Потом они долго сидели молча.
— Ты рожден быть солдатом, — нарушила наконец молчание Элли. — А не каким-то… высокопоставленным бюрократом.
Майлз расстался с мыслью объяснить ей, что собой являет благородный и древний пост Имперского Аудитора.
— Чтобы стать великим полководцем, нужна великая война. Но таковой сейчас нет, во всяком случае, тут. Цетагандийцы впервые за последние десять лет успокоились. Пол не агрессивен. Да и вообще мы сейчас в прекрасных отношениях со Ступицей Хеджена. Архипелаг Джексона довольно мерзок, но они там слишком разобщены, чтобы представлять собой реальную угрозу. Самой большой опасностью в данной области галактики являемся мы, но нашу энергию поглощает Зергияр. А я не уверен, что жажду сдать себя в аренду на завоевательную войну где-нибудь в другом месте.
— А твой отец это делал. И весьма успешно.
— Успех был неоднозначен. Тебе следует повнимательнее изучить нашу историю, любовь моя. Но я — не мой отец. Мне не обязательно повторять его ошибки, я вполне могу изобрести и свои собственные.
— Ты что-то стал таким политиканом в последнее время.
— Это теперь моя епархия. Военная служба годится только тем, кто может стоять и ждать, а жизнь коротка. Если Империи когда-нибудь снