Вот и сейчас его толкнули на арену, а сопровождающий остался в тени. Парень упал на колени, но успел подставить руки, чтобы не распластаться на полу. Тело, из одежды прикрытое только тряпичной повязкой, покрывали мелкие ссадины и ушибы. На глазах плотная повязка. Волосы сбриты. Он грязный, пахнет потом, тяжело дышит, и в этом дыхании прослушивается болезненное сипение. Он прокашлялся, но все же поднялся на ноги.
— Ты знаешь правила. Победишь меня — получишь пищу и сможешь нормально отдохнуть, — произнес тот, что ждал своего противника.
Ему не нравился этот парень. Спесивый, эмоциональный, резкий. Не таким должен быть шиноби по мнению бледного. Второму на мнение первого было плевать. Явно моложе, но не намного, крепкий, не смотря на изнеможение, он сплюнул на пол, немного размяв мышцы.
— Давай, начинай, — процедил лысый.
Бледный скосил взгляд куда-то в сторону, и, получив разрешение, начал. Выхватив свиток, он резко раскатал его прямо в воздухе.
— Техника: Нарисованные звери!
На противника ринулись три нарисованные кошки размером с тигра, а сам шиноби отпрыгнул на стену. Но противник лишь презрительно фыркнул, резко присев и приложив руки к земле. Стоило кошкам коснуться пола, как их тела пронзили тонкие каменные шипы, расплескивая во все стороны чернила. Шиноби перепрыгнул на другое место, вскидывая другой свиток. Но противник повернул следил за ним взглядом, скрытым повязкой, и шиноби так же пронзили тонкие шипы, так же рассеивая чернильную куклу.
Лысый поднялся в полный рост, презрительно сплюнув на пол:
— Проще простого.
Из тени прохода вышел шиноби, сопровождавший пленника.
— Идем. Тебя накормят и дадут отдохнуть.
— Удзаттэ Кэцу! — рыкнул лысый, сорвав с себя повязку, — я не голоден и не устал. Вы сказали, я буду служить Конохе! А что я делаю?
— Что ты делаешь? — вопрос прозвучал будто отовсюду, но лысый точно знал, в каком направлении смотреть.
— Я раз в неделю имею этого бледного гандона, отсыпаюсь, и начинаю тренировку по новому кругу. Я знаю план вашего подземелья, даже тех мест, куда меня никогда не водили. Я знаю, сколько здесь людей. И даже знаю, на какой мы глубине. Чему еще меня могут научить эту кусотаре!? — выдал спич лысый.
Несколько секунд ответа не было, но голос все же снизошел до него:
— Помнишь, что я тебе сказал?
— Да, помню. Что вы поможете мне победить его!
— Если поклянешься служить, — напомнил голос.
— Я готов выполнять приказы, любые. Но мне надоело в этом подземелье!
Снова наступила тишина, и спустя некоторое время голос ответил:
— Хорошо. Сейчас поменяем правила.
Лысый лишь хмыкнул.
В комнате, которой недолжно было быть видно с полигона, но из которой было хорошо видно полигон, стояли четверо. Мужчина с тростью, тот парень, чей клон был уничтожен на арене, девушка с посохом и еще один шиноби с замотанной головой.
— Гьеруи. Иди, можешь драться в полную силу, но не дай себя поранить.
— Да, господин, — кивнула девушка, перед тем как уйти.
— Он не контролирует себя, — вставил слово бледный.
— Зато очень хорошо контролирует чакру. Куда лучше, чем шиноби его возраста с такой стихией, — добавил шиноби.
— Посмотрим, как он себя покажет.
На арену вышла девушка, сразу выхватив посох.
— Если победишь ее, будем считать, что твое обучение закончено.
Лысый тут же сплюнул на пол:
— Тчи, да в легкую!
Но не успел и шевельнуться, как получил струей воды в грудь, отлетев к стене. Топнув ногой, он вырастил перед собой преграду, в которую ударил еще один поток. Прислушался к земле, но противница не ощущалась. Это был первый раз, когда имплантированная ему способность дала сбой.
— Ах ты…
Но струя воды, обогнувшая преграду отправила его в повторный полет до ближайшей стены. Однако парень успел применить способности и укрепить тело, и этот удар вышел куда слабее предыдущего.
— Жри!
Положив руки на пол, выкрикнул он. Хаотично, но по всей арене из пола начали вырываться длинные острые шипы, но не одного из них не появилось под противницей. Лысый успел понять, что она применяет какую-то блокирующую технику, но не успел понять, какую, уклоняясь от ее атаки. На этот раз в него летели плотные сгустки воды, разбивающие шипы и врезающиеся в стены, оставляя после себя заметные вмятины.
