— Провалиться мне на этом месте, что я вижу? — воскликнул он. — То есть я хочу сказать, что с тобой можно ходить в экспедиции.
— Ничего особенного. Это ты был великолепен. А если вспомнить, то я всегда с предубеждением относилась к светловолосым мужчинам, потому что в испанских романах именно такими были все злодеи!
Сердце Фрома, которому он дотоле никогда не давал слабины, переполнилось чувствами.
— Может, сейчас не время об этом говорить, да и я не большой мастер для чувствительных речей, но знай — я тебя люблю
— Я тоже тебя люблю. Космос посылает лучи любви…
— О-о! — Это было неприятным напоминанием о другой Елене. — Хватит об этом, моя девочка. Иди ко мне.
И она шагнула к нему.
Когда Петер Квинлан вернулся в Бембом вместе с поправляющимся Хаятакой, команданте Силва, внимательно слушал его рассказ до того момента, когда он покинул территорию Мишинатвена.
— …едва мы двинулись, — говорил Квинлан, — пока Хаятака был без сознания, они атаковали нас снова. И застрелил троих, но уже после того, как они убили дротиком Фрома. После того как мы отогнали их, я похоронил…
— Подожди! Ты говоришь, что Фром был убит?
— Совершенно верно, — ответил Квинлан по-португальски.
— И ты вернулся сюда, не заходя на Эртму?
— Естественно. А что же мне еще было делать?
— А кто же тогда установил маячок для радара на вершине?
— Что?
— А вот так. Вчера мы проверили радаром его зону до самой границы досягаемости, и маячок ответил на наши сигналы.
— Ничего не понимаю, — сказал Квинлан.
— Как и я, но скоро все выяснится. Амиго! — позвал он сержанта Мартинса. — Передай авиагруппе, чтобы они немедленно послали вертолет к Эртме.
Когда пилот взял курс на радиомаячок и спустился ниже кромки облаков, он увидел тускло поблескивающий алюминиевый контур на самой вершине горы Эртма. Рядом сидели на камнях два человека, а поблизости щипали травку три зебры.
Люди вскочили на ноги и принялись энергично махать руками. Пилот направил вертолет к ним, с трудом маневрируя в струях дождя, которые грозили прижать бросить машину на камни. Потом он выбросил из дверцы веревочный трап, который, разматываясь, полетел вниз. Человек подпрыгнул, словно выскакивающая из воды рыба, и ухватился за конец пролетавшего мимо него трапа.
В этот момент из-за деревьев показалась группа дзлиери. Громко перекликаясь и размахивая дротиками, они бросились к людям.
Фигурка человека ниже ростом забралась по трапу на несколько ступенек дальше, чем та, что выше и только начинала подъем, и воскликнула, стараясь перекричать шум вращающихся лопастей и рев ветра:
— Поднимайся! Быстрее!
Дзлиери становилось все больше, и у некоторых были в руках ружья. Пилот (довольный, что ему удалось не раскачать сильно вертолет) прибавил оборотов двигателю, поднялся к облакам и скрылся в них.
Люди наконец забрались в кабину, тяжело дыша после подъема. Это были хрупкая смуглая женщина и высокий мужчина с сантиметровой рыжеватой бородкой, покрытой струпьями засохшей крови. Оба были почти обнажены, и их тела слегка прикрывали рваные тряпки, а на ногах у них были изодранные в клочья матерчатые туфли. Пилот узнал Адриана Фрома, геодезиста.
— Домой, Джейми, — сказал Фром.
Через день помывшийся и побрившийся Фром приобрел вполне нормальный вид, за исключением раны на левом ухе. Они сидел за столом напротив Силвы, который говорил:
— Не могу понять, почему ты просишь навсегда перевести тебя на Ганешу. Ты же герой Бембома. Я могу назначить тебя на должность П-5, даже П-6. Квинлана отправят на Кришну для предания суду. Хаятака уходит на пенсию, а мне позарез нужны геодезисты. Так зачем тебе уезжать?
Фром застенчиво улыбнулся:
— Все у вас устроится, шеф. Остается Ван дер Грахт и Мехталал тоже — оба хорошие ребята. Когда я и Елена оказались на той вершине, мы были во взвинченном состоянии, да и все тогда на нас навалилось, а я не видел женщины уже несколько недель — дзлиери, естественно, не в счет. Я предложил ей выйти за меня замуж, и она согласилась.
Силва вскинул брови:
— На самом деле! Мои сердечнейшие поздравления! Но чем это мешает…
— Выслушайте меня до конца. Сначала все было ясно как божий день. Она заявила, что ее поцеловали в первый раз, но судя по всему кое-какой опыт у нее был. Однако вскоре она начала рассказывать мне о своих идеях. На первых порах у нас должен быть чисто духовный брак, с целью наставить меня на путь истинный, чтобы я в своей новой жизни стал чем-то большим, чем простой гражданский инженер — миссионером-космотеистом, например. Каково?!
Ладно, сначала я думал, что все это пустая болтовня, которая скоро закончится. Кроме всего прочего, у нас не принято распускать наших женщин, как в Америке. Но потом она начала читать мне космотеистические проповеди. И так продолжалось все два с половиной дня, пока мы были там. Клянусь, она не умолкала ни на минуту, разве что когда я спал. Никогда не слышал такой чуши — про лучи и космическую любовь, вибрацию и астральные плоскости и тому подобное. Я никогда в своей жизни так не уставал.
— Понимаю, — сказал Силва. Он тоже начал уставать.
— Итак, — подытожил Фром, — сейчас я чувствую, что с удовольствием отправил бы ее обратно к Сирату Монгкуту. Я даже жалею, что убил этого дуралея. Хотя он был бесконечно доставлял нам всякие хлопоты, но по сути был мелким хулиганом. Так что теперь я нахожусь рядом со своей нежеланной невестой и не могу объяснить ей свое видение жизни. Она однажды как бы пошутила, что лучше бы мне отправиться на Ганешу, и будь я проклят, если она не была права. И теперь если вы только подпишите этот рапорт… О, muito obrigado[12], синьор Аугусто! Если я поспешу, то еще успею на корабль до Кришны. Спасибо!
Магические крекеры
Шеф-пилот космического корабля, только что совершившего посадку в Бембоме на Вишну, протянул Лютеру Беку грузовую ведомость, баланс расхода топлива, полетный лист, список пассажиров, распечатку радиопереговоров. Он сказал:
— На этот раз только один пассажир, Лютер.
— Кто? — спросил Бек, перебирая бумаги толстенькими пальцами.
— Дариус Коши.
— ЧТО!
— Да, именно он. Ты же знаешь этого парня, не так ли?.. Э, куда ты?
Бек, не останавливаясь для ответа, пробежал по коридору и без стука влетел в кабинет команданте.
— Шеф! — крикнул он. — Коши вернулся!
— Realmentй?[13] — Силва вскинул тронутые сединой брови. — Теперь наша жизнь осложнится, хотя я и не стал бы кричать об этом так громко, чтобы синьор Дариус нас отсюда услышал. Ну и что он привез на этот раз?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
