первый, устало оперев приклад пулемета в землю.
– Да, ты прав – согласился второй, и тут же выхватил из кармана свой пистолет и наставив его на первого, спустил курок – Только ящик этот, все равно мой!»
Теперь, когда в кузове остался последний бандит, он внезапно обратил свое внимание на меня. И тут же наставил в мою сторону пистолет, но не выстрелил, похоже, он не ожидал увидеть перед собой молодою девушку.
– Ты еще кто такая!? – озадаченно спросил он, пораженный таким зрелищем. Но при этом все также держа меня на мушке пистолета. И смотря на его палец, медленно сжимающий курок, я поняла, что он собирается выстрелить.
И от испуга, я машинально выстрелила первой, так как все это время держала пистолет наготове. И попала ему в правую ногу.
– Ах, блин…твою мать! Сука! – закричал он, корчившись от боли в ноге, а затем неуклюже повалившись на землю.
При падении он выронил пистолет, и тот упал в двух шагах от него. Разумеется, он тут же попытался поднять его, но стоило ему только вытянуть руку, как кровоточащая рана в его плече заставила его закричать от боли. Ну а я, воспользовавшись моментом, мигом подскочила к нему и отбросила пистолет ногой.
«Ах ты…!» – зло разразился он, ударив кулаком по снегу.
Но затем он обратил свой взгляд вверх, и увидев меня стоящую над ним с пистолетом в руках, и сразу замолк. Так как до него дошло, что он остался один, без оружия и с двумя пулевыми ранениями, которые не давали ему даже подняться. В таком положений, даже я представляла для него смертельную угрозу.
«Вот же ч…я же толь…а они…а теперь» – ворчливо бурчал он, медленно отползая к боковой калитке, попутно сильно истекая кровью.
В какой-то момент мне стало немного, жаль бедняку. Я даже с расстояния видела, что раны его были очень серьезны, и если срочно не прочистить и не зашить его рану, то он может умереть. С другой стороны, я смотрела не тела его товарищей, которые погибли отчасти и по его вине, и мое желание помогать ему сильно уменьшилось. Да и видя тот озлобленный взгляд, с которым он смотрел на меня, я понимала, что он скорее предпочтет забрать меня с собой в могилу, чем принимать мою помощь. Поэтому я сделала пару осторожных шагов вперед, чтобы двинуться дальше, но этот молчаливый взгляд и тяжелые вздохи, что издавала этот человек, так пугали меня, что я не могла свести с него глаз. Из-за чего я случайно ударилась ногой о какой-то деревянный ящик, что стоял у меня на пути.
Взглянув вниз, я увидела небольшой, вскрытый ящик, тот самый за который так яростно дрались эти люди. Мне стало интересно, что же стало камнем преткновение между этими товарищами, что заставило их буквально поубивать друг друга. И присев над этой коробкой, я заглянула внутрь.
Честно говоря, я ожидала, что там будет лежать если не золото и бриллианты, то, как минимум какие-нибудь ценные припасы вроде тех же аптечек или каких-нибудь патронов. Ну, хотя бы что-то такое, чью ценность можно было сразу понять и оценить. Но то, что я увидела внутри ящика, ввело меня в полное недоумение.
«Консервы?!» – пораженно спросила я, доставая из ящика маленькую жестяную банку советских шпрот. В ящике находилось еще с пара десятков таких же.
Затем я какое-то время, озадаченно вертела ее в руках, осматривая со всех сторон. Я пыталась найти в этой банке, что-то особенное. Хоть что-то, что было бы достойно жизни человека. У меня в голове не угадывалось, как люди могут с такой хладнокровностью убивать друг друга, ради банки шпрот. Это было даже странно, особенно после всего того что мне уже пришлось видеть. Но это событие буквально вводило меня в ступор, я поверить не могла, что люди в своем уме могут дойти до такого.
Тот же бандит стал дышать еще громче, и я спинной чувствовала ту злость, с которой он смотрел на меня. Мне было страшно разворачиваться и смотреть на него, но моя растерянность и недоумение сейчас, были настолько сильны, что мне нужны были объяснения, хоть какие-то.
– Вы что…убивали друг друга…за еду? – спросила я, медленно повернувшись к нему лицом.
По-моему он даже не расслышал моего вопроса, так как его полный возмущения и ненависти взгляд был устремлен только на банку, что я держала в руках:
– Руки прочь, сука! – злобно выкрикнул он, выдавливая слова из последних сил – Это мое, слышишь…я его нашел…я его открыл…это мое!
Он начал активно шевелить руками и ногами, то ли для того чтобы подняться, то ли чтобы доползти до ящика. Но он был слишком слаб от потери крови, из-за чего у него не вышло ни первого, ни второго. И ему ничего не оставалось кроме как сидеть, оперившись о боковую калитку и продолжать яростно кричать о своих правах на эти консервы.
Я же, уже поняла, что этот человек, окончательно лишился рассудка и ничего больше он мне не скажет. И все чего мне сейчас хотелось сделать, так это кинуть эту злосчастную банку ему в голову и убежать отсюда. И, наверное, я бы так, вскоре и сделала, если бы в небе не раздался гул, который затем перерос жуткий грохот, заглушавший даже звуки боев.
В ту же секунду я взглянула наверх и увидела немецкий самолет, который пролетал высоко над нашими головами. И как назло, именно в этот момент он сбросил на нас бомбу. Которая с мерзким свистом упала прямо на спятившего бандита, и разорвалась громким взрывом, не оставив от его тело и мокрого места. А меня, окатив волною из снега, грязи и крови.
«Вот черт, вот черт, вот черт!» – повторяла я, как заведенная, пытаясь вытереть слои грязи со своего лица: – «Когда же это все уже закончиться?»
Но едва успела я, прочистить глаза, как увидела что вместе с бандитом, взрыв снес всю левую боковую калитку и треть каркаса, на котором держались обломки кузова. От чего тот прямо сейчас согнется пополам, повалив меня под его весом.
«Ооо нет, вот черт, вот черт, вот черт, вот черт!» – стала еще быстрее повторять я, пока бежала вон из кузова, прежде чем тот обвалился.
Но когда я выбежала из него, легче мне не стало, так как теперь я оказалась на совершенно открытом месте. Самым страшным было то, что с этой стороны поля, мне открывался неплохой вид на город, над которым прямо сейчас летела
