовить ленюсь.
– Что ж поделать, давай растворимый, но покрепче.
Барговский как раз успел допить кофе, когда в прихожей раздался звонок.
– Это Рома, – сказал отец.
Полковник взглянул на часы.
– Девять сорок пять, нормально.
Лугаров завел сына на кухню, представил ему Барговского и сказал:
– Не буду тратить время на историю нашего знакомства и дружбы. Борис Львович желает поговорить с тобой.
Полковник вновь улыбнулся и заявил:
– Скорее проинструктировать, научить пользоваться довольно простой, но иногда жизненно необходимой вещью.
– Не понимаю вас.
– Допустим, вам, Роман, надо будет срочно поговорить с отцом, а доступа к общим средствам связи не будет. Поверьте, такое часто бывает.
– Знаю по Африке.
– Тем более. Прошу вас ознакомиться с данным прибором.
Лугаров включил приемник-передатчик, изготовленный в виде портативного радиоприемника.
– Это средство связи? – с удивлением спросил Роман.
– Да. Вы сможете связаться с отцом в любое время, при первой же необходимости. Доведу до вас принципы устройства и работы данного аппарата.
Говорил и показывал он недолго.
Лугаров выслушал его, усмехнулся и сказал:
– Ну, папа! Оказывается, ты у меня самый настоящий шпион-любитель.
– Не надо смеяться, Рома, – заявил Барговский и строго взглянул на молодого человека. – Эти приборы нередко спасали жизнь людям.
– Извините. Я понял, что должен взять радиоприемник с ручкой с собой. Это так?
– Да.
– Но на таможне приемник вызовет вопросы.
– Поверьте, ни наши, ни китайские таможенники не увидят его при просвечивании ваших вещей. Это еще одна особенность «Зари».
– Похоже, действительно серьезная штука, – сказал Роман.
– Очень серьезная. Кстати, если ручку на острове у вас увидят, то ничего страшного в этом не будет. Вы вполне можете использовать ее по прямому назначению. Приемник же никто никаким сканером не вычислит даже во время работы. Перехватить сигнал или запеленговать его невозможно.
– Будем надеяться на то, что эти средства мне не пригодятся.
– Вы все поняли в плане обращения с прибором?
– Конечно. Ничего сложного.
– Покажите, как будете выходить на связь.
Лугаров-младший взглянул на Барговского, хотел было пошутить и отказаться, но встретился с холодными глазами полковника, передумал и буркнул:
– Ради бога.
Он включил приемник, настроил его на нужную частоту, извлек антенну, вставил ручку и начал выбивать точки и тире, не глядя на лист с азбукой Морзе…
– Вот и все, – сказал Роман и отключил приемник.
– Вы знаете азбуку Морзе?
– А что, не заметно?
– Заметно, конечно. Ты доволен, Жора?
– Да, спасибо, Боря.
– Не пропадай, звони, и знай, что я многое могу сделать для тебя и твоего сына. Мне пора. Не буду вам мешать.
Лугаров-старший проводил Барговского до двери.
– Не пропадай! – сказал тот уже с лестничной площадки.
– Хорошо. Увидимся.
– Удачи.
В час ночи воскресенья, 22 сентября «Боинг-767», совершивший рейс Москва – Пекин, благополучно приземлился в международном аэропорту Шоуду. Самолет подкатил к терминалу, началась высадка пассажиров.
Роман Лугаров шел одним из первых, нес на плече довольно увесистую спортивную сумку.
Неожиданно к нему подошел мужчина и спросил по-английски:
– Извините, вы ведь господин Роман Лугаров?
– Да, это я. А кто вы?
– Амбер Дабаут, помощник руководителя медицинского центра. Рад вас видеть.
– Взаимно. Значит, вы здесь по мою душу?
– Не только. Этим же рейсом должна прибыть медицинская сестра из Польши. Вы, пожалуйста, подождите. У вас багаж есть?
– Нет, только эта вот сумка, ручная кладь.
– Прекрасно, – сказал Дабаут, отошел в сторону и стал выискивать в потоке пассажиров знакомое лицо.
Он подошел к миловидной женщине примерно одного возраста с Романом. Она катила за собой сумку на колесиках.
Дабаут коротко переговорил с ней, подвел к Роману и сказал:
– Знакомьтесь. Это господин Роман Лугаров. – Он улыбнулся женщине и продолжил: – А это мисс или, наверное, правильней будет сказать пани Ева Новакова.
– Очень приятно, – сказал на русском Роман.
– Мне тоже приятно, – неожиданно ответила женщина тоже на русском с едва заметным акцентом.
Дабаут напрягся. Он не знал русского языка.
– Извините, прошу говорить по-английски. Именно на этом языке должны общаться в процессе работы и отдыха все сотрудники центра. Этот момент, кстати, закреплен в контракте.
– Ну так контракт нам еще предстоит подписать, – произнес Роман. – Что особенного, если специалисты из разных стран в свободное от работы время будут говорить на тех языках, которыми владеют?
– С этим, думаю, разберемся, – сказал Дабаут, выдавил из себя улыбку и спросил у женщины: – У вас есть багаж?
– Нет, только это. – Она указала на сумку.
– Тогда прошу за мной.
Они вышли в
