Вот и посылаем в США делегацию. Помнится (хотя все уже могло не так пойти), что вот-вот создадут в Америке свой мотор «Либерти». Четыреста с лишним лошадиных сил и прочие прекрасные показатели. Но мало купить лицензию (еще попробуй об этом договориться!), так нужно по факту купить все – заводы, документацию, специалистов пригласить. И все такое прочее.
Да и вообще с Генри Фордом договориться надо. Нам нужны и автомобили, и грузовики, и трактора, и заводы, которые все это смогут производить в России. Вот еще с «Фиатом» вроде договорились о строительстве в Нижнем Новгороде завода по производству грузовиков и легковых автомобилей.
А пока в Царицыне готовили площадку под строительство завода «Рено». Автомобили и, в перспективе, танки. Те самые «Рено-Эф-Тэ-17». Но все это запустится лишь в следующем году. Как, впрочем, и сам танк доведут до ума лишь к этому времени.
То есть все наши расчеты строились на серьезной подготовке к весенне-летней кампании 1918 года. Под это предусматривались и мощности, и возможности, и ресурсы. Армия и флот получили бы если не все необходимое, то очень и очень многое. И перестали бы кровью солдат компенсировать полное техническое отставание.
Теперь же все это, судя по всему, пошло коту под хвост.
Я невесело усмехнулся. Да, если все так пойдет, то как бы война не закончилась еще в этом году. Так или иначе. И тогда все наши приготовления на 1918 год придутся уже на послевоенную эпоху. Разумеется, всяким тракторам и грузовикам найдется место, так сказать, в народном хозяйстве, но многое из вооружений очень быстро устареет и не будет нужно в таком количестве. Все эти танки, аэропланы, средства флота и прочее довольно скоро превратится в музейные экспонаты.
С другой стороны, а если война затянется? А такое также никто не может исключать! Так что как бы там ни было, но мы готовимся сразу к двум сценариям войны – краткосрочному и долгосрочному.
Новый доклад касался производства паровозов и проблем паровозостроительных заводов. Стране и армии срочно требовалось многократное увеличение железнодорожных перевозок, а паровозов и подвижного состава катастрофически не хватало. Пришлось Маниковскому жестко вмешиваться и в эту сферу, расставляя нужных людей на ответственные посты и рубя головы нерадивым.
Опять же, те же паровозостроительные заводы могли производить и паровые тягачи для артиллерии. Кстати, пару дней назад я благополучно зарубил проект постройки парового танка. Всем прекрасна была эта идея, но, насколько я помнил из истории, ни у кого из этого ничего путного не получилось. Так что не будем тратить деньги и ресурсы на заведомо тупиковые разработки. Ну хоть какая-то польза от моего послезнания!
МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ.
ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ «МАРФИНО».
28 мая (10 июня) 1917 года
– Государь! Во исполнение вашего высочайшего повеления силами Военного министерства была осуществлена экспедиция к предполагаемому месту падения внеземного объекта в районе реки Подкаменная Тунгуска, произошедшего в 1908 году. Экспедиция была осуществлена под руководством полковника Вандама посредством полета на дирижабле «Гигант» к месту катастрофы. Командир дирижабля подполковник Нижевский. В ходе воздушных исследований было найдено место, где произошла означенная катастрофа. Исходя из полученных данных можно констатировать наличие обширного вывала леса вокруг эпицентра взрыва общей площадью в тысячи квадратных верст, что может свидетельствовать о взрыве чрезвычайной мощности. Были осуществлены аэрофотосъемка района, а также в тайгу были спущены исследовательские группы, под командованием прапорщика Шаргея и подпоручика Термена. По итогам экспедиции можно сделать следующие выводы. Первое. Взрыв колоссальной силы произошел в воздухе и никак не связан с причинами на поверхности или под землей. В то же время в ходе исследований следы метеоритного кратера обнаружены не были. Второе. Имеется множество очевидцев, видевших падение небесного тела, в том числе в отчете об экспедиции отражены рассказы местных эвенков. Третье. По результатам первичного обзора местности и опроса местных жителей нельзя однозначно определить тип взорвавшегося небесного тела. Описания во многом разнятся, в том числе и в части траектории полета упавшего объекта. Кроме того, есть некоторые противоречия в рассказах о характере траектории, что, при определенных допущениях, может свидетельствовать о том, что объект падал не по прямой линии. Были ли изменения траектории вызваны атмосферными условиями, оптическим обманом зрения или ошибками в описании со стороны свидетелей, сказать пока невозможно, требуется повторная экспедиция и более широкий опрос свидетелей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– А что с находками на месте взрыва?
