нас серьезных бойцов. Год — это очень мало. Лично по моему мнению. И по прошлому опыту. Когда начинал заниматься чем-то новым, уходило значительно больше года на вразумительный итог. Хотя, с другой стороны, нас ведь не для участия в Олимпийских играх готовят.
— Короте́нькая справка. Для вашего понимания. Данный вид борьбы, которым мы с вами занимаемся, ввели в использование не так давно. Он, можно сказать, новый. С другой стороны, он включает самое лучшее из всех ныне существующих направлений. Некоторые из вас в курсе, что сделано это, для подготовки офицеров НКВД и военнослужащих внутренних войск. Думаю, объяснять не нужно, зачем да почему. Однако вам…
Молодечный посмотрел сначала на меня, потом на Бернеса. Прямо выделил наши персоны. Типа остальные уже служат в НКВД, а нас двоих чисто случайно попутным ветром занесло. Кстати, я давно заметил, Кривоносому замечательно удается передавать свои мысли вот такими взглядами. Ему, наверное, потому и говорить много не хочется. Он иной раз такую рожу состроит, что в этой гримассе сразу читается текст листов на десять. Причем, весь текст матерный.
— Вам, учитывая специфику будущей деятельности, подобные умения необходимы. — Продолжил, наконец, старший сержант госбезопасности. — Вы должны понимать, я научу вас возможность противодействовать врагу без применения оружия. Но! В любых других случаях, в которых перед вами не стоит конкретная задача уберечь свою жизнь, жизнь товарища, добыть информацию или уничтожить врага, пользоваться этим вы не имеете права. Ясно?
— В других случаях? — Бестолково переспросил Никита.
Вернее, он, конечно, не Кривоносому вопрос напрямую задал, не идиот все же, а просто вслух сам с собой удивился.
— Это когда ты, к примеру, решишь показать свою удаль, слушатель Иванов. — Чекист сегодня был на удивление спокоен и даже вместо того, чтоб выписать люлей Никите за то, что он по сути его перебил, вполне нормально ответил. — Когда ты почувствуешь себя особенным и захочешь показать это остальным. Когда начнешь применять полученные знания там, где они не требуются. В общем… Когда решишь повыпендриваться. Всем понятно, я надеюсь?
Молодечный снова замолчал, изучая теперь каждого по очереди. Вид у него при этом был слегка раздраженный. Думаю, из-за того, что столько много Кривоносый никогда не говорил. Обычно его репертуар — это пара фраз, подходящих ситуации, только по делу. Сейчас же старший сержант прочел целую лекцию и его это явно утомило.
— Итак…– Молодечный, заложив руки за спину, двинулся вдоль нашего строя. Правда, что там двигаться, когда стоят пять человек. Ровно на пять шагов и хватило. — Основное, на что мы обратим внимание, — броски, захваты, болевые приемы на суставы и связки, удушающие приемы, удары руками и ногами. Броски проводятся разными способами. Туловищем, ногами, рывками за рукава или за ноги. Ногами можно сделать подсечку, подножку, подбивку и так далее. Это мы, само собой тоже будем изучать. Броски туловищем делают через бедро, плечо, спину или грудь. Главной целью рывков является выведение противника из равновесия. Так же, мы разберем удушающие приемы. А именно — воздействие на шею руками, ногами или одеждой в положении лежа или стоя с целью временного ухудшения состояния противника. И вот еще! На тренировках бить в позвоночник, затылок, теменную часть, бить по ключице, копчику, суставам ног или рук — запрещено! Чтоб вы тут друг друга не покалечили…
Кривоносый вдруг резко замолчал, прищурился, а потом рявкнул во весь голос:
— Реутов, что ты все время рядом с Либерманом скачешь⁉ Прямо как намазано тебе!
Он подошел ко мне ближе и замер рядом с недовольным лицом.
А я как бы не скакал. Я вообще ничего не делал. Просто стоял и внимательно слушал Кривоносого. Я уже его характер понял. Он говорит мало, не считая, конечно, последних десяти минут, когда его пробило на поучительные моменты, а делает много. Причем сразу и наверняка. К примеру, если демонстративно не вникать в то, что он произносит во время урока, можно сразу, наверняка отхватить себе наказание в виде охренительного количества отжиманий. А оно мне надо? Конечно, нет!
Поэтому я всем своим видом демонстрировал исключительную заинтересованность. Мол, жизнь моя вообще не имела смысла до сего момента. Вот теперь, спасибо товарищу старшему сержанту госбезопасности, я прямо заживу по-новому.
Это Бернес постоянно почему-то оказывался рядом с самого начала тренировки. И во время разминки, и во время повторения прошлых уроков. Когда Молодечный велел построиться, детдомовец снова нарисовался плечо к плечу возле меня.
При этом Марк периодически косился в мою сторону с таким видом, будто я — псих, который вот-вот начнёт кидаться на людей. Ну, или ссаться под себя. Не знаю, что хуже. А Бернес — единственный спаситель человечества, способный предотвратить подобный поворот событий. Вот такое у меня было ощущение.
Стоило отвернуться или отвлечься, Бернес уже отирался рядом, изучая на меня настороженным взглядом. Я реально начал чувствовать себя некомфортно. Хотя, нет. Даже не так. Я начал сторониться Бернеса. Он похож на человека, который подозревает, что я псих. А я прямо уверен, что из нас двоих псих — он.
Поговорить хочет? Ок. Закончатся занятия и поговорим. Смоемся из корпуса, например, на улицу. В доме вряд ли получится сделать это без свидетелей.
Тем более, я тоже не против побеседовать наедине, потому что, во-первых, Бернес может быть мне полезен. Его родители загремели под маховик репрессий из-за того, что были как-то связаны с политикой и плюс еще, насколько я помню, вскользь упоминалось, будто они имели отношение к Троцкому. Или он к ним… Вроде так.
Я, правда, хоть убей, не мог вспомнить, откуда у меня эта информация в башке, но она точно присутствовала. Кроме того, за время нашего совместного пребывания в школе я уже понял, Марк знает очень много полезного. Полезного конкретно для меня.
Потому что в моей башке, к сожалению, ни черта не большая энциклопедия. На уровне школьной программы и каких-то фильмов, историй из инета, расклад по нынешним реалиям, конечно, знаю. Сталин, Берия, Ежов — фамилии для меня знакомые. Но более детально подковёрная возня всех этих товарищей — темный лес.
Вот к примеру, что это за «Завещание», упоминание которого вызвало у Бернеса припадок? А Марка реально аж на месте подкинуло, когда я задал ему вопрос. Ну, и в целом, документы, до которых жаждет добраться Бекетов, меня настораживают сильнее, чем бабло, припрятаное папенькой для будущих свершений на почве разведки. Хотелось бы иметь немного понимания, что там может
