жениха? Умно.
— Мелочно и глупо.
Граф сделал знак лакею, и тот, громогласно возвестив, что кушать подано, распахнул двери в столовую.
Как и предсказывал хозяин дома, леди Вайолет точно знала количество гостей. Во всяком случае, никто не остался без места. Еда тоже оказалась выше всяких похвал. Эйлин с недоумением рассматривала перемены блюд, понимая, что местная кухарка вряд ли бы смогла все это приготовить. Но спрашивать, откуда леди Вайолет взяла повера, девушка не стала, опасаясь того, что гости могут подслушать. Она вообще предпочла сидеть молча, прислушиваясь к разговорам, в основном сводившимся к сплетням этого сезона.
Леди Вайолет с удовольствием принимала в них участие, её племянник, напротив, сидел с безразличным видом.
— Джесс, а каково твое мнение? — окликнул его один из гостей, невысокий блондин.
— По поводу?
— Кто выиграет на скачках?
— Разумеется, лошадь.
В ответ ему раздался дружный смех.
— А какая? — продолжал настаивать блондин.
— Быстрая.
Снова раздался смех.
— Джес, похоже ты совсем одичал в своем имении! — воскликнул худощавый брюнет. — Неужели ты не знаешь фаворитов этого сезона?
— Поверь, я не знал их и в прошлом. К тому же беседы о скачках утомительны для дам, — он повернулся к Эйлин, — Мисс Кэмпбелл, а вы что думаете?
— По поводу того, кто победит? — уточнила она.
— По поводу темы разговора.
— Скажем так, беседы о театре или столичных музеях мне бы понравились больше.
— А вы там бывали? — небрежно поинтересовался дю Вилль. — Вы же выросли на севере, не так ли?
Эйлин улыбнулась.
— Вы не поверите, маркиз, но существуют почтовые кареты и дилижансы. Конечно, они не столь быстры, как ваш фаэтон, но тоже позволяют добраться до места назначения.
Краем глаза она заметила, что леди Вайолет одобрительно улыбнулась.
— В таком случае, проще поговорить о путешествиях, — вмешалась дородная матрона, мать троих дочерей. — Мы с девочками летом собираемся на воды…
Остальные подхватили тему, засыпав даму советами, где лучше снять дом, а Эйлин тихо выдохнула.
Вскоре слуги внесли портвейн, и дамы вышли в соседнюю комнату.
— Не пойму, что нашло на Максимилиана, — тихо пожаловалась леди Вайолет. — Обычно он более любезен.
— Возможно, он просто утомлен дорогой? — предположила Эйлин, не желая рассказывать почтенной даме о полуденном разговоре в саду.
— Макс? Дорогой? Дорогая моя, он недавно на спор проехал путь от столицы до южного порта за четыре часа, а после всю ночь играл в карты!
— Утомление имеет свойство накапливаться, — пожала плечами девушка. Леди Вайолет хотела возразить, но её отвлекли две гостьи, наперебой начавшие интересоваться здоровьем хозяина дома, а также его матримониальными планами. Эйлин предпочла ускользнуть к окну.
Мужчины не стали засиживаться за столом и вскоре присоединились к дамам. По всей видимости, граф Уорвик успел вразумить друга, во всяком случае, маркиз не стал приближаться к Эйлин, хотя девушка то и дело ловила на себе его пристальный взгляд. Сам Джаспер тоже не мог подойти незамеченным, поэтому предпочел остаться в центре внимания в одиночестве.
Судя по взглядам, которые он то и дело кидал на Эйлин, он явно предпочел бы сбежать подальше, но долг и воспитание заставляли оставаться в гостиной, развлекая многочисленных гостей, которых становилось все больше: подъезжали те, кто не был приглашен на ужин.
Если Эйлин и хотела остаться в стороне, ей это не удалось, несколько молодых людей, в том числе блондин, интересовавшийся результатом скачек, устремились к ней, наперебой приглашая на танец. От подобного напора девушка растерялась и запоздало вспомнила о необходимом атрибуте — бальной книжке, в которую обычно вписывались имена партнеров.
— Прошу прощения, мисс Кемпбелл, — лакей подошел к ней и протянул небольшой блокнот. — Его светлость просил передать вам. сказал, что вы забыли её в столовой.
— Да, спасибо, — Эйлин с благодарностью забрала книжку, все страницы которой были сделаны из слоновой кости, а обложка инкрустирована эмалью: нимфы в белоснежных платьях на берегу ручья.
— Вы же оставите мне вальс? — настаивал блондин.
Отказывать было неприлично, Эйлин раскрыла блокнотик, намереваясь сделать соответствующую запись и с облегчением заметила, что имя графа Уорвика стоит напротив всех вальсов. То же самое было и с котильоном, и с кадрилью, которой по обыкновению открывали любой бал.
Блондина это не смутило, как и остальных кавалеров и вскоре, вся книжка была расписана. Ей даже пришлось отказать нескольким молодым людям. Разочарованные, они ретировались, оставив Эйлин в недоумении по поводу их огорчения.
— Вижу, вы не скучаете? — маркиз дю Вилль подошел к ней.
Эйлин натянуто улыбнулась:
— Если вы хотите пригласить меня на танец, вынуждена вас разочаровать.
— Ну что вы! В отличие от всех этих бедняг я-то знаю, что у вас за душой ни гроша. Только не понимаю, к чему устраивать представление и играть роль богатой невесты…
— Какую роль? — от неожиданности девушка не могла скрыть удивление.
— Разве не вы дали понять всем этим беднягам, что вы — богатая наследница?
Эйлин смерила его взглядом:
— С чего мне это делать?
— Может быть, вы рассчитывали поймать рыбу покрупнее, чем Джаспер.
— Не вижу здесь ни одной особы королевской крови, — хмыкнула девушка. — Если таковая появится, обязательно позовите, может быть, я переменю мнение по поводу вашего друга!
Маркиз презрительно скривился:
— Вынужден разочаровать вас, мисс Кемпбелл, вряд ли особу королевской крови заинтересует рыжеволосая девица. Во всяком случае, в роли жены…
— О, да, мисс Сандрингтон подойдет на эту роль гораздо больше — она ведь красива и абсолютно бескорыстна!
— Хотите сказать, вы лучше её?
— Лучше? Не думаю, но я — честнее… А сейчас, прошу меня извинить, — она повернулась и направилась в толпу.
— Вы не ладите с Максом, — граф Уорвик подошел к Эйлин, протягивая бокал с шампанским.
— Да, — она не стала возражать. — он считает меня тем, кто я есть на самом деле — охотницей за богатым мужем.
— Неужели? — он улыбнулся.
— Увы.
— В таком случае, вы же не станете разочаровывать злопыхателей?
Он склонил голову.
— Как я могу, тем более, что вы сами вписали себя в бальную книжку? — весело отозвалась Эйлин. — Кстати, я не успела поблагодарить вас: сама я совершенно забыла об этом атрибуте.
— Разумеется, как и обо всем остальном.
Незаметно для других, он коснулся её пальцев. Эйлин подняла голову, в этот момент свечи вспыхнули ярче, отражаясь в хрустальных подвесках люстр миллиардом огней, а двери в бальный зал распахнулись.
Джаспер неспешно провел партнершу туда и остановился в центре, выжидая, пока остальные пары выстроятся за ними.
Если Эйлин и волновалась по поводу своего умения танцевать, то недолго. Шаги вспоминались сами собой, и основная задача была не замешкаться, чтобы соблюсти рисунок танца. Наконец, музыка
