516
Применительно к некоторым договорам предельная сумма для устной формы снижена: например, для договора дарения в случаях, когда дарителем является юридическое лицо, она составляет пять установленных законом минимальных размеров оплаты труда (п. 1 ст. 574 ГК).
517
См. об этом п. 5 гл. III.
518
См. п. 3 гл. III.
519
Утверждены Биржевым советом 26 апреля 1995 г. (отд. издание).
520
См.: Иоффе О.С. Советское гражданское право: Курс лекций: Общая часть. Право собственности. Общее учение об обязательстве. С. 197–198.
521
Рабинович Н.В. Указ. соч. С. 13, 197.
522
Рабинович Н.В. Указ. соч. С. 13, 197.
523
См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1994. №11. С. 68–69. См. об электронных подписях, в частности: Виноградова Е. Правовое регулирование использования электронной безбумажной цифровой подписи // Хозяйство и право. 1994. №5. С. 64 и сл.
524
См.: Ведомости Российской Федерации. 1993. №10. Ст. 357.
525
В течение длительного времени законодатель во многих случаях подчеркивал необходимость опосредования хозяйственных связей организаций договорами. Примером может служить Положение о социалистическом государственном производственном предприятии (СП СССР. 1965. №19–20. Ст. 155), которое особо выделяло обязательность оформления договорами отношений по производству работ, в том числе и в области капитального строительства (п. 48 и 49), по разработке проектно – сметной документации (п. 50), поставкам (п. п. 45, 61–68), а также отношений с научно – исследовательскими, проектными, конструкторскими организациями и высшими учебными заведениями по разработке новой техники и технологии производства, проектов реконструкции предприятия, его цехов, участков, отделений и ферм, по модернизации оборудования, механизации и автоматизации производственных процессов, организации труда и производства (п. 60).
526
К.П. Победоносов следующим образом определил основные вехи в развитии норм о последствиях нарушения требований о форме договора. Вначале форма договора служила только средством доказывания и нужна была для удостоверения соглашения (имелись в виду действия свидетелей, нотариусов, судей). Однако постепенно некоторые из обычных признаков соглашения оказывались недостаточно определенными. С осложнением сделок и юридических отношений требуется придать большую определенность внешнему их выражению: с употреблением той или другой формы соединяются фискальные интересы государства. Тогда форма или внешний признак является уже не просто орудием доказательства, служит не для одного только удостоверения (ad probationem). Форма становится существенным условием для действительности контракта (см.: Курс гражданского права. Ч. III: Договоры и обязательства. СПб., 1986. С. 50).
527
См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. №30. Ст. 3594.
528
См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. №35. Ст. 3690.
529
См. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, приведенное в кн.: Судебная практика по гражданским делам. 1993–1996. М., 1996. С. 174–175, а также с. 176–178.
530
В соответствии с п. 3 ст. 212 ГК виды имущества, которое может находиться в собственности лишь государственной или муниципальной, устанавливаются только на уровне закона.
531
См.: Закон «О государственном оборонном заказе» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. №1. Ст. 6.
532
См.: Закон «О соглашениях о разделе продукции» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. №1. Ст. 18.
533
См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. №34. Ст. 3540.
534
См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. №32. Ст. 3303.
535
См. о выступлении в гражданском обороте Российской Федерации, субъектов Федерации и муниципальных образований: Комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. С. 153 и сл. (автор – В.П. Звеков).
536
Так, например, за Министерством топлива и энергетики Российской Федерации закреплено право заключать от имени Правительства Российской Федерации, т.е. от имени государства, производственные контракты с определенными нефтяными компаниями (см.: Указ Президента Российской Федерации от 1 апреля 1995 г. «О первоочередных мерах по совершенствованию деятельности нефтяных компаний» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. №15. Ст. 1284).
537
См. п. 4 гл. V.
538
См.: Данилова Е.Н. Указ. соч. С. 8.
539
Термины «другое лицо» (или адекватный ему – «любое лицо»), а также «третье лицо» весьма распространены и используются за пределами договорного права. Четкое различие между обоими видами участников проведено, например, в ст. 1067 ГК. В первой ее части, когда говорится вообще о возможных потерпевших от действий любого, кто находится в состоянии крайней необходимости, применяется термин «другое», т.е. «любое», лицо. А во второй (где идет речь о возможности для суда возложить обязанность возместить вред непосредственно на того, в чьих интересах действовал причинитель) имеется в виду вполне конкретный субъект – «третье лицо».
540
См.: Ведомости Российской Федерации. 1993. №2. Ст. 56.
541
Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1912. С. 520.
542
Близкую позицию занимал А.М. Гуляев, полагавший, что «для третьего лица возникают из заключенного, помимо его участия, договора права требования, а для должника – обязанность исполнения с того времени, как третье лицо выразит свою волю осуществить содержание договора: до этого момента существует лишь отношение, связывающее контрагентов». Вызывает сомнение лишь аргументация автора: «Для того чтобы мог быть заключен договор в пользу третьего лица, необходимо, чтобы между третьим лицом и активной стороной договора существовало такое отношение, которое создавало бы для этого контрагента интерес в исполнении должником обязательства в пользу третьего лица» (Гуляев А.М. Русское гражданское право. СПб., 1912. С. 238). Такой интерес действительно, как правило, налицо. Однако и характер и самое наличие интереса относятся к области мотивов в сделке, которые в круг ее оснований не входят.
543
Агарков М.М. Обязательственное право. С. 68.
544
Агарков М.М. Обязательственное право. С. 69.
545
Там же. С. 68.
546
См.: Серебровский В.И. Договор страхования жизни в пользу третьего лица // Ученые труды ВИЮН. Вып. IХ. С. 172–173. Такова же и точка зрения Н.С. Ковалевской. Она обращала внимание на то, что соответствующая норма (ст. 167 ГК 64), «поскольку в ней указано… если третье лицо не откажется, это означает: соответствующее право у третьего лица уже было. Иначе говоря, право третье лицо имело, но отказалось от него» (Ковалевская Н.С. Договор в пользу третьего лица // Вестник ЛГУ. 1984. №5. С. 101). Думается, что и в этом случае произошло смешение двух видов прав – субъективного и секундарного, т.е. того, которым создается лишь возможность приобретения права.
547
Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 35.
548
В соответствии с п. 3 ст. 931 ГК «договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не указано, в чью пользу он заключен».
549
Данилова Е.Н. Указ. соч. С. 21.
550
Речь идет о способе, сходном с поручительством, но отличающемся от последнего тем, что презумпция в пользу солидарной ответственности, закрепленная в ст. 363 ГК, здесь не действует. Возможность использования какого-либо способа обеспечения обязательств сверх шести, указанных в перечне, который содержится в ст. 329 ГК (неустойка, залог, удержание, поручительство, банковская гарантия, задаток), допускается последней нормой.
551
Эти договоры близки по своей природе выделенным в законодательстве ряда стран договорам «с обеспечением действий третьего лица» (см.: Май К.И. Указ. соч. С. 53 и сл.). Отличие состоит главным образом в том, что при этих последних контрагент, возложив исполнение на третье лицо, обязуется в случае, если тот не исполнит обязательство, сделать это самому, в то время как при привлечении пособников контрагент принимает на себя обязанность совершить соответствующее действие самому.
