Читаем без скачивания Смерть в ритме танго - Георгий Ланской

– Вылезай скорее, – прохрипел Игорь, оттаскивая Милену в сторону. Эдуард последовал было совету друга, но тут, вывернувшаяся ужом из рук Чернова Милена, подбежала к могиле и пнула Соловьева в лицо.

– Убийца, убийца!!! – прокричала она. Чернов снова подскочил к ней, захватив в свои объятия.

– Люди смотрят, – горячо зашептал он ей в ухо. – Не прекращай похороны в балаган. Ты убьешь его позже!

Милена обмякла, безвольно повиснув на руках Игоря. Соловьев тем временам выкарабкивался из могилы. Окружающие смотрели на него со странными лицами, и никто не отважился подать ему руку. Дважды Эдуард срывался вниз, наконец, он вылез наружу и отошел в сторону, подальше от пришедшей в себя Милены, от ее лазерного взгляда, прожигающего до самой глубины сердца.

Она подошла к гробу первой. Встав на край могилы, она бросила в нее букет роз.

– Прощай, братишка, – прошептала она. – Спи спокойно. А я уж разберусь с этой тварью.

Милена на подкашивающихся ногах пошла прочь. Игорь, бросивший в слегка осыпавшуюся могилу горсть земли, бросился вдогонку. Милена шла быстро, то и дело натыкаясь на людей, спешивших выразить ей свое сочувствие. Невысокий мужчина, в большой бейсболке, шарахнулся в сторону от Милены, но уйти с ее пути не успел. Она налетела на него, пробормотав извинения. Мужчина шагнул в сторону и растворился среди многочисленных оградок. Милена сделала еще несколько шагов и остановилась. Обернувшись, она недоуменно смотрела вслед исчезнувшему мужчине. Ее нахмуренные брови, сведенные на переносице, наморщенный лоб явно говорили, что она пытается что-то вспомнить.

– Поехали в ресторан, – тихо произнес догнавший ее Игорь. – Там, наверное, уже все готово.

Милена согласно кивнула. Но то и дело она оборачивалась вслед незнакомцу, стоящему неподалеку с болезненным выражением лица. Игорь заботливо усадил ее на переднее сидение, и начал обходить машину. Стоявший неподалеку белый «Фольксваген», вдруг взревел мотором и унесся прочь. Игорь успел обернуться на шум и увидеть за рулем женщину, которую никак не мог не узнать. Пробормотав вполголоса ругательство, Игорь открыл дверцу.

Когда он сел в машину, Милена смотрела на него с большим подозрением.

– Чья это была машина? – спросила она.

– Не знаю, – пожал плечами Игорь. – А что за мужика ты видела на кладбище?

– Да так, показалось, – вяло ответила Милена. На этом их беседа прекратилась, и они молчали до самого ресторана, в котором решили устроить поминки.

Ни один из них не поверил другому.

Народа на кладбище было удивительно много. Кириллу всегда было неуютно в подобных местах, а когда посещать их приходилось по долгу службы, он чувствовал себя шпионом, подглядывающим в замочную скважину. Людское горе отвратительно в любом его проявлении. А зеваки, наблюдающие за подобными вещами, напоминали Кириллу вампиров, питающихся человеческими страстями. И теперь она сам был похож на такого вампира.

У самой могилы стояла Милена в черном платье. Буйная грива рыжих волос была спрятана под черный платок, и только несколько прядей выбивались из-под него. Без всякой косметики, лицо Милены было значительно моложе. Ни одна слезинка не блестела в ее глазах. Лицо было холодным и неживым. Рядом с ней стоял Игорь Чернов, ее любовник, известный бизнесмен и друг Эдуарда Соловьева. Он бережно поддерживал Милену за локоть, хмуро глядя на людей, подходивших к Милене со словами сочувствия. Позади них стояли многочисленные друзья Милены и Богдана. Некоторые девушки украдкой вытирали слезы. Парни скорбно смотрели на закрытый гроб, тяжело сдвинув брови на переносице. Невдалеке от Милены стоял молоденький парень и плакал не стесняясь. Кирилл не знал его, но подозревал, что это бывшая пассия Богдана. Стоявший рядом оперативник с видеокамерой, шмыгнул носом, точно простуженный.

– Снимай, – приказал Кирилл, – и клювом не щелкай.

Визг тормозов резко нарушил атмосферу. Люди повернулись в ту сторону, даже музыканты на время перестали играть. Расталкивая толпу, к могиле двигался. Эдуард Соловьев.

В это время, Милена, словно очнувшись от летаргического сна, со звериным воплем ринулась на Эдуарда. Соловьев не успел заслониться, когда Милена прыгнула на него и свалила в приготовленную для кого-то еще могилу. Игорь Чернов кинулся на выручку другу. Милена горстями сыпала землю в яму, стараясь засыпать Соловьева живьем. Эдуард сделал попытку вылезти из ямы. Милена пнула его ногой в лицо. Игорь схватил Милену в охапку и потащил прочь. Милена вырывалась, рыча, как раненное животное. Потом она успокоилась и как-то сползла по прижавшему ее к себе Чернову.

