Но пока еще рано, рано… Надо вести себя так, чтобы Грин ничего не заподозрил. Шейла подошла к нему и ради приличия полюбопытствовала:
— На острове, куда мы направляемся, природа сохранилась в первозданном виде?
— Почти. — Его белые зубы ослепительно блеснули на загорелом лице. — Машинами пользоваться там не разрешается, поэтому воздух очень чистый. Есть две гостиницы, несколько частных домов и всего один или два продуктовых магазинчика. Так что, если бы мы не захватили с собой еду, нам пришлось бы превратиться в туземцев. Я бы стал ловить рыбу, а вы бы жарили ее на костре. Лучшая в мире еда!
Шейла засмеялась, представив эту романтичную картину. И вдруг ей мучительно, до боли в сердце захотелось оказаться с Артуром вдвоем на пустынном берегу, далеко-далеко от человеческих глаз. Вместе плавать в теплой, пронизанной солнцем воде, в сумерках сидеть рядом у костра, слушая шум океанского прибоя, а потом, забыв все, что говорила об Артуре Джун, без оглядки отдать всю себя, до последней клеточки, его рукам, губам, его телу… Возможно ли большее счастье?! Увы, этого не будет. Никогда.
— А вон и наша цель, — махнул Артур рукой в сторону горизонта, где обозначился маленький бугорок.
— Как же мы будем передвигаться по острову, если там нет машин?
— Возьмем напрокат велосипеды.
Шейла никак не могла справиться с охватившим ее приятным возбуждением, когда они, оставив яхту на причале, получили велосипеды.
Молодые люди ехали, иногда обгоняя друг друга, иногда совсем рядом; ветер ласково обдувал их разгоряченные лица, ерошил волосы. Но единственное, о чем Шейла могла думать в этот момент, это о том, как сильно ей хочется любви Артура. Несмотря на теплую погоду, ее бил нервный озноб.
Время от времени Артур делал знак, что хотел бы остановиться, и тогда Шейла садилась на песок и наблюдала, как ее спутник делает заметки в маленьком блокноте и фотографирует местность.
Во время четвертой остановки она украдкой взглянула на часы.
— Проголодались? — догадался Артур.
— Как волк. Но, если надо, я потерплю.
От близости этого сильного красивого мужчины, от того что они сейчас одни, мысли о еде и обо всем прочем казались какими-то незначительными. Шейла растворялась в радости, словно шоколадка на солнце. Она попыталась было собрать волю и сосредоточиться на недостатках Артура, но все ее существо воспротивилось этому — слишком ярким было солнце, слишком чистым и свежим воздух, а сам Артур слишком походил на античного бога, который спустился на землю, чтобы провести с ней день и снова растаять в бесконечной синеве.
— Поехали, найдем где-нибудь подходящее местечко и перекусим, — предложил он. — У меня тоже разыгрался зверский аппетит.
Почти в каждой его фразе Шейле чудился намек, и она сильно покраснела, когда Артур поднял с песка ее велосипед и подал ей руку.
— Это было бы прекрасно. А где? — спросила она.
— На острове полно пустынных пляжей, давайте подыщем себе какой-нибудь уютный заливчик.
Сказал паук мухе, прокомментировала про себя Шейла, и по ее спине забегали мурашки. Он чувствует мое состояние, видит меня насквозь, волновалась она.
По дороге к месту предполагаемого пикника Шейле с трудом, но удалось убедить себя, что все ее страхи являются лишь плодом воображения. Залив, у которого они решили остановиться, вызвал у девушки восхищение. Стройные пальмы тихо шелестели веерами листьев, бирюзовые волны с мерным шепотом лизали мягкий прибрежный песок.
Артур снял с багажника своего велосипеда сумку-холодильник, поставил ее в тени пальмы и начал раздеваться. Шейла замерла, и ее сердце дрогнуло в ожидании чего-то… Но реплика Артура подействовала на девушку как ушат холодной воды.
— Давайте искупаемся перед обедом, — спокойно предложил Артур.
Конечно, он просто хотел искупаться. И ничего более. Как я могла вообразить, будто он раздевается, чтобы тут же наброситься на меня?
Несколько уязвленная, Шейла ответила отказом.
— Напрасно, — пожал плечами Артур. — Здесь так красиво.
К этому времени он успел раздеться и остался в плавках, которые даже на самый пуританский взгляд выглядели вполне прилично. Но Шейле, никогда прежде не позволявшей себе разглядывать мужчин, пришлось собрать всю силу воли, чтобы оторвать глаза от Артура.
Он все еще надеялся уговорить ее поплавать.
— Я не хочу, у меня такая кожа, что я сразу сожгу ее, — пряча глаза, отвечала Шейла.
— Ну что ж, раз вас не уговорить, пойду один. — Он побежал к воде и, взметая фонтаны брызг, нырнул в набежавшую волну.
Пока он плавал, Шейла разложила на клеенке еду. Мокрый Артур, выйдя из воды, как ни в чем не бывало плюхнулся на песок рядом с импровизированным столом. От соседства с полуобнаженным красавцем аппетит у Шейлы заметно поубавился, и она не смогла заставить себя съесть ничего, кроме кусочка хлеба с салатом, хотя и выпила два стакана красного вина. Артур же поглощал пищу с видимым наслаждением. Закончив трапезу, он посмотрел на Шейлу.
— Перестаньте волноваться, я вовсе не собираюсь набрасываться на вас.
Она подняла на него глаза, не в силах скрыть разочарования.
— Нет?
— Только, если вы сами этого захотите, — тихо добавил Артур.
— Конечно, не захочу. — Она опустила ресницы, опасаясь, что в ее глазах можно прочесть правду.
— А жаль… Не хотелось бы сразу после еды отправляться в обратный путь. Передохнем еще полчасика. Может, у вас есть предложение, чем их занять?
— Можно просто поговорить.
Серые глаза Артура блеснули, в уголках рта заиграла улыбка.
— Конечно, можно, — усмехнулся он. — И о чем же мы поговорим?
— О чем хотите.
— Хорошо. Почему бы нам сегодня не поиграть в откровенность?
От удивления у Шейлы раскрылся рот. Ей даже показалось, что у нее перестало биться сердце.
— Игра в откровенность? — прошептала она. — А что это такое?
— Неужели не знаете? Нет? Никогда не играли в нее на вечеринках? — Он помедлил. — Я могу задать вам любой вопрос, а вы должны честно и откровенно на него ответить. Потом вы в свою очередь можете спросить меня о чем угодно.
Шейла усмехнулась.
— Такая игра любого может поставить в самое нелицеприятное положение, не так ли?
— Положимся на наш врожденный такт, — спокойно сказал Артур. — Я начинаю.
Шейла затаила дыхание.
— Куда вы пойдете после того, как перестанете работать у меня?
Девушка ожидала вопроса с подвохом, но, похоже, Артура искренне интересовала ее судьба. Шейла почувствовала угрызения совести: человек к ней со всей душой, а она держит камень за пазухой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
