опоздал! — заявили мне в лицо, остановившись. Хм… Знакомый голосок.
Женская фигура сняла шлем и ехидно ухмыльнулась. Мне же, стоило только увидеть эти зелёные глаза, как я тут же понял на кого напоролся.
— Джеесса. Давно не виделись, — радушно улыбаюсь. Как же сильно она изменилась с нашей последней встречи. Даже и не верится… — Да, ты права. Я немного задержался.
— Немного? Да ты сама пунктуальность. — рассмеялась девушка и жестом поздоровалась с Ворреном, Каутом, Зерронисом и Дисом.
— Надеюсь, мне в этот раз не придётся ловить твою ножку?
Смех стал ещё громче, а на её глазках показались слезинки.
— Ха-ха-ха-ха, нееет, не придётся. — она подошла ближе и шутливо ударила кулаком мне в плечо. — С возвращением, дядя Шейд.
— Дядя? — переспросил Фобос и с непониманием перевел взгляд на меня.
— Джесса, это Фобос, Деймос и Рос. Мои дети. Парни, это Джесса. Когда она была совсем мелкой, я, бывало, тренировал её, пока был на планете. Кстати, я думал, что ты уже давно улетела. С твоей тягой приключений на задницу, тебя можно было увидеть, где угодно, но не здесь.
— Да я так подумала, и решила быть поближе к клану. Охранять же дом тоже кому-то нужно?
— Значит, ты теперь в защитниках?
— Ага. Дядя, Шейд, я вас не просто так позвала.
— М?
— Зачем вам эта площадь, выступления? Пойдемте к нам? Как в старые добрые времена посидите в семейном кругу, расскажете о своих приключениях. А? Мне страсть как хочется вас послушать.
— О! — обернувшись к своим бегло оцениваю их мнение. Аале как обычно пофиг, она просто смотрит на небо. Воррен, Дис, Каут и Зер явно не против, а вот мои малые ещё не познали настоящего мандалорского гостеприимства, что, в свою очередь, надо исправлять. — А знаешь, Джесса. Я так подумал — ты права. На большом празднике сегодня обойдутся и без нас.
— Па, а ты уверен, что можно вот так забивать? Ты ведь Мандалор… — вклинился Деймос.
— Вот именно. Я Мандалор! Что хочу, то и ворочу. А хочу я отдохнуть. А с моей речью прекрасно справиться Крайз. Кстати, Зиро, предупреди его о смене планов, пусть речь заранее напишет.
— Принято! — тут же чирикнул дроид.
— А кто ещё с вами?
— Это моя мама, Аала.
Несколько секунд они играли в гляделки. Джесса явно растеряла свой запал и только тихонько пискнула:
— Здравствуйте…
— Ага. — безразлично отозвалась Аала. От её интонации Джесса пришла в ещё большее замешательство и поёжилась.
— Не обращай внимания, она всегда лаконична. Ну, идём? — беру ситуацию в свои руки.
— Да, конечно. Идёмте! — тут же подхватила Джесса, и кивком пригласила нас следовать за собой.
Так что, изменив планы на вечер, я просто забил на свои должностные обязанности. Мероприятия? Выступления перед публикой? Нахрен, сейчас я просто хочу побыть собой, в тесном семейном кругу.
Пока мы накрывали стол, к нам приехала семья Воррена. Прошло столько лет, а я только сейчас познакомился с его супругой и ребёнком. Парнишка четырёх лет, весьма смышлёный. И внешностью, и характером — весь в отца.
А ведь из-за работы я пропустил их свадьбу. Меня приглашали, но у правителей слишком плотный график, увы… Но вот что я точно не пропущу, так это свадьбу Диса. Брат нашёл на Татуине себе будущую невесту, тоже из лаборатории, и тоже фанатеющую от оружия. Когда церемония — неизвестно, но что она будет — факт.
Застолье началось само собой. Просто в какой-то момент я поймал себя на мысли, что уже сижу с кубком в руке и травлю байки, как старый, видавший жизнь путник. Так как поддатый адепт Силы — всегда плохо, я подавал исключительно положительный пример для детей и себе почти не наливал. Нет, себя-то я знаю, херни не сделаю, но вот за своих ручаться не могу. С учётом их шила в заднице, а также воспоминаний, каким я был в их годы, лучше воздержаться от риска.
Что мне отдельно нравится у мандалорцев, у них нет принятых многими традиций. Если музыка, то живая. Умельцы брали в руки инструменты и наигрывали мотивы, а те, кто умеют петь — исполняли песни. Но, так как много песен исполняются хором, пел весь зал.
Мои малые втянулись по самые уши. Пока Фобос исполнял разные традиционные для Татуина песни, Деймос устроил спарринг на улице. Рос же сидел в сторонке ото всех и что-то нашёптывал хихикающей младшей сестре Джессы.
Единственным, кто выглядел на этом празднике жизни как не в своей тарелке, была моя мама. Она словно бы находилась в трансе, и практически ни на что не реагировала. Изредка флегматично отвечая на вопросы, да поглядывая на остальных. Я было попытался её разговорить, но дело закончилось после второй истории.
Самое странное, что я начал чувствовать внутри неё странное равнодушие. Это как если поднести руку к щели в скале, из которой будет поддувать ветерок. Рядом с ней никто не сидел, даже мои дети не смогли расшевелить свою бабушку, хотя у этих обычно получилось всегда.
А затем, я смог поймать её взгляд. Она чувствовала мою тревогу, я же видел в ней перемены, которые уже нельзя было скрыть. Мы поняли друг друга без слов, и незаметно покинули праздник.
