руке графа Биндевальда больше не было волшебной палочки, и он тоже перевёл взгляд на верховного жреца, при этом демонстрируя своё высокомерие (если забыть про его трясущийся живот).
— Разве мне нужно называть своё имя какому-то жрецу? Я нахожусь здесь с законного разрешения.
— В таком случае, я бы хотел увидеть это разрешение.
— С чего бы мне тратить своё время на общение с каким-то там верховным жрецом?
Насколько я поняла из его взаимоотношений с рыцарским орденом, верховный жрец был дворянином с довольно высоким статусом. Вот только граф Биндевальд был графом из другого герцогства и видел в нем лишь ещё одного жреца. Глава храма, чьё лицо было перекошено из-за того, что его рвало кровью, похоже, оказался вдохновлён подобным высокомерным поведением графа и вновь обрёл самообладание. Он встал и вытер со рта кровь.
— Верховный жрец, это дворянин из Аренсбаха. Только не говорите мне, что вы намерены устроить дипломатический инцидент, пока герцог отсутствует.
— Я считаю, что именно вы устроили дипломатический инцидент. Герцог отсутствует из-за собрания герцогов, что означает, что он не мог подписать разрешение для дворянина из другого герцогства, — холодно ответил верховный жрец.
Услышав его ответ, глава храма не нашёл что сказать и стал оглядываться. Когда его взгляд упал на меня, его губы скривились в противной усмешке.
— Ну, просто он получил разрешение уже давно, так что я ни в чём не виновен. Это Майн виновна в том, что она нарушила покой храма и напала на дворянина. Если кто и виноват в случившемся, так это она. Немедленно схватите её за неповиновение дворянам.
Пытаясь переложить вину, глава храма с ненавистью указал на меня пальцем, после чего вновь зашёлся кровавым кашлем. Сплюнув кровь, он указал верховному жрецу на брызги крови на полу, и продолжил.
— Ты только посмотри на это. Она атаковала меня магической силой уже во второй раз. Она явно сделала это со злым умыслом. Она должна понести за это ответственность.
Граф Биндевальд, согласно кивнул, поддерживая главу храма.
— Да, она напала и на меня тоже. Простолюдинка, которой всего лишь разрешили носить синие одежды, атаковала меня, дворянина, магической силой. Этот ребёнок заслуживает наказания, — сказал граф, тоже указывая на меня, после чего неприятно рассмеялся.
Это была та же логика дворянина, что и у Шикикозы: ни один простолюдин никогда не должен идти против дворянина.
— Ну же, верховный жрец, схвати Майн. Только убедись, что она больше не сможет использовать магическую силу, — потребовал глава храма.
Верховный жрец слегка вздохнул и подошёл ко мне. Видя, как он направляется к нам, папа крепко сжал мою руку. Я тоже посильнее сжала его руку и посмотрела на верховного жреца.
— Майн, ты снова позволила своей магической силе неистовствовать.
— Были смягчающие обстоятельства.
— Похоже на то, — пробормотал верховный жрец, — Это можно понять, просто осмотревшись.
Направленный на меня взгляд верховного жреца был грустным и полным сочувствия. В нём читалось, что он не сможет защитить меня.
— Верховный жрец… я буду наказана?
— В конце концов, ты напала на главу храма и дворянина из другого герцогства. Я предполагаю, что ты, твоя семья и все твои слуги будут казнены.
— Прости, папа… — сказала я, подняв голову на папу.
На мои слова, папа слегка рассмеялся.
— Я был готов умереть ещё в тот раз, когда ты присоединилась к храму. Сейчас то же самое. Не переживай.
Даже если он и говорил мне не переживать, но я так не могла.
— Если бы я только выложилась изо всех сил и убила своей магической силой главу храма и эту жабу до того, как верховный жрец вышел. Это позволило бы избавиться от всех улик, — шутя сказала я и пожала плечами.
На лице верховного жреца промелькнула вспышка боли и он кивнул.
— К сожалению, поскольку ты оказалась столь неумела и не смогла сделать всё должным образом, тебе уже слишком поздно скрывать доказательства.
Несмотря на то, что верховный жрец был самым надёжным из всех дворян, которых я знала, даже он сказал, что не сможет меня спасти. Раз так, то ждать помощи больше было неоткуда.
— Ха-а-а… в конце концов, ожерелье господина Сильвестра оказалось бесполезно. А ведь он сказал, что поможет мне.
Я вытащила из-под своей одежды подаренное ожерелье. Внутри чёрного камня всё так же колыхалось золотое пламя. Как и сказали граф Биндевальд и глава храма, меня казнят за то, что, будучи простолюдинкой, я пошла против дворян.
«Господин Сильвестр, вы лжец» — подумала я, смотря на ожерелье. Верховный жрец наклонился, чтобы рассмотреть его. Его взгляд сразу же сделался очень серьезным и он спросил меня:
— Майн, где ты его взяла?
— Господину Сильвестру понравилась охота в лесу нижнего города, так что он в благодарность подарил его мне. Он сказал, что это защитный амулет.
— Вот как. Это и правда могущественная защита — ответил верховный жрец, и его грустный и сочувственный взгляд сменился лёгкой улыбкой.
Судя по всему, защита оказалась настолько сильной, что верховный жрец мог быть уверен, что её достаточно, чтобы противостоять обвинениям главы храма и графа Биндевальда. Я про себя извинилась перед господином Сильвестром за то, что назвала его лжецом. Тем временем верховный жрец обвёл меня и моего папу взглядом.
— Однако, это лишь в том случае, если ты готова доказать, что принимаешь эту защиту.
Я уверенно посмотрела на верховного жреца. Если имелся способ спасти мою семью, моих слуг и всех тех, кто поддерживал меня до сих пор, то я был готова сделать всё, что было в моих силах.
— Как доказать?
— Принять своё удочерение.
— Удочерение господином Карстедом? Раз так, то я…
Верховный жрец прервал меня прежде, чем я успела закончить, и покачал головой.
— Не Карстедом. Тебя удочерит Сильвестр.
Моим приёмным отцом станет не надёжный Карстед, а непредсказуемый и ведущий себя как младшеклассник Сильвестр? Услышанное оказалось для меня столь неожиданным, что у меня отвисла челюсть и я уставилась округлившимися глазами на верховного жреца. Я подумала,
