Читаем без скачивания Реминискорум. Пиковая дама - Елена Климова

– Мертвые? – спросила Грета, чувствуя себя при этом крайне странно. Вид собственного тела, лежащего на полу галереи, до сих пор стоял у нее перед глазами.

– Трудно сказать… Судя по моим… ее… в общем, судя по ногам, которые я видела, если смерть и наступила, то совсем недавно. Никто из них не шевелился. Дыхания и пульса я не заметила, хотя с такого расстояния, сама понимаешь… Вообще, основываясь только на беглом визуальном осмотре с нескольких метров ни о чем нельзя судить. И все-таки я почти уверена, что мы видели каких-то реальных людей, очень похожих на нас, которые внезапно потеряли сознание и упали, после чего либо умерли, либо все еще находятся в глубоком обмороке.

– Но если это не розыгрыш, не бутафория, тогда что это? – осторожно спросил Борис. – Коллективная галлюцинация? А они бывают?

– Не знаю. – Вера закусила губу и вновь повернулась к зеркалу. – Никогда не слышала ни о чем подобном. В медлитературе, конечно, много чего описано, но условия… Должны быть условия. Наркотики, например. Стресс. Предчувствие опасности. Сильное переутомление. Их не было, условий. Что за черт… Перестань меня трогать! – Она оттолкнула Алексея. – Отвяжись немедленно, руки убери! Я сама успокоюсь! Вовремя ты вспомнил, что обо мне нужно заботиться!

Воцарилась неловкая тишина.

– И все-таки, – с нажимом проговорил Алексей, – я предлагаю подождать, пока нас не выпустят отсюда.

Вера молча отошла в другой угол зала и уперлась лбом в холодную стену. Алексей пожал плечами и уселся на пол. Борис подошел к Грете и тихо спросил:

– Ты понимаешь, что происходит?

– Да. – Она кивнула. – Можешь думать что угодно, что я двинутая на мистике сумасшедшая девица…

– Я никогда так не думал!

– Не ври… Бывало, просто не говорил. Ну, давай воспользуемся твоей утковой формулой действительности.

– Это не я придумал.

– Неважно. Мы попали в нечто. Оно выглядит, как зазеркалье, плавает, как зазеркалье, и крякает, как зазеркалье. Значит, это и есть зазеркалье.

Борис усмехнулся:

– Твоя гипотеза сомнительна и нуждается в проверке.

– Так проверь, – отозвалась Грета. – Почему мы не смогли поднять афишу? Потому что это отражение. Настоящая афиша осталась с другой стороны.

– Похоже на правду, – задумчиво сказал Борис. – Но все равно зазеркалье – это слишком неправдоподобно. Может, Леха прав и это было представление? Летающая голограмма, манекены…

– Так давай проверим. – Грета полезла в карман. – Я же снимала видео с камер наблюдения на планшет. Посмотрим… Ах ты, черт!

Планшет не работал. Грета потрясла его, попробовала еще раз, покачала головой:

– Не включается. Плюс один к моей гипотезе. Отражение планшета – не планшет.

– Может, разрядился?

– Ну конечно! – фыркнула Грета. – Я знала, что придется много записывать. Заряд был полный.

Они помолчали.

– Зловредное воздействие, – бормотала Вера себе под нос. – Обманутые ожидания. Или все-таки наркотики?.. Но откуда? Распыленные в воздухе? Наведенная галлюцинация. Или психоз. Или гипноз. Бред-то какой, бред, бред… Просто сон, быть может? – Она яростно укусила себя за руку и охнула. – Больно. Проснуться. Не могу. Не сон. Что же происходит, что… Какая ирония… Врач, который стал клиентом психиатрической больницы… Все с ног на голову и задом наперед…

Алексей со вздохом поднялся на ноги.

– Что-то нас не торопятся выпускать, – сказал он задумчиво.

– Так может, хватит сидеть и ждать у моря погоды? – язвительно спросил Борис.

– А что мы, по-твоему, должны делать?

– Включить мозги! – Борис возвысил голос. – Мы торчим непонятно где. И непонятно, как отсюда выйти. Можно лечь на пол и умереть с голоду. А можно найти выход.

– Дверь, ведущая в зал, не открывается, – откликнулась Вера. – Я уже пробовала.

– Выйдем так же, как и вошли. – Борис указал на упавший набок комод. – Она закрыла проход в зеркале. Заперла дверь на ключ и убрала его сюда… Может быть, просто откроем дверь ключом и вернемся?

– Неплохая идея, – отозвалась Грета. Потянула за ручку. – Нет, похоже, плохая: ящик, как видишь, не открывается. Как будто застрял. И комод подвинуть я тоже не могу…

– Потому что это ненастоящий комод, – нетерпеливо сказал Алексей, – это бутафория, он приклеен к полу!

Грета фыркнула:

– Или потому, что это не комод, а отражение комода, а на отражение воздействовать нельзя.

– Или это все-таки коллективная галлюцинация, – угрюмо отозвалась Вера, – и нужно лечь поспать, а утром все пройдет.

– Ну уж нет, спать на полу я не намерен. – Борис нахмурился. – Предположим, что мы на самом деле с той стороны стекла, в зазеркалье. Может быть, тут работают другие физические законы? Энергия не берется ниоткуда и не пропадает никуда… Сила действия равна силе противодействия… В нашем мире. Здесь, похоже, нет. Но мира без законов не бывает. Должна быть закономерность, отгадка… Но какая?..

Борис неторопливо прошелся по залу, пытаясь поднять книги, вернуть на место картины, сдвинуть упавшие настенные часы – не получалось. Все предметы застыли, стали гладкими и скользкими и не двигались. И вдруг одна из книг поддалась – оказалась в его руках.

– Получилось! – возликовал Борис, помахав своей находкой. – Я поднял ее!

– И что теперь? – осторожно спросила Грета.

– Надо подумать. – Борис обернулся. – Книга стояла в шкафу, вот тут. Попробую вернуть ее обратно. Ага. Опять получилось! Так… А теперь… Ого! А теперь я не могу ее сдвинуть. Словно приклеилась к полке.

– Что это значит?

– Не знаю.

Он соврал. Его безупречно логичный мозг кричал: неужели ты не понял? Книга – последнее, что Дама швырнула на пол, перед тем как исчезнуть. Она прикасалась к нескольким предметам… точнее, ко многим предметам… Нужно вернуть их на места в обратной последовательности, и тогда, возможно, они смогут добыть ключ и выбраться из ловушки.

– Тогда мы застряли здесь навечно, – угрюмо сообщила Вера, когда Борис рассказал о своей догадке. – Она разнесла всю комнату. Нам ни за что не удастся…

– Вовсе нет, – перебила ее Грета. – Боря просто гений. У него не мозг, а суперкомпьютер. Ты же все запомнил, да? Ты сможешь нас вывести отсюда?

Трое смотрели на Бориса. Борис смотрел в пол, на обрывки рекламного буклета и осколки стекла, и сжимал кулаки.

– Я знаю, что делать. У меня получится. – Он прошелся вдоль стен, оглядывая разгромленный зал, и фальшиво пропел: – Что наша жи-и-и-изнь? Игра!