Если одержимость уже произошла, жрецы могут изгнать духа с помощью ритуала экзорцизма. Однако, побочными эффектами может служить физическая слабость и утрата части магического потенциала.
Мда… Нет, в храм мне сейчас идти точно нельзя. Интересно, можно ли провести ритуал экзорцизма самостоятельно? Об этом в учебнике было ни слова.
Духи вселяются в человека, как правило, с целью напитаться его магией или жизненной силой. Однако, известны случаи, когда духи преследовали и иные цели. Какие, коварный учебник тоже не уточнял.
Помнится, нам рассказывали, что в городах и, тем более, в академии, духов почти не водилось. Их истребляли так быстро, что ни один не рисковал показываться людям на глаза. Разве что их призывали специально. Как сделала одна моя знакомая.
Я подумал об Одри и загрустил. Даже если я разберусь с этой головоломкой, простит ли она меня? Сможет ли снова смотреть мне в глаза?
Не знаю, почему, но ее мнение вдруг стало для меня важнее всего остального. Даже мысль, что я одержим — Одержим! — расстраивала гораздо меньше, чем тот ее взгляд. Я должен сделать все, чтобы такого больше не повторилось, это понятно. Но даже если мне удастся каким-то образом изгнать наглого подселенца, то как вернуть ее?
Глава 11.3
Одри
Я надеялась, что обойдется, но Марко мне все же приснился. Он стоял, охваченный пламенем, и смотрел на меня не то с укором, не то с печалью. Словно я была в чем-то виновата.
— Отстань от меня, — выкрикнула я во сне. — Уходи!
Он шагнул ко мне, и я вскинула руки. Между нами выросла стена. Ледяная, состоявшая из острых кристаллов. Такого я в жизни не умела никогда. Но во сне я так злилась, что не задумывалась над тем, что могу или не могу. Я хотела от него защититься и призывала все доступные силы.
— Ты должна пробудиться, — услышала я слова, снова прозвучавшие как упрек.
— Ничего я тебе не должна, — пробурчала я в ответ.
И побежала. Подальше от него. Куда угодно, лишь бы прочь.
Бежала, пока все вокруг не скрыла густая чернота.
Вдалеке бухнуло, как будто что-то упало, и я распахнула глаза.
— Извини, не думала, что ты дома, — сказала Лекси, поднимая с пола сумку. То, как та ударилась о пол, меня, похоже, и разбудило.
— Решила лечь пораньше, — ответила я. — Завтра же испытания.
На самом деле, последние несколько часов я о них даже не вспоминала. Если Марко задался целью меня отвлечь, это ему удалось.
— А я думала, мы сегодня вечером увидимся с ребятами, — Лекси не сводила с меня внимательного взгляда.
— Да ну их, — я махнула рукой.
Лекси опустилась на край своей кровати.
— А как же Марко? — спросила она.
И я почувствовала, как на мои плечи словно взвалили два огромных мешка. Это для меня Марко превратился в опасного одержимого, а для Лекси он оставался все тем же идеальным Марко. Самым популярным парнем академии, завидным женихом, красавчиком и сыном лорда.
— Лекси. — Я приподнялась. — Я знаю, насколько он тебе нравится, но…
Я запнулась, пытаясь подобрать слова. Сказать о том, что произошло, я не могла, но как предупредить подругу, что предмет ее воздыхания просто-напросто опасен?
— Это потому, что тебе он тоже нравится, — вдруг выдала Лекси.
— Что? — Я округлила глаза. — Нет, ничего подобного…
— Думаешь, я слепая? — обиженно проговорила подруга.
— Нет, Лекси, послушай. — Я слезла с кровати и пересела к ней. — Да, мы с ним общались последние пару дней. Из-за практики. Но поверь, я не хочу с ним отношений. Совсем. Никаких.
— Правда? — Она подняла на меня глаза.
— Правда, — ответила я на выдохе. — Но я считаю, что и тебе не следует. Что если он сделает тебе больно?
— Не сделает.
Я тяжело вздохнула. Ну вот как ее убедить?
— Ты точно не пытаешься его завоевать? — спросила Лекси, снова глядя мне в глаза. Так цепко и внимательно, как тот полицейский сержант в кабинете ректора.
