и уже никогда не забудете». Рыдания Вернона были слышны все время проведения службы. По ее окончании скорбящие постепенно покидали помещение, предварительно подходя к гробу, чтобы сказать последнее «прощай». Энн — Маргрет попыталась успокоить Вернона, но вместо этого они оба разрыдались еще сильней. Затем девять человек: Джо и Чарли, Фелтон, Ламар, Джерри Шиллинг и Джордж Кляйн, двоюродные братья Элвиса Билли и Джин Смиты и доктор Ник — подняли гроб и вынесли его из дома. Когда они проносили его через главный вход, у старого дубового дерева, стоявшего около дома, треснул и отломился огромный сук, с шумом рухнув на землю. Ламару это показалось особым знамением. Он вскрикнул: «Мы знали, что ты еще вернешься, просто не думали, что так скоро…»
Кладбище, куда они держали путь, находилось в трех с половиной милях от дома. Похоронный кортеж состоял из сорока девяти машин, первой из которых был серебристый «Кадиллак». За ним следовал полицейский мотоциклетный эскорт, белый катафалк. Следом ехало еще семнадцать белых лимузинов, в первом из которых находился Вернон. По обе стороны дороги до кладбища стояли люди. По приблизительным подсчетам, там было от пятнадцати до двадцати тысяч человек. Джо заметил стоящего в толпе скорбящего Клифа Гливза, которого, очевидно, не узнала охрана дома и не посчитала нужным пригласить внутрь.
Уже на кладбище гроб, усыпанный цветами и украшенный венками из желтых и красных роз в форме собак, разбитых сердец, корон и гитар, был поднят по ступеням и внесен в серый мраморный мавзолей, возведенный рядом с могилой Глэдис. Розы не только украшали гроб, они были рассыпаны по полу мавзолея, в часовне которого преподобный Брэдли отслужил короткую пятиминутную прощальную службу. После ее завершения все члены семьи получили последнюю возможность зайти в склеп и поцеловать крышку гроба. Вернон зашел в склеп последним и оставался там около пяти минут наедине с сыном. Он был настолько плох, когда выходил оттуда, что его пришлось поддерживать за руку. Затем, как сообщалось в Commercial Appeal, мавзолей был полностью очищен, и в него зашли пятеро рабочих с тележкой песка, большой бочкой воды, цементом и набором инструментов. Они забетонировали вход в склеп, наложив двойной слой, и установили на дверях мраморную табличку, на которой позже должна была появиться надпись. Еще до окончания их работы кладбище стало стремительно заполняться людьми, которые окружали склеп и в молчании прислонялись к его тяжелым металлическим дверям. В это время в Грейсленде начинался «Южный ужин», по окончании которого Вернон дал приказание раздать все цветы, находящиеся в доме, поклонникам Элвиса, которые на следующее утро тысячами пришли для этого на кладбище. К полудню собралось более пятнадцати тысяч фанатов, и нежный аромат роз развеялся в воздухе окончательно.
Следующие две недели Полковник посвятил разработке деталей дальнейшей деятельности империи Элвиса Пресли. На этот раз ему во всем помогал некий Хэрри Медведь Гейслер. чья фирма Factors Inc только что провела исключительно успешную рекламную кампанию по раскрутке творчества Фарры Фосетт. Вернон дал свое формальное одобрение на продление соглашения между Элвисом и Полковником, которое было подписано 23 августа, за день до того, как он был признан официальным представителем исполнительной власти государства. Контракт, подписанный Верноном, был точной копией документа, подписанного Элвисом в прошлом году. Компания Boxcar Enterprises, последнее корпоративное детище Полковника, выступала основным посредником всех сделок, связанных с правами на распространение музыкальной продукции под именем Элвиса Пресли. Пятьдесят процентов от всех сделок равномерно распределялись между Полковником и Элвисом Пресли. Остальные пятьдесят процентов расценивались как денежный резерв на случай всевозможных расходов (как то: выплата солидных зарплат и бонусов, осмотрительно предусмотренная Полковником). Любые другие денежные поступления (которые сегодня полностью сведены к нулю) должны были распределяться в соотношении 56 процентов Полковнику, а остаток Элвису и старому деловому партнеру Полковника Тому Дискину. Вернон подписал соглашение без особых возражений, и Полковник продолжал вести дела в своей привычной манере. Но уже устоявшийся ход событий был все — таки нарушен судебным иском от лица малолетней Лизы — Марии, поданным в суд графства Шелби, по поводу ущемления материальных прав покойного Элвиса Арона Пресли. Это произошло вскоре после того, как 26 июня 1979 года, как раз в годовщину семидесятилетия Полковника, умер Вернон.
В компании RCA, к своему вящему удивлению, обнаружили, что Элвис Пресли продолжал оставаться феноменом продаж и после своей смерти. Книга Реда и Сонни «Элвис: что же случилось?» была распродана тиражом три миллиона экземпляров, возможно, благодаря незапланированной задержке своего выхода. Тем не менее два основных автора сохраняли молчание по поводу своего сотрудничества с главным героем книги на протяжении двадцати лет. Джинджер Элден также решила сделать деньги на имени Элвиса и продать National Enquirer свою историю отношений с певцом за обещанные ей сто пять тысяч долларов сразу после его смерти. Эта сумма была значительно сокращена, когда выяснилось, что Элден нарушила эксклюзивное соглашение, дав интервью Commercial Appeal 19 августа. Через одиннадцать дней после похорон произошла шокирующе циничная и неумелая попытка похитить тело Элвиса из склепа. Два месяца спустя, 27 октября, когда все формальности были улажены, тела Элвиса и его матери были перезахоронены в Саду медитаций в Грейсленде. «Я думаю, они наконец — то обрели покой», — сказал Вернон на короткой церемонии перезахоронения, которую посетили только самые близкие родственники и друзья.
Но еще до того, как Элвис обрел свой долгожданный покой, еще до того, как его тело было помещено в могилу, легенда его стремительного успеха, его имя, которое стаю торговой маркой, чей успех вряд ли мог предсказать в начале даже сам Полковник, стали предметом самых предвзятых и жестоких обсуждений. А после смерти лагерь «осуждающих» захлестнула волна воспоминаний и размышлений. При жизни они отказывались признать, что он искренне посвящает себя своей публике, после его смерти они осудили это преданное служение «простого смертного». Какофонию голосов, которые слились в шумный хор, чтобы посвятить весь мир в тайны «информированных» источников, чьих — то домыслов и спекуляций, дешевых сплетен и беспочвенных обвинений, временами было просто невозможно заглушить. Мир, казалось, тонул в хаосе, и гам этих голосов был уже просто невыносим. Но лишь один голос был способен его заглушить, и лишь один этот голос остался звучать, когда воцарилась тишина. Этот голос мир услышал как будто впервые солнечным утром в 78‑м году. Этот голос зазвучал, чтобы провозгласить начало нового дня. Заглушить этот голос невозможно: вы не можете не попасть под его очарование, когда слушаете «That's All Right» или «Mystery Train», «Blue Moon Of Kentucky» или любую другую песню
