Читаем без скачивания Голоса в ночи - Эрин Хантер

— Если других ран нет, то нам просто сказочно повезло, — проворчал он, собирая не пригодившиеся листья. — Мои запасы подходят к концу, а из-за этого снегопада я еще нескоро смогу выйти в лес, чтобы пополнить их.

Тростинка с тревогой пошевелила хвостом.

— А если котята простудятся?

— Я уже собрал все свежие ростки со своего огородика возле гнезда Двуногих, — со вздохом продолжал Воробей. — Больше я там рвать не могу, иначе погублю все растения. Нужно искать целебные травы в лесу.

Львиносвет насторожился.

— Ты думаешь, там что-то осталось после такого снегопада?

— Конечно, не останется, если будем чесать языками вместо того, чтобы искать, — огрызнулся Воробей. — Очень скоро все растения, которые занесло снегом, почернеют и увянут. После этого пользы от них не будет никакой. Нужно идти и собирать немедленно.

Яролика с готовностью выскочила вперед.

— Я пойду! Я знаю, что искать!

— А я помогу, — подошла к ней Листвичка. — Я знаю, где что растет.

— Спасибо, — сказал Огнезвезд, кивком подзывая к себе Терновника и Дыма. — Проводите их. На случай, если лисица не убралась восвояси. — Он повернулся к Ежевике. — Собирай охотников и отправляй их в лес. — Предводитель пнул лапой принесенного скворца. — Этим племя не накормишь. — Не прибавив больше ни слова, он пересек поляну и стал подниматься по каменной осыпи в свою палатку, а Ежевика взмахом хвоста собрал вокруг себя воинов.

Львиносвет бросился следом за предводителем. Не обращая внимания на вопросительные взгляды Голубички и Пеплогривки, он взбежал по камням на карниз и умоляюще попросил:

— Разреши мне прогнать лису!

Огнезвезд изумленно обернулся.

— Я могу раз и навсегда выгнать ее с нашей территории, — твердо повторил Львиносвет, прямо глядя в зеленые глаза предводителя. — Ты же знаешь, что я выхожу невредимым из любой битвы.

Огнезвезд сел.

— Если она уйдет, мы сможем без страха охотиться в лесу, — добавил Львиносвет.

Огнезвезд нахмурился.

— Ты уверен в своей неуязвимости? — понизив голос, спросил он. Глаза его потемнели. — Ведь то, что ты до сих пор ни разу не был ранен, еще не доказывает, что так будет всегда! Зачем рисковать жизнью из-за лисицы, когда нам грозят гораздо более страшные враги, до поры до времени таящиеся в темноте? Ты знаешь об этом не хуже меня, Львиносвет.

— Мы все понимаем, что нынешняя пора Голых деревьев будет особенно суровой, — сказал Львиносвет. — Зачем делать ее еще тяжелее, делясь своей скудной добычей с хищницей?

— Как ты объяснишь соплеменникам, что в одиночку прогнал лисицу? — сощурился Огнезвезд. — Мне казалось, ты хочешь сохранить свой дар в тайне.

— Никто ничего не узнает, — заверил его Львиносвет. — Я скажу им, что застал лису врасплох. Что мне просто повезло. Скажу, что она была уже ранена после стычки в лагери. Да мало ли, что можно сказать!

Огнезвезд обвил хвост вокруг лап.

— Ладно, — с неохотой согласился он. — Но возьми с собой Голубичку.

— Голубичку? — пошевелил ушами Львиносвет. — Но она может пострадать.

— Значит, держи ее подальше, — приказал Огнезвезд. — Но пусть будет при тебе. По крайней мере, она сможет привести помощь, если потребуется.

— Мне не потребуется… — начал было Львиносвет, но вовремя прикусил язык.

«Мне не нужна ничья помощь, я сам со всем справлюсь!» — хотелось крикнуть ему. Но в этом не было необходимости. Он добился того, чего хотел. А если так, то к чему лишние слова?

Глава XIII

Львиносвет потянулся на своей подстилке. Потерся спиной о спину Пеплогривки. Она что-то пробормотала во сне, не открывая глаз. Рассвет едва занимался над лагерем, проливая тусклый свет в просветы между плетеной крышей палатки. Львиносвет не шевелился, стараясь дышать как можно ровнее, до тех пор, пока тени не всколыхнулись вокруг. Дым громко зевнул и вышел из палатки, чтобы отправиться в рассветный патруль. Белолапа села и протянула лапу в гнездышко Бурого.

— Пора вставать, — шепнула она.

Тот проворчал, но поднялся.

— Снег все идет?

— Я еще не выглядывала, — Белолапа прошла мимо подстилок и высунула голову наружу. Потом вышла, снег захрустел под ее лапами.

