Через два дня Шанкару привезли видео кассету, индийский посол в России накануне звонил и сказал, что ему удалось раздобыть копию кассеты, снятой в лагере миротворцев телевизионщиками, оператор, снимавший эти кадры, погиб при нападении, которое так интересовало господина Синкха.
— Что собрался смотреть? Я тоже хочу, — плюхнулась на диван Малати.
— Я думал, ты с родителями в гости ушла, — удивился Шанкар. — Я сам еще не знаю что тут, может быть ничего интересного и не будет.
— Если не интересно будет, то я уйду, — пообещала Малати. — Включай.
Шанкар поставил кассету и сел рядом с сестрой.
В телевизоре побежали кадры, на экране что-то говорили на непонятном языке.
— Ой, смотри, это не твоя Александра? — вдруг воскликнула Малати.
— Точно, Саша, — улыбнулся Шанкар.
На экране Саша полулежала на поваленном стволе дерева и что-то читала, потом она закрыла книгу и достала телефон.
— А с кем это она так разговаривает, — ревниво спросила девушка.
— Похоже, со мной, — снова улыбнулся Шанкар.
— А она тебя тоже любит, смотри, как разговаривает, так только с любимыми разговаривают. Ну вот, ты снова улыбнулся. Хорошая кассета, а ты говорил, не интересно будет. Ой, верните назад Сашу, — возмутилась Малати, когда на экране появились другие кадры. Снова Саша, — обрадовалась девушка. — Ой, а что это за тип с ней танцует? Ты его знаешь? И что она в нем нашла? Ты гораздо лучше, — надулась Малати.
— Она в нем партнера по танцам нашла, — утешил сестру Шанкар. — Видишь, они репетируют. Вот еще раз то же самое, видишь? Ну вот, опять не то снимают.
Дальше Саша попадала в кадр всего пару раз, но дин раз очень крупно, она заходила в автобус и что-то спрашивала по-русски и улыбалась. Потом были съемки пейзажа, потом какое-то упавшее дерево. После какие-то странные кадры, картинка очень сильно скакала.
Потом в кадре появилась непонятная картинка, как будто снимали стенку, были слышны крики и звук бьющегося стекла, потом камера поднялась и, казалось, мужчина выстрелил из автомата прямо в экран. Малати завизжала, схватившись за руку брата, Шанкар тоже вздрогнул. Камера упала, но не отключилась, раздался женский визг. Камера снимала ноги, чью-то руку, потом поползла куда-то и остановилась.
— О, господи, — выдохнул Шанкар. — Камера снимала с очень неудобного ракурса, но было видно, как Сашу подтолкнули к стоящим людям в форме и еще какой-то женщине.
— Выключи, выключи, пожалуйста, — заплакал Малати, закрыв лицо руками, когда на экране стали избивать солдата. — Шанкар, так ведь не бывает, скажи, что это просто монтаж, — попросила девушка. — Скажи что это неправда. Ведь так нельзя обращаться с людьми.
Шанкар не ответил, он сидел белый как простыня.
— Ведь так нельзя, — всхлипывала Малати. Шанкар нажал на пульте Пуск, но дальше ничего интересного не было, пленных увели, а камера продолжала снимать до тех пор, пока не закончилась пленка.
— Ее тоже убили?
— Нет, она в госпитале, — тихо ответил Шанкар. — Ее и еще двоих человек пытались отравить каким-то газом, Саша сильно пострадала, но жива.
— Ты поэтому такой нервный был все эти дни? — вытирая слезы, спросила девушка. — А почему ты нам ничего не рассказал?
— Не хотел напрасно беспокоить, — Шанкар перемотал пленку в начало и запустил ее снова.
— Я не хочу это больше смотреть, — решительно встала Малати. — И ты не смотри, не надо, хотя бы там не смотри. С Сашей ведь все в порядке будет?
— Надеюсь, — ответил Шанкар, не отрываясь от экрана. Когда на экране снова появилась Саша, заходящая в автобус, он поставил фильм на паузу. Саша широко улыбалась ему с экрана.
Саша ждала посадки самолета как никогда в жизни, ее вот уже второй час без перерыва тошнило. Не помогали ни таблетки, ни мятные конфеты, ни платок с маслом лаванды. Она отказалась от еды и старалась не пить, потому что вода тут же оказывалась в специальном пакете.
— Потерпите еще немного, — подошла к ней стюардесса. — Уже заходим на посадку. — Давайте я вас пристегну.
— Можно я кресло складывать не буду, мне лежа немного легче, — попросила Саша.
— Хорошо, — немного засомневавшись, решила девушка. — Вас ведь встретят в аэропорту?
— Я надеюсь, — слабо улыбнулась Саша.
Девушка ужасно устала, последние три месяца она провела в госпиталях. Больницы менялись, а лучше ей не становилось. Отравление хлорцианом, разводили руками врачи, газ аккумулировался в организме, отсюда слабость, частая головная боль, рвота и прочие проблемы. Нужно время.
Еще в госпитале в Белграде, папа сказал ей, что свободой она обязана Шанкару. Свои конечно их тоже искали, но никто не знал по какой дороге их небольшой кортеж поехал в объезд. Саша очень удивилась, узнав, что ее сообщение попало именно к Шанкару, а не к отцу, хотя если вспомнить, как она его отправляла, это было неудивительно. Однажды отцу удалось пронести к ней в палату сотовый, и она смогла позвонить Шанкару, чтобы лично поблагодарить его за свое спасение.
— Я люблю тебя, — твердил ей по-русски тогда Шанкар, а она почему-то расплакалась и так и не сказала ему спасибо. Потом они разговаривали чаще, и вот сейчас Саша летела в Дели, чтобы пройти лечение в местном госпитале. Родители девушки очень сомневались, что в Индии настолько хорошая медицина, что их дочери смогут помочь. Свое мнение они поменяли, после того как им позвонили русский посол в Индии, индийский посол в России и еще несколько человек и клятвенно заверили, что именно этот госпиталь является одним из лучших в Азии. Кроме того, в России начиналась зима, и Саша очень сильно мерзла, ей не помогали не шерстяные носки, не электрические одеяла, девушку постоянно колотило от холода.
— Уважаемые пассажиры, наш самолет совершил посадку в аэропорту города Дели. Температура за бортом плюс двадцать восемь градусов Цельсия. Просим вас оставаться на местах до полной остановки самолета. Благодарим вас за то, что выбрали нашу авиакомпанию, счастливого пути.
Саша слышала, как остановился самолет, как зааплодировали пассажиры, как люди выходили из самолета, но заставить себя встать просто не могла, дурнота сменилась сильной слабостью.
— Мы прилетели, — тронула ее за плечо стюардесса. — Давайте я помогу вам подняться. Вы можете сами идти или скорую вызвать?
— Я сама, — опираясь на руку девушки, сказала Саша. — Не хватало только появиться перед Шанкаром на каталке, — подумала она. — Ты сможешь, ты должна.
Стюардесса и один из пилотов проводили девушку до паспортного контроля, потом им надо было вернуться. Саша прошла контроль и дошла до багажного транспортера. Ее чемодан одиноко крутился на ленте, снять его у девушки не было сил.