— Каменный сад!
Он применил очередную технику, и из шипов начали расти другие шипы, а из них свои, поменьше. Постепенно арена заполняясь острыми каменными кустами. Но девушка взмахнула посохом, и вокруг нее сформировалась сфера, срезающая все шипы. Еще насколько взмахов, и сфера уплотнилась. Лысый начал формировать новую технику. С новыми способностями он больше мог не складывать печати, но каждая техника требовала концентрации чакры. Однако он не успел, девушка ударила основанием посоха по полу, и во все стороны разошлась сфера воды, разбивающая его каменный сад, а затем приложившая и его самого.
Отлипнув от стены, лысый попытался снова встать на ноги, но получил посохом по голове и отключился.
— Он не готов, — заключила девушка.
В комнате бледный и замотанный шиноби посмотрели на хозяина, но лицо того осталось непроницаемым.
— Увеличить нагрузки. Провал недопустим.
Глава 147
Впервые за все время пребывания здесь я проснулся позже Ино. Девушка расчесывала волосы и, ну, приводила себя в порядок, так сказать. Она сидела ко мне спиной, но могла видеть через зеркало. Нда, в другой ситуации я бы польстился на ее тело, прикрытое легким халатом, но что-то опасаюсь, что Яманака старший таких действий не оценит. Сев на кровати я потянулся.
— Почему не убираешь шрамы?
— Ты не первая, кто спрашивает.
— Хорошо. Но все равно ответь, — голос был спокоен, на меня не обижаются, хотя вчера были такие опасения.
Встал, начав одеваться, попутно ответив:
— Чтобы не забывать ошибки, которые я совершал, — если не вдаваться в подробности.
— Это так много ошибок было, или тебе за каждую сразу несколько шрамов оставляли? — в голосе появилась ирония.
— Первое. У меня было много проколов.
Ино отложила расческу и неожиданно потупилась.
— Като. Я хотела извиниться.
Я даже запнулся от такого заявления.
— Что-то я не помню ничего, за что ты бы могла извиняться.
— Ну, за тот наш разговор позавчера. Я тебе кучу гадостей наговорила…
Хмыкнул:
— Ино, ты произвела такое хорошее впечатление, не надо его ломать.
— М? — не поняла куноичи.
Выдохнул, не люблю объяснять простые истины:
— Если ты не заметила, я предпочитаю говорить правду.
Девушка изогнула бровь, давая понять, что по ее мнению я сморозил невероятную глупость.
— Ну, если это необходимо для миссии, я, естественно, буду лгать. Но не в общении. А позавчера… Ты сказала, что думаешь, я сказал, что думаю. И я же признал, что считаю твои слова правдой. А на правду не обижаются. И уже тем более не стоит обижаться на то, что кто-то думает иначе, чем ты сам. Это глупо, — я подмигнул Ино, — Расслабься, напарница.
— Значит, мир? — все же решила подтвердить Ино.
— Мир.
Девушка поднялась и обернулась ко мне, хитро улыбнувшись.
— Значит, в знак примирения, ты ведешь меня гулять.
И как я, дурак, повелся? Развели, как мальчишку, честное слово. Женщины.
— Оденься, в таком виде я тебя никуда не поведу.
Если она и смутилась, то выражалось это только слегка покрасневшими щечками, в остальном она лишь довольно улыбалась. А, пока она готовится, к слову…
— Мне позвать слуг?
— Нет, сама справлюсь, это не долго.
Итак, о чем я задумался? Отвернуться от зеркала. Свадебная церемония назначена на послезавтра. В городе вовсю идут приготовления, оформление, гостей приехало. Годжин, как никак, достаточно близок к правящей элите, даже с некоторыми условностями входит в нее, так что гостей на знаменательном событии будет много. Элитники прочесывают город и всех въезжающих, насколько могут, но при таком соотношении проверяющих/въезжающих уследить за всеми невозможно. Поэтому надо сообщиться о своей прогулке, вдруг нам повезет. Хотя в такой ситуации надо, наверное, говорить — не повезет, раз на нас могут совершить покушение. Но, опять же, мы сами этого ждем. Тьфу, отвернуться от зеркала, а то мысли начинают путаться.
Мне одеться на выход было все же быстрее, намного быстрее, особенно при небольшой помощи чакры, когда даже сложные наряды можно надевать без посторонней помощи. Так что через полчаса мы проходили через ворота замка. В этот раз я намеренно остановился у охранника:
— Стражник. Передай любому Шугонин Джуниши, что мы покинули замок, — и, для надежности, бросил небольшой мешочек, не состояние, но пару тройку хороших вечеров провести ему хватит.