– В основном камни, какие-то иные образцы. Прямо скажем, члены экспедиции не имели возможности серьезно изучать местность. Прибытие на дирижабле хотя и весьма быстрый способ, но вместе с тем способ и весьма неудобный для экспедиции. Спуск в разведывательной гондоле, равно как и подъем на ней же, не дает возможности доставить на местность требуемое оборудование, во всяком случае за один рейс. Силами наземной группы были проведены исследования и собраны материалы, в том числе образцы почв, пород и прочего, что может помочь пролить свет на природу данного феномена. Кроме того, часть собранных образцов направлены на обеспечение операции «Знак». По прибытии дирижабля в Москву, согласно плану операции, ящики ночью были доставлены в Сухаревскую башню. Как и было оговорено, к сопровождению груза были привлечены чины жандармского дивизиона.
– Благодарю вас, генерал. Жду от вас список участников экспедиции и операции «Знак». Награду они заслужили.
– Списки готовы, ваше величество!
Палицын передал мне еще одну папку. Просмотрев список, я кивнул и вернулся к изучению отчета об экспедиции. Толстый том был полон описаний, многочисленных фотографий вывала леса и собранных образцов.
– Ваше личное мнение об этом деле?
– Трудно сказать что-то определенное, государь. То, что событие грандиозного масштаба – однозначно. Если бы такой взрыв произошел над крупным городом, то определенно количество жертв исчислялось бы сотнями тысяч или даже миллионами. Скажем прямо, взрыв стер бы с лица земли любой крупный город, а все население бы наверняка погибло.
Я кивнул Суворину.
– Кстати, Борис Алексеевич. Особо обыграйте тот факт, что если бы данный объект взорвался на четыре часа позже, то это произошло бы как раз над Петроградом, а если на одиннадцать часов раньше, то погиб бы Нью-Йорк.
– А откуда такие сведения, государь? На кого мне сослаться?
Я прикусил язык. Блин! А в этом времени уже изучили траекторию полета Тунгусского метеорита?
– Особая точность тут не имеет значения. Такой взрыв мог произойти над любым крупным городом. Для усиления эффекта мы можем сделать подобное допущение. Впрочем, можете уточнить в Академии наук, насколько это заявление будет чрезмерным преувеличением.
Главноуправляющий Министерства информации решил тему не углублять, ограничившись фразой:
– Думаю, ваше величество, что бумага все стерпит. Действительно, эффект такого заявления будет большим. Если ученые подтвердят – хорошо, а нет, так и не важно.
Я кивнул, чрезвычайно досадуя на себя. Вот скажу как-нибудь что-то совсем лишнее, и придется устраивать свидетелям автомобильные катастрофы.
– Итак, мы не можем с уверенностью утверждать о том, что это исключительно природное явление?
Генерал сделал неопределенный жест.
– Трудно сказать, государь. Но если это врыв межпланетного аппарата, то я нам не завидую.
– А это может быть взрыв такого аппарата?
– Ну, тут можно лишь гадать. Смею полагать, что энергия, которая потребовалась бы для полета от Марса до Земли, однозначно настолько велика, что ее хватило бы и не на такой взрыв. Правда, не могу даже предположить размер той пушки, с которой данным снарядом стреляли.
