Колька хотел дослушать, что ему бывшая Жуть расскажет, но тут сон мгновенно оборвался. Бывший Свирепый Вепрь одним махом вылетел в реальный мир и очнулся в своей комнатушке.
Глава XVII
ВЕРИТЬ ИЛИ НЕ ВЕРИТЬ?
Чувствовал Колька почти то же, что после того, как он выполнил первое поручение Великих Духов (или демонов). То есть сомневался почти во всем.
Нет, на сей раз он не сомневался в том, что отвез на остров банку волшебной воды, полил ею кострище с зарытым там черепом, а затем выбросил банку в озеро. Не сомневался он и в том, что видел воочию Жуть Подводную, и даже в том, что победил ее.
Но вот в том, что сон — это не просто сон, а нечто большее, Колька все-таки сомневался. И в том, что тетка в черном — это настоящая Хозяйка озера из дедушкиной легенды, — тоже.
Во-первых, во сне может присниться все что угодно. Такие путешествия по лабиринтам Колька и прежде видел в снах, наигравшись в те же самые «Doom» или «Quake». В тех снах и всякие монстры появлялись, и роботы, так что ничего удивительного в том, что в этом сне какая-то тетка появилась, не было. То, что она разговаривала и всякие инструкции выдавала, еще не означало, что надо их срочно выполнять.
Во-вторых, даже если сон — не просто сон, из него не следует, что Колька должен всему верить. Ведь эта самая тетка — даже при том, что она для своих пятисот лет с гаком еще неплохо смотрится! — может быть вовсе не той «девицей красоты неописуемой», которая в дедушкиной легенде фигурировала, а какой-нибудь совершенно посторонней колдуньей. Или даже представительницей тех самых демонов, от которых она якобы собралась спасать Кольку и все человечество. Ведь пока ясно одно: черная тетка хочет, чтобы Колька прекратил слушаться Духов, объявив их демонами. А что за этим последует — спасение или погибель, — вовсе неизвестно.
Ну, допустим, превратить футбольный мяч обратно в ежа, хоть и жалко, но можно уже сейчас — если сделать все без свидетелей, это никакой тайны не нарушит. Точно так же, наверно, можно орла превратить в пень или в дерево, как приказывала тетка, и даже вернуть петуха и кур пострадавшим жителям. Но вот соорудить из поросят Пашку, Сашку и Тольку — это уже опасно. Они ведь люди, то есть существа говорящие, а значит, имеют возможность рассказать всем, что почти трое суток были поросятами. Правда, им не поверят, конечно, но пойдут всякие суды-пересуды среди бабок и дедок, а потом наверняка милиция приедет, чтобы выяснить, куда эти подростки пропадали и не имеют ли они отношения к какой-нибудь краже свиней или употреблению наркотиков, от которых человек ощущает, будто он в свинью превратился. Но еще опаснее возвращать человеческий облик дяде Пете и Андрюшке. Если даже они — ничего не запомнят о том, как были елками, то возможно, припомнят, что видели на острове костер. Так или иначе, но следы могут привести к Кольке. Наконец, из того, что говорила тетка в черном, следовало, что Кольке придется откапывать череп и, возможно, тащить его обратно на кладбище, снова зарывать в могилу. А может, еще и новый крест устанавливать взамен сожженного! Правда, про это гражданка, назвавшаяся Хозяйкой озера, ничего не сказала, но, судя по тому, что она посчитала большим грехом то, что Колька могилу раскопал и крест сжег, наверняка хотела сказать, просто не успела.
Ясно и то, что черная тетка очень боялась того, что Колька грядущей ночью выполнит повеление Духа Воздуха. Вообще-то Колька и сам испытывал страх, гораздо больший, чем накануне, перед выполнением повеления Духа Воды, хотя, как выяснилось, это на первый взгляд совсем плевое поручение Кольке немало нервов стоило: и темень напугала, и призраки на кладбище, и змеища, выползшая из могилы, и, наконец, сама Жуть Подводная…
Повеление же Духа Воздуха тоже выглядело совсем простым. Не надо даже на кладбище ходить. Надо приехать на остров — теперь, когда Жути нет, это не так уже страшно! Далее вбить четыре колышка в углы кострища, придав ему форму квадрата — тоже ерунда на постном масле. Привязать суровые нитки с угла на угол — сущие пустяки. Взяться четырьмя пальцами за то место, где нитки перекрещиваются, и дернуть слегка — элементарно. А вот дальше должно произойти что-то серьезное.
