Или уже знает?
–Может и смогу. Вы же возглавляете комиссию, чтобы это выявить.
–Не только комиссию. Еще жюри на фестивале буду возглавлять именно я.
–Значит от вас зависит кому достанется призовое место.
– В какой-то степени да.
–Призовое место ничего не значит по сравнению с признанием зрителей.
–А вы мне нравитесь. Я согласна с вашим мнением. Действительно часто бывает, что мнение жюри не совпадает с мнением зрителей.
–Вот именно. Кому вам будет выгодно отдать приз, тот его и получит, а слушатели в зале выбирают без выгоды.
–Тут ты не совсем прав. Просто есть некоторые критерии отбора.
–Но ведь это музыка-музыка свободы и протеста, хотя вам это вряд ли понять.
–Ошибаешься. Я выросла на отечественной рок-сцене
–Тогда вам известно, что эти самые критерии отбора, как вы говорите, загнали рок-музыку в подполье.
–Раньше была другая страна и рамки были жёстче. Сейчас совсем не такое время.
– Да я понимаю, но ведь вряд ли ваше жюри одобрит группу, которая будет в своих песнях пропагандировать насилие, наркотики, грязный секс или осквернять политику.
–Интересно, о чём будет ваша группа. Неужели об этом? – настороженно спросила Виолетта Иннокентьевна
–Я вас заверяю, что с нашей стороны будет всё в рамках приличия.
–Вот и хорошо…-облегченно вздохнула женщина. -Как вас зовут?
–Никита…
–Желаю удачи вам и вашей группе на конкурсе Никита. Я думаю у вас всё получится.
На этом разговор был закончен и она вернулась к остальным членам жюри, еще до того как закончил петь «Пиратский флаг». Теперь очередь группы «Самураи». Для Никиты это прослушивание ничего не значило, он уже заранее договорился с парнями, что их группа на сцене выступит совсем с другой программой.
Глава 18
С самых ранних лет Венера не чувствовала свободы выбора что ей делать и чем заниматься. За неё все это решала мама. Отец постоянно уезжал в далекие рейсы и неделями не был дома, поэтому всё воспитание упало на плечи Виолетты Иннокентьевны. Еще в детские годы Венеры, она выбивалась из сил чтобы по работе добиться высокого места в административном составе города и только когда её дочка пошла в первый класс она заняла пост руководителя по делам молодежи. Уже тогда у неё появилась одержимость, что Венера должна быть достойным примером для всех других детей и этим поддерживать авторитет её матери. На плечи девочки разом упали обязанности совершенствовать себя и свои таланты. Мама отправляла её после школы на бальные танцы, на уроки вокала, на уроки по классу фортепьяно и это всё в один день. Венера выступала на различных мероприятиях и конкурсах и всегда вызывала восторг у зрителей и конечно же зависть к матери за такую талантливую дочь. У Венеры никогда не возникало мыслей ослушаться маму или прекратить ходить на занятия. Казалось, такая жизнь будет продолжаться всегда пока она не закончит школу, но всё перевернулось когда она повстречала его…
Виктор показался ей на первый взгляд очень мрачным и опасным. Он поджидал её из музыкальной школы после уроков и Венера бы убежала от такого случайного знакомства, но этот парень в буквальном смысле околдовал её. Виктор говорил, что видел Венеру на одном из выступлений, что у нее прекрасный голос и то, что он хочет слышать её в своей группе. Она обещала подумать. Только дома Венера поняла абсурд своего решения. Ей всего пятнадцать лет, какая может быть группа с парнями, которых она вообще не знает, и которые намного старше неё? К тому же у неё очень занятой график. И вообще, что на это скажет мама? Именно это и хотела объяснить Венера при следующей встречи, но когда она снова увидела Виктора что-то переключилось в голове и она дала согласие.
На первой же репетиции Венеру ожидал провал. Она ничего не знала о репертуаре, в котором играют Виктор и его друзья. Она думала, что ей дадут отставку, но Виктор не расстроился и заверил, что ей просто нужно немного времени, чтобы привыкнуть. Теперь Венера понимала почему друзья называют его Колдун. Виктор обладал даром убеждения и трудно было не поверить его словам. Вместе они стали проводить все её свободное время и Венере это нравилось. Она раскрыла душу перед этим человеком, делилась тем, что так долго копилось у неё внутри, но не могла сказать никому раньше. Виктор открыл для неё мир готической музыки и этот мир оказался для Венеры прекрасным. Внутренний мир перевернулся, она не могла уже жить как раньше. Под внушением Виктора она слушала о том что только сатана искренен и заботится о нас, так как сам был предан и живет в мучениях за этого. Самое страшное то, что Венера верила каждому его слову и каждой строчке из книг про религию. Дома ей стало невыносимо, свои мысли она тщательно скрывала от окружения, но внутри уже всё было определено. Странно вообще, что мама не замечала её перемены за своей занятости на работе. Венера стала по ночам проводить время на кладбище вместе с Виктором и его друзьями. Она стала своей в этой компании и чувствовала себя свободной среди людей, которые её понимают и думают так же как она. Даже называли среди своих Ведьмой так как Виктор по праву считал её своей девушкой. Венера не возражала, наоборот сама всё больше тянулась к нему. Они каждый раз уединялись и целовались до изнеможения. Однако Виктору этого было мало и он каждый раз пытался лезть к ней в трусы, но Венера всегда пресекала их. Она вроде была и не против, но каждый раз чего-то боялась. В очередной раз, когда вся их компания пила вино на кладбище Колдун предложил ей какую-то таблетку для того, чтобы на утро не болела голова и она ему поверила. Венера проглотила её и через несколько минут почувствовала состояние эйфории. Она сама в тот вечер потащила Виктора в кусты и раздвинула перед ним ноги. Так ей было хорошо…На следующую ночь Колдун снова предложил повторить и Венера не удержалась от соблазна. Только на этот раз она проглотила целых три таблетки. Венера снова оказалась под Виктором, но его на долго не хватило. Внутреннее нутро жаждало ещё и после него над Венерой пыхтели все парни из компании и ей вовсе не было стыдно. Она современная девушка и уже достаточно взрослая, чтобы решать с кем ей спать. Тем более Колдун всё видел и не ревновал. Только на утро она осознала весь стыд того, что произошло. Но Виктор сказал, что нечего страшного не произошло ведь вся их компания – это одна семья. Но это было не всё… Он сказал
