в темноте я заметил, как она приподняла бровь.
— Нет, тут ты не права, — поправил я. Спать мне и правда не хотелось, но судьба сама дала карты мне в руки: — это мы не будем спать. Если ты не против, конечно.
— Я? Нет, — ответила она, протянув слог, а потом поцеловала прямо у двери в подъезд, держа ключи в ладони.
Я не спешил внутрь. Поцелуй был сладким, а ее губы — мягкими и нежными настолько, что я не хотел отрываться.
— Внутри точно будет удобнее, обещаю, — прошептала Ева почти вплотную к моему лицу. Домофон запищал, требуя, чтобы мы поскорее вошли внутрь.
Глава 18
Разумеется, если бы меня спросили, какого черта я туда вообще поперся, то я бы ни за что в жизни не ответил, что искал утешения. Девушка была красивой, невероятно красивой. Даже, я бы сказал, гипнотически прекрасной.
Но, да, несмотря на то что я бы никогда не признался в этом, сейчас мне отчаянно не хватало чего-то положительного. На работу я и так уже положил — а вот действительно приятного все равно было мало.
И не хватало нормальности. Я это понял лишь в тот момент, когда Ева открыла дверь. Что-то такое уютно-домашнее шевельнулось в голове. Что-то из далекого прошлого, когда у меня нормального еще были какие-то отношения и девушка.
Точно так же мы ходили по магазинам, я нес пакеты, она открывала дверь, а потом мы вместе готовили ужин. А теперь нормальных вокруг меня — по пальцам пересчитать. И пересчитывать не нужно.
Одна — с комплексами из прошлого, да еще и до кучи слегка сварливой стала. А ведь всего то неделю как перебралась в столицу. Другая оказалась нимфоманкой, к тому же еще и жутко нетерпимой к чужим сложностям. Я-то вполне с пониманием относился к ее «особенностям».
Про непосредственное начальство лучше и вовсе не вспоминать. Неадекват в квадрате.
— Ром…
Голос Евы вывел меня из странного состояния, и я уставился в черный прямоугольник подъезда позади открытой двери.
— Иду, — я постарался улыбнуться и прошел внутрь, а затем, точно помня, куда мне нужно, поднялся на второй этаж.
Ева открыла дверь, указала, куда положить пакет. Опустив его на стол в кухне, я повел ладонью, щелкнув при этом суставом и уставился на ладонь. Пальцы не дрожат.
— И что с тобой успело случиться, а? — я заметил, что девушка даже не прикоснулась к пакету, а пристально смотрит на меня. — Убил кого? Ограбил? Что случилось?
Она говорила не строго, не вызывающе, а как-то мягко. Словно не называла этих вещей, а говорила о чем-то обыденном и привычном.
— Да все в порядке.
— Кофе будешь? — теперь уже не требующим возражений тоном заговорила она. Словно это был и не вопрос, а утверждение.
— Буду, — машинально отозвался я и присел.
Легкое платье на Еве смотрелось идеально. Не облипало фигуру, хотя явно имело маленький размер, но подчеркивало все ее преимущества. И, пока девушка загружала капсулу в кофе-машину и доставала чашки, я любовался ее ногами.
— Смотри-смотри, сколько влезет, — посмеялась она. Я поднял глаза и убедился, что Ева обернулась через плечо и наблюдает за мной. — И не вздумай оправдываться!
От такой простоты стало легче. Здесь пока нет секретов. А, может быть, и не будет вовсе. Мне же необязательно проявлять свою Силу здесь. Принуждать человека к чему-либо. Можно на время вернуться в нормальность.
— Сахар? Сливки? — быстро спросила Ева.
— И того, и другого, — без паузы отозвался я.
— И можно без кофе? — насмешливо уточнила девушка. — Держи, потеряшка. У тебя такой вид все равно… — она прищурилась, — не знаю даже, как сказать.
— Просто тяжелый день и ничего больше. А вообще мне уже лучше, — добавил я, когда Ева села напротив. Я еще раз окинул взглядом ее статную фигуру, но задержался на глазах. Оторваться от них мне удалось лишь в момент, когда Ева улыбнулась — эти ямочки на щеках моментально отвлекли мое внимание.
— Та-а-ак, не надо рассматривать меня как картину, пожалуйста, — попросила она вежливо. Ямочки пока не исчезали.
— Ну уж нет, — я решил собраться и пустить в ход все обаяние, какое было. А было его совсем немного. — Ты не похожа на картину.
— Да? — в голосе у нее явно сквозило удивление. — Аргументируй!
— Хм… ну… черт… — коллеги-матершинники не вбили в меня привычку ругаться настолько, чтобы я позволил себе крепкое словцо при хорошенькой девушке. — Картина… она же плоская. А ты нет!
В этот неловкий момент Ева как раз решила отпить кофе, и кружка задержалась у ее лица. Я мог видеть лишь глаза, немигающие, но пристально уставившиеся на меня. И не успел я подумать о том, что сейчас за мой неудачный подкат меня просто выпнут из квартиры, девушка поставила кружку и повернулась за полотенцем. Я заметил, что ее плечи трясутся, и решил не усугублять.
Старательно вытерев губы от пенки капучино, Ева рассмеялась, даже не успев убрать полотенце в сторону. Я сидел в полном недоумении.
— Господи, тебя же так легко… ну прости, пожалуйста, — она очень мило подняла брови, а потом перегнулась через стол, остановившись буквально в сантиметре от моего лица. — Я просто не могла не подразнить тебя.
Вместо ответа я не удержался и поцеловал ее, едва не опрокинув при этом свою чашку с кофе, но вовремя ее ухватил и тут же отставил в сторону.
— М-м-м, какая реакция, — ее глаза были совсем близко. И с ней у меня было совсем другое ощущение. Какая-то особая химия, но с поправкой, что я этого всего лишь коснулся и не ощутил в полной мере за первый поцелуй и ту сорванную попытку днем ранее. — Ты же не сердишься на