Львиносвет дождался, когда Бурый покинет палатку, и только потом сел. Он досадовал на то, что Огнезвезд не позволил ему сразиться с лисой накануне, когда полученные хищницей раны были еще свежи. Но слово предводителя — закон для воина.

«Если ты выгонишь ее прямо сейчас, — объяснил Огнезвезд, — наши воители заподозрят, что их обманули, не дав возможности самим постоять за свое племя. Если же ты выждешь время, они скорее поверят в то, что все произошло случайно».

Пеплогривка перекатилась на бок, уши у нее зашевелились, словно ей снился какой-то увлекательный сон. Нежная серая шерстка на ее животе выглядела теплой и легкой, как пух. Львиносвет почувствовал внезапный укол вины. Пеплогривка даже не догадывалась о его особом даре. Он не рассказал ей о пророчестве. Теперь, когда они стали так близки, эта скрытность стала казаться ему ложью. Но как он мог признаться Пеплогривке? Их любовь казалась ему крепкой, но выдержит ли она тяжесть правды?

Львиносвет отогнал беспокойные мысли. Зажмурившись, он глубоко вдохнул теплый, сонный запах Пеплогривки.

«Я прогоню из леса всех лис, ради тебя, Пеплогривка, чтобы ты могла спокойно охотиться в лесу», — думал он.

Он нежно погладил спящую хвостом, встал и вышел из палатки. Ночью выпал свежий снег, поляна стала гладкой, как вода в озере, лишь следы рассветного патруля нарушали ровную белизну. Небо над оврагом тускло розовело, тихий свет лился в лагерь сквозь голые ветви.

Огнезвезд стоял на карнизе, глядя на пустую поляну. Заметив Львиносвета, он сощурился, потом кивнул. Львиносвет взмахнул хвостом и бросился к палатке оруженосцев.

— Голубичка!

Он позвал тихим шепотом, но папоротники тут же зашуршали, и серая ученица выскочила наружу.

— Уже тренироваться? — она вытянула передние лапы и так низко прогнула спину, что зарылась животом в снег.

— Сегодня у нас особое задание.

Голубичка выпрямилась.

— Воробей тоже пойдет с нами?

— Нет, на этот раз его дар нам не понадобится.

«Как и твой», — прибавил Львиносвет про себя.

Повернувшись, он направился к выходу, Голубичка засеменила следом.

— Куда мы идем?

— Узнаешь, когда выйдем из лагеря.

— Хочешь, чтобы я что-нибудь послушала?

— Нет.

Он был не в настроении отвечать на ее бесконечные вопросы. Нужно было сделать все вчера, и одному. Погрузившись в мысли о лисице, Львиносвет шагал по протоптанной тропе. Голубичка заговорила снова, но он не слушал ее. Он вновь видел перед собой заснеженный лагерь, по которому носилась обезумевшая лиса, щелкая зубами на Тростинку, замахиваясь хвостом на Ромашку. Слепая ярость бурлила у него в крови. Как смела эта рыжая тварь угрожать его соплеменникам?

Серая фигурка преградила ему дорогу.

— Куда мы идем?

Раздосадованное мяуканье Голубички заставило Львиносвета остановиться.

— Хочу прогонать лису, — бросил он, потом отстранил Голубичку и зашагал дальше.

Она помчалась следом.

— Только ты и я?

— Только я. Огнезвезд сказал, чтобы я взял тебя с собой на тот случай, если потребуется привести помощь.

— Огнезвезд знает о нас? — изумленно спросила Голубичка.

— А почему он не должен знать? — огрызнулся Львиносвет. — Вообще-то, он пока предводитель. Он давно знает о моем даре. Ему известно, что я неуязвим.

— Но ведь нам не для этого дали способности!

Львиносвет остановился и посмотрел на Голубичку.

— Значит, ты считаешь, что мы должны позволить лисе угрожать нашим соплеменникам? Врываться в наш лагерь, пугать беспомощных королев с котятами?

— Нет, я так не считаю, — ответила Голубичка, не отводя глаз. — Я просто хочу сказать, что другие племена справляются с лисами без всяких особых способностей. Зачем в одиночку браться за то, что может сделать хороший патруль обыкновенных воинов?

Львиносвету показалось, что слово «обыкновенных» она произнесла почти с завистью.

— Затем, что так будет проще, — ответил Львиносвет. — И никто не пострадает.

Голубичка отвернулась.

— А по-моему, это неправильно, вот и все! Жульничество какое-то.

Она сорвалась с места и сердито зашагала по тропе, огибавшей заросли плюща.

— Жульничество? — вскипел Львиносвет, бросаясь за ней следом. — Что нечестного в том, чтобы использовать свои способности для защиты племени?

Голубичка не остановилась и не обернулась.

— В племени все заботятся друг о друге. Все друг другу помогают. Это связывает нас, делает нужными. Если ты можешь один выполнять все обязанности, зачем тогда нужны другие воины?