Я обняла ее за плечи.
— Совершенно точно.
Марко
Стоило мне увидеть своего двойника, как я обрушил на него всю мощь своей магии. Не знаю, была ли это и в самом деле магия. Использование сил во сне мы в академии точно не проходили. Да и не помню, чтобы я где-то об этом слышал. Сны считались либо игрой воображения, либо зашифрованными посланиями богов. Но даже в последнем случае в сновидении не предполагалось активно участвовать. Да и раньше я бы сказал, что это невозможно.
Но сейчас я выставил вперед раскрытые ладони и направил в сторону самого себя огненный поток.
Он ответил тем же.
Мы стояли напротив друг друга, и две пламенные струи столкнулись примерно на середине. Как будто между нами было зеркало, и мы были отражениями друг друга. Только его огонь был чуть темнее моего.
Противостояние длилось все пару минут, пока другой не отступил. Его пламя погасло, а сам он растаял в колыхавшемся от жара воздухе.
Я тяжело дышал, чувствуя, как по венам струился огонь. Магию было не так-то просто успокоить. И пока было неясно — надо ли? Неужели это было все? Так просто?
Мне вспомнилось, что и в предыдущих снах дух не задерживался надолго. Возможно, и сейчас я его не уничтожил, а он просто сбежал.
Следом за ним и горы перед моими глазами стали расплываться. Все погрузилось в темноту, постепенно превращаясь в потолок нашей с Дином комнаты.
Я откинул со лба мокрые от пота волосы. Мое тело горело, как если бы я использовал магию в жизни, и я ощутил давящую усталость. Словно не спал, а какой-нибудь мистер Шир выдал мне на всю ночь отработку в саду.
Я вспомнил, как Одри сгребала листья, а я за ней наблюдал. Одри… Красивое имя. Хотелось произнести его вслух, покатать на языке, как конфету. Но это бы разбудило Дина, так что я, конечно, не стал.
Под утро я все же забылся сном и даже чуть не проспал. Пришлось обойтись без завтрака и бежать сразу на полигон. Здесь в траву воткнули два столба примерно в полметра высотой. А между ними была перекинута планка.
— Вы будете поделены на пары для магических поединков, — говорил Ардэльф де Норвин. — Мы сможем оценить вашу сноровку, силу дара и умение им пользоваться, а также стратегическое мышление, волю и выдержку.
— На каждого кандидата мы наденем вот такой амулет, — Линда де Миртайн показала висевший на цепочке прозрачный камень, похожий на обычный кристалл или даже стекло. — Он защитит вас от возможных ранений. Ваша задача не навредить сопернику, а сделать так, чтобы он спрыгнул или упал. Побеждает тот, кто останется стоять.
— На этом этапе вас осталось двадцать четыре, — добавил Ричард Хокс. — На следующий этап пройдет двенадцать.
Я торопливо огляделся, но среди собравшихся не увидел Одри. Она опаздывала еще сильнее, чем я. Неужели что-то случилось?
Ардэльф де Норвин вытащил из широкого рукава свернутый трубочкой лист.
— Итак, первая пара…
Глава двенадцатая, в которой проходит поединок
Одри
В столовой на завтрак подавали мои любимые сырники под смородиновым сиропом. Но настроения не было все равно. Я злилась. Причем если ночью я злилась на Марко, то к утру ругала уже себя. Пусть его поцелуи заставали меня врасплох, но я отвечала. Каждый раз. Убегала потом, да, но это потом, а первая реакция была совсем другой. И парни такое чувствуют. Поэтому после одного раза он решил попробовать второй, а там и третий случился. И поэтому так смотрел на меня, словно это я его обманула.
Глупая, глупая Одри!
Жуя сырники, я не ощущала их вкуса. Все продолжала думать о произошедшем и никак не могла успокоиться. Надо уже было прийти к какому-то решению и двигаться дальше. Да и я собственно пришла. Решила же держаться от Марко подальше. Но почему-то все равно продолжала прокручивать в голове все наши встречи и разговоры.
— Волнуешься? — поинтересовалась Лекси, вырывая из пыточного круга моих мыслей.
