— К деду. Но у нас там свой дом. В этот раз собираемся поближе, чтобы не тратить месяц на дорогу в один конец. Будут оба брата с семьями, сестра старшая. Двоюродные вроде тоже собирались…
— И на каждого — по этажу?
— Неправда! — обижается соседка. — У меня всего две комнаты!.. Спальни, в смысле… И гостиная…
— И гардероб, где лежит сто любимых маечек. А где-то в запасе еще две сотни ни разу не примеренных, потому что руки не дошли… Не дуйся. Дарю лайфхак… Значит — сколько до места, шесть часов? Восемь? Отлично. Поэтому берем вот этот чемоданчик…
Спихнув вещи на пол, на освободившуюся кровать кладу небольшой розовый пластиковый кейс, который удобно на колесиках таскать за собой. Открываю, диктую:
— Две смены белья: трусы, майки, носки, бюстгальтеры. Пижаму — одна штука, если без нее жить не можешь. Брюки легкие про запас и ветровку вот эту. Если вдруг во время полета замерзнешь — на плечи набросишь… А, да. Еще упаковку батончиков и шоколадку. И бутылку воды. Все.
Петра смотрит на практически пустой чемодан, затем на меня, потом снова на чемодан.
— Точно все?!
— Ага. Думаешь, я в рюкзаке больше ношу? Максимум — на четыре дня вещей и еще аптечку. Стиралку везде найти можно, у тебя же целый гардероб дома. Приехала, переоделась, шоколадкой сестру угостила. Смысл горбатиться и тяжести поднимать?
Соседка с грустью смотрит на груду барахла на полу:
— А это?
— То, что ну очень-очень сердцу мило — на плечики и в шкаф, откуда все выгребала. Постарайся не больше пятидесяти вещей держать. Остальное — я пани Тодорову спрошу, у нее толпа подрастающих родственников. Можно им подарить. Или вообще в Армию Спасения сдать… Что ты на меня так обиженно смотришь? У нас здесь нет двух спален, а склад уже забили под потолок барахлом, не знаем, кому очередной контейнер подарков от твоего дедушки пристроить.
Решительно сунув в чемоданчик пушистые тапочки, Петра захлопывает крышку и бухтит:
— Вот как у тебя все ловко так получается? И на практику ты моталась без лишнего багажа, и здесь имуществом особо не обрастаешь. Откуда в тебе это?
— Ждан-третья, хватит бровки морщить, тебе не идет. И не бери с меня пример, плохому научишься. Я несколько лет задницу лопухами вытирала, хорошенько отряхнув перед моментом использования. Тебе эти знания точно лишними будут.
— А зачем отряхивать?
— Потому что гусениц ядовитых полно, прихватишь ненароком и потом неделю враскоряку ползаешь… Так что, мешки для одежды тащить? Или прямо так из окна вывалим, чтобы под ногами не мешалось?
* * *
От сессии до сессии живут студенты весело. Зато потом — плачут горючими слезами. Как я.
Хотя, особо страдать не должна. Шесть экзаменов размазали на две недели. В итоге у меня пара пятерок и остальное на “хорошо”. Последним была математика, и я всерьез опасалась, что наша мымра даст прокашляться. Я еле-еле сентябрьские тройки пересдала и кучу времени убила, изучая скрытую статистику о прошлых экзаменах: что любит спрашивать, на чем обычно валит. Зазубрила самые неприятные вещи, пару дополнительных вопросов оттарабанила без запинки. Но знаю, что плаваю по многим темам. И она знает. Невозможно за полгода пройти четырехлетнюю программу школы. Я же не робот.
Математичка полистала на планшете отметки по другим предметам, полюбовалась списком сертификатов. Оценила мой внешний замотанный вид, темные круги под глазами, вздохнула и выбрала “хорошо”.
— Если бы все учились, как ты, Блютих, я была бы на седьмом небе от счастья. Хотя, второе полугодие для тебя будет полегче, там моделирование и применение готовых расчетных схем. То, с чем вы в декабре начали знакомиться. У тебя по вводному материалу “отлично”. Поэтому я поставлю оценку авансом, посмотрим весной, как оправдаешь.