– Покойника хоронили с музыкой и хором. Найдя последнее излишним, хор откопали, – едко прокомментировал оперативник с видеокамерой. Кирилл хмыкнул.

В этот момент Кирилл увидел, как прямо напротив могилы движется женская фигура. Таинственная незнакомка явно не желала, чтобы ее присутствие было обнаружено. Высокая дама с рыжими волосами, торчавшими из-под темной шляпы с вуалью, проворно скрылась в толпе. Кирилл ткнул в бок оперативника, и тот, мгновенно развернувшись, успел заснять странную даму.

Позади взревел мотор. Оперативник развернулся в ту сторону, но успел запечатлеть только кусочек машины, стремительно исчезнувшей с кладбища. Кирилл почувствовал знакомый холодок. Что-то слишком много народа не желало, чтобы его видели у могилы Тихомирова. Это было непонятно.

Оперативник водил камерой по сторонам, стараясь поймать в объектив как можно больше. Милена, совладавшая с собой, первая бросила в яму горсть земли и швырнула туда букет белых роз. Чернов тоже взял несколько влажных комьев и бросил их на гроб. С неба начала сыпаться мелкая водяная пыль, постепенно переходящая в моросящий дождь. Люди на кладбище, выполнив свой долг, постепенно расходились. Кто-то уезжал на машинах, кто-то шел в автобус, чтобы поехать на поминки. Вскоре у могилы остался только Соловьев, тупо глядящий на свежий могильный холмик.

Наташеньке не помогали никакие средства. После того, как ей на глаза попалась статья в мерзкой бульварной газетенке, что очередной жертвой маньяка стал известный манекенщик Богдан Тихомиров, она потеряла покой. Несколько часов она проревела, уткнувшись лицом в подушку, пока наволочка не промокла насквозь.

Богдан был для нее не просто человеком. Он был ее богом, ее душой, ее сердцем, ее судьбой… И судьба так посмеялась над ней.

Наташе хватило силы духа позвонить в справочное бюро, узнать телефон Милены Тихомировой, а потом позвонить Милене домой. После ответа сестры Богдана Наташа поняла, что жить на этом свете ей больше незачем.

Когда соседи, которых легкомысленная девчонка залила водой, забили тревогу, все было кончено. Дверь в квартиру Наташи Федотовой взломали, и перед глазами участкового инспектора, соседей и слесаря предстало тело обманутой жизнью девушки, плавающее в ванне, наполненной красной водой. Эмалевые края ванны были заляпаны кровавыми отпечатками. На полу лежал нож, а под ним фотография Богдана Тихомирова.

Бомжа Виталия Хлопотова задержали на оптовом рынке, когда он ни с того, ни с сего бросился прочь от милицейского патруля. Удивленные милиционеры не стали мешкать и бросились за ним.

Догнать его удалось весьма быстро. Виталий много курил, да еще и сломанная пару лет нога срослась плохо. Так что патрульные скрутили его довольно быстро.

При Виталии нашли пистолет системы «Вальтер», дорогую вещь для бомжа. Из пистолета явно недавно стреляли. Хлопотов потом божился, что пистолет нашел, копаясь в мусоре одного из близлежащих дворов, вместе с рыжим париком, новой шляпкой и коротким красным платьем.

Долго разбираться с Виталием не стали, и очень скоро он отправился на зону, отсиживать свой четвертый срок. Правда, по указанному адресу наведались и со вздохом посмотрели на новенький девятиэтажный дом. Квартиры здесь были дорогими. Купить их могли только очень богатые люди.

Вроде владельца мебельных салонов Игоря Чернова и его жены Ирины.

Последние несколько дней Милена была раздраженной и нервной. Часто она срывалась и плакала. По ночам, когда все приличные люди уже спали, шумно листала газеты, штудируя объявления частных детективных агентств. Игорь терпел. Поведение рыжеволосой бестии было вполне объяснимо. Потеря любимого брата для нее настоящей трагедией.

Однако, не смотря ни на что, Милена ежедневно ходила на работу, где явно чувствовала себя в своей среде. Игорь, который практически жил у нее, находил, что с каждым новым днем она оживает и вновь превращается в ту Милену, которую он полюбил. Возвращаться домой, к нелюбимой жене не хотелось. А еще с сыном заморочки… Лучше уж остаться с Миленой. Только бы не было рецидивов… как тогда, на девять дней.

В ресторан, где Милена устроила поминки, приехал Соловьев, дабы поговорить с ней. Игорь не успел даже вздохнуть, как Милена запустила в Эдуарда тарелкой с кутьей. Теплый рис смачно врезался Соловьеву в лицо, и секунду вязкая масса висела на его физиономии, а потом рухнула вниз, на лакированные туфли. С тех пор Милена запретила Игорю упоминать о Соловьеве. Тон, которым она произнесла это, не предвещал ничего хорошего.