Что там говорил Дух Воздуха? «Как только услышишь звон, будто от струны, беги со всех ног туда, куда ноги понесут. Успеешь убежать — твое счастье, не успеешь — судьба твоя, как я уже говорил, будет ужасна…» И минувшей ночью он как-то уж очень ехидно напоминал насчет того, что придется его повеление выполнять. Может, после того как Колька дернет за нитки, его и впрямь ужасная судьба ждет, как бы быстро он ни убегал?! Да уж, все-таки к тому, что говорила Хозяйка (если это она, конечно!), стоило прислушаться…
Как там она говорила? «…А ежели допустить такое, и человек им доброй волей помогать согласится, то может так статься, что они опять на волю вырвутся и страшных бед натворят». Может быть, и вправду если Колька за нитки дернет, то выпустит на волю демонов? И они начнут, как в дедушкиной легенде, всякие безобразия творить? Землей людей засыпать, огнем жечь, в кипятке варить, вихрем в клочья раздирать? Стоп! Что-то тут есть! Земля, Огонь, Вода, Воздух… Неужели Великие Духи действительно демоны?
Кольке, хотя он еще из кровати не вылез, а за окном мирно светило солнце, стало страшно, куда страшнее, чем вчера, когда на кладбище призраки окружили со всех сторон безымянную могилу, а из самой могилы змея выползла размером с удава.
Ведь если он действительно все эти трое суток помогал не благородным Великим Духам, а вредным демонам, то очутился в безвыходном положении! Пойдет и сделает, как велел Дух Воздуха — погибнет, и не пойдет — тоже «судьба будет ужасной». Даже если проделает все, что велела Хозяйка озера — а она ведь ему не все рассказать успела! — надежд на спасение мало. «Духи» ведь предупреждали, что, если кто-нибудь узнает хотя бы о том, что в кострище череп зарыт, Кольке не поздоровится… Да уж, попал так попал!
Затем неизвестно откуда в голову пришла спасительная, точнее, утешительная мысль: с чего это он взял, будто обязательно погибнет, если дернет за нитки? Да, возможно, если он просто так побежит, то не успеет спастись. Но ведь он может… улететь! Элементарно! Сделать из чего-нибудь вертолет — он же умеет мертвое из живого делать, так что запросто может его из деревьев соорудить! Потом из какой-нибудь елки сделать пилота — он же умеет и живое из живого получать! — и улететь. А если и вертолет слишком медленно полетит, чтоб удрать, допустим, от урагана, так можно его тут же, на лету, так сказать, переделать в реактивный самолет, даже сверхзвуковой — он же из мертвого мертвое делать умеет, — и фиг догонишь! Правда, надо еще проверить, верно ли то, о чем Дух Воды говорил. То есть о том, что наградил Кольку умением повелевать смертными. А то еще неизвестно, станет ли ему подчиняться этот самый искусственный летчик?
Эта мысль быстро вывела Кольку из уныния. Надо вставать да делами заниматься, лежа в кровати все равно ничему не поможешь. Тем более что как раз в это время в комнату заглянула бабушка Клаша и позвала внука кушать.
Еще во время завтрака Колька раздумывал, на ком бы ему попробовать свое умение повелевать смертными. Конечно, бабушка и дедушка для такого эксперимента не годились. Они и так в своем внуке души не чают, а потому безо всякого колдовства сделают для него все, что в их силах. На собаке Майке, что ли, попробовать? А что на ней можно пробовать? Разве что команды «фас!», «апорт!» или еще какие-нибудь. Неинтересно…
И тут Кольку осенило. Что если сейчас пойти к Пашке, Сашке или Тольке, превратить их из поросят обратно в мальчишек, а затем этих явных врагов — в своих лучших приятелей. Рискованно, конечно, можно в случае неудачи по шее получить, но если удастся — тут уж не ошибешься: действительно повелеваешь смертными!
Глава XVIII
