политически инертными и слабо реагировали на призывы коммунистов к участию в вооруженной борьбе.
Целый ряд факторов в это время во многом определял динамику развития сложившейся политической системы. Наиболее существенным было то, что в стране, с одной стороны, постепенно ускорялся процесс социальной дифференциации в деревне, а с другой — быстро возрастали различия в уровнях жизни в городах и в сельской местности. Быстрый рост населения приводил к тому, что крестьянские земельные наделы мельчали и уже не могли прокормить семьи. Разорявшиеся люди либо уходили в города, где пополняли наиболее бедные и пауперизированные социальные слои, либо превращались в арендаторов и батраков в деревне. Тем самым потенциальная база социального протеста все время увеличивалась. Другой фактор, определявший развитие политической системы, состоял в том, что новая власть столкнулась с постепенным распространением в стране альтернативной идеологической доктрины и деятельностью кхмерских коммунистов, подрывавшей основы политической организации и экономического механизма функционирования камбоджийского общества.
В этих условиях Сианук и стоявшие за ним представители правящей элиты попытались существенно модернизировать политическую систему и социальную доктрину правящего режима. В марте 1955 г. король объявил об отречении от престола в пользу своего отца Нородома Суримарита. Одновременно Сианук приступил к созданию общенациональной политической организации Народно-социалистическое сообщество Камбоджи (Сангкум Реастр Нийюм, сокращенно — Сангкум), выступившего с программой построения в стране «королевского буддийского социализма», рассматривавшегося в качестве альтернативы коммунистам. Очень быстро Сангкум во главе с Сиануком превратился в ведущую политическую силу, получившую на всеобщих выборах в Национальное собрание в 1955 г. 83 % голосов. Сам Сианук стал премьер-министром, а несколько позже, в 1960 г., Национальное собрание вынесло решение о назначении его главой государства. В стране фактически установился режим его личной власти, политика которого во многом зависела от симпатий и антипатий первого лица.
Смысл провозглашения Сиануком доктрины «кхмерского буддийского социализма» как фундамента внутренней и внешней политики Камбоджи состоял в том, чтобы создать привлекательную для простых камбоджийцев идеологему, которая в таком чувствительном для кхмерского крестьянина пункте, как возможность достижения всеобщего равенства, не уступала бы марксизму.
Одно из ключевых экономических предложений состояло в вытеснении из деревни ростовщического капитала. Сама по себе эта идея и планы создания кредитной и снабженческо-сбытовой кооперации представлялись привлекательными, но в конкретных условиях Камбоджи были малореальны хотя бы уже по чисто экономическим причинам. У государства не было средств, чтобы как-то заменить ростовщический капитал в деревне, ибо в это время только ростовщический кредит (без товарных поставок) оценивался примерно в 750 млн. — 1 млрд. риелей, что составляло 18–20 % стоимости валовой продукции сельского хозяйства страны. Что касается государства, то оно через сеть созданных в 1956 г. кредитных и снабженческо-сбытовых кооперативов смогло предоставить крестьянам сумму в десять раз меньшую, порядка 100 млн. риелей, что составляло лишь около 10 % всего сельскохозяйственного кредита.
На взаимоотношениях правительства с ростовщическим капиталом и связанной с ним так называемой компрадорской буржуазией следует остановиться особо, так как эти отношения формировали ядро сложившейся социально-политической системы. Ведь в Камбодже после обретения независимости реально существовало два центра власти: политическая — в руках короля и правительства и экономическая — в руках компрадорской буржуазии и ростовщического капитала. С самого начала отношения между этими двумя центрами силы развивались сложно и неоднозначно. Компрадоры стремились сохранить свою независимость в сферах экономики и внешней торговли, правительство, наоборот, пыталось в максимальной степени подчинить себе ростовщический капитал и получить в свое распоряжение остававшийся как бы бесхозным после ухода французов товарный продукт, «изымавшийся ростовщиками из крестьянского хозяйства методами внеэкономического принуждения».
Попытки экономической борьбы с ростовщиками, соревнование государственного и ростовщического капиталов в сфере сельскохозяйственного кредита успеха правительству не принесли, поэтому, не имея возможности подчинить себе или вытеснить ростовщический капитал экономическими средствами, камбоджийское руководство прибегло к политическому давлению, политике запретов и экономических репрессий, чтобы добиться своей цели.
В ноябре 1963 г. Национальное собрание приняло декрет о реформе банковской и внешнеторговой системы. Эта реформа предусматривала закрытие с 1 января 1964 г. всех частных коммерческих банков, которые были особенно тесно связаны с компрадорами и ростовщиками. Таким путем правительство стремилось подорвать их финансовые операции, перекрыть каналы, по которым денежные средства переводились за пределы страны. При этом не учитывалось, что это были еще и основные каналы денежного обращения и связи Камбоджи с внешним миром.
Все экспортно-импортные функции упраздненных частных фирм были переданы национальной внешнеторговой компании «Сосьете насьональ д’экспортасьон э импортасьон» (сокращенно — «Сонэксим»). Однако попытка за счет создания одной подконтрольной государству внешнеторговой компании, обладавшей монополией на экспорт и импорт, поставить операции ростовщического капитала под свой контроль правительству не удалась. Единственным «достижением» стало лишь существенное ограничение кредита, предоставлявшегося камбоджийскому крестьянству.
В результате реформы множество китайских оптовых фирм, финансировавших ростовщические операции деревенских лавок, лишились кредитной поддержки и их финансовые возможности существенно снизились. Получилось, что от этой реформы пострадали не только компрадорские крут и китайский капитал, не менее серьезный ущерб понесло и сельское хозяйство страны, которое лишилось десятков миллионов риелей ежегодного кредита.
Потери сельского хозяйства были еще больше, ибо в результате другой политико-пропагандистской кампании, развернутой в рамках реализации доктрины «кхмерского буддийского социализма», страна отказалась от получения всех видов помощи от США. Заявляя, что США пытаются использовать Камбоджу в своих целях в их борьбе против коммунистических сил на севере и юге Вьетнама. Сианук пошел на этот решительный, но абсолютно неразумный и неподготовленный шаг, предпринятый без серьезного учета сложившихся реалий.
Значение же американской помощи для независимой Камбоджи было очень велико. Американцы фактически содержали вооруженные силы страны, кроме того, только с 1951 по 1961 г. с их помощью проводились ирригационные работы на площади в 70 тыс. га. Общая же помощь США за 1955–1961 гг. составляла почти 300 млн. долл.
Резкое сокращение иностранных инвестиций не могло не отразиться крайне негативно на экономическом развитии страны. Уже в 1965 г. производство риса упало на 1,8 %, а в 1966 г. сократилось еще на 4 %, и, несмотря на некоторый подъем в последующие два года, очевидно, что как раз с середины 1960-х годов, т. е. времени, когда стали сказываться последствия «решительных» шагов и кардинальных реформ 1963 г., кхмерская деревня вступает в период стагнации. Социальная напряженность начинает быстро возрастать, а в 1967 г. уже в разных районах страны начинают вспыхивать крестьянские волнения и восстания. Социальная нестабильность немедленно отразилась на стабильности политической системы. Контролировавшееся Сиануком общенациональное движение Сангкум становилось все менее дееспособным из-за раздиравших его внутренних противоречий. «Буддийский социализм» из-за коррупции и неспособности властей добиться решения наиболее актуальных социальных и экономических проблем фактически исчерпал себя как государственная доктрина, и внутри Сангкума оформилось крыло сторонников сближения с Западом, прежде всего, — с