Все, отмучилась…
Сутки я тупо спала. Ходила в туалет, жевала и снова падала. Завтра воскресенье, в понедельник мне выходить на работу во вторую смену. Но я с утра пойду — хочу перед мастерами помелькать, фронт работ перепроверить. Может, что еще перехвачу из интересного. Я — хорошистка, мне повышенная стипендия не положена. Поэтому лишнюю денежку заработать буду только рада. Но не успела снова завалиться спать, как комм высветил вызов от госпожи Лаубе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да, фрау Эльза, слушаю.
— Мне надо, чтобы ты завтра приехала в отдел к двум часам дня.
— Буду.
Даже спрашивать не стала — зачем. У меня положение не настолько хорошее, чтобы носом крутить и лишние вопросы задавать. Но куратор сама объяснила, что это за злобное посягательство на законный выходной.
— На тебя Бучек благодарность написал, поэтому начальство решило аттестовать на стандартный класс допуска. Чтобы раз в месяц подменяла на разных серьезных мероприятиях ребят из технической службы.
— Мне разве можно?
— Вот чтобы было можно, ты завтра сдашь нормативы. Твои сертификаты пригодились. По медицинским показаниям в действующий штат не возьмут, но на пульте кнопки давить тоже кого попало не посадят. В тир сходишь и покажешь, что из рукопашки знаешь. Мне капитанские звезды на следующей неделе одобрят, ты формально в отделе будешь младшим помощником старшего уборщика. Урезанный оклад в четыре сотни кредитов в месяц и по две сотни за каждый день, когда на митинги и прочие мероприятия выдернули. Не волнуйся, с учебой проблем не будет. Я тут пустую тару сдала, объяснила кому надо о том, как бы мы облажались все разом. Поэтому новые штаты и смету утвердили, людей нормальных дали набрать, тебя паровозом на будущее цепляю.
Отличная новость. Похоже, Лаубе в самом деле решила меня методично пихать в сторону будущей карьеры синего воротничка. Технари в ГК приходят или после армии, или их выращивают с пеленок, ведут после разных техникумов и университетов. Я точно из второй когорты. Но если чуть-чуть подсуетиться, то к моменту получения диплома запросто уже в личном деле будет кипа благодарностей, плюс допуски на разного рода официоз. Как оперативника меня вряд ли куда задействуют. Два дебила уже попытались, в итоге вычеркнули из всех списков. Поэтому — плюсы вижу, минусов особых пока нет.
— На мордобое меня не покалечат? Просто с понедельника на работу выхожу в Академии. На остаток месяца.
— Я их сама тогда покалечу… Все, до завтра.
Точно — Эльза-бронепоезд. Прет — не остановишь. И никаких лишних рассусоливаний.
Ладно. Завтра отведу чуть-чуть душу. А сейчас — меня ни для кого нет. Я — спать…
Глава 10
Формально у меня подтвержденная общая армейская подготовка. Во время реабилитации нас неплохо покрутили, пытаясь определиться с будущим использованием. Но для десанта или космофлота я слишком юная, призывать меня еще рано. Поэтому дополнительно вкладываться в шлифовку полученных навыков не стали, просто в личное дело вписали, что сочли нужным. Это самое личное дело потом несколько раз перетрясали, в итоге оставив минимум, дополнив начальными инженерными сертификатами. Получился эдакий “куст” — когда ни под какую готовую специальность я не подхожу, знания слишком разрозненные и не систематизированные. Понахваталась в джунглях разного, но полноценным бойцом так и не стала. С точки зрения армейского руководства, само-собой.
Ну и когда нас в госпиталь сгрузили, я месяц ползала дохлой амебой, ни о каких тестах или еще о чем серьезном и речи не было. Концлагерь особого режима — это не курорт. Чудо еще, что хоть как-то выкарабкалась. Пока по стеночке ковыляла, вывезенные вместе с нами ребята из других лагерей успели дать полный расклад. Поэтому про мои похождения никто толком и не знает. А кто знает — тот или молчит, или умотал как можно дальше от местных спецслужб, чтобы пожизненное не заработать по совокупности. Только я — девочка-припевочка, студентка-хорошистка.
Но база армейская у меня подтверждена, поэтому стою в тире на позиции, жду, когда две мишени на положенную дистанцию уползут. Десять и двадцать пять метров. Два магазина по десять патронов в каждую. Пистолет чуть тяжеловат, я обычно другую модель использовала. Пока по болоту шляешься, каждый грамм считаешь. Но мне не надо здесь Мату Хари изображать, мне бы нормативы сдать. Более чем достаточно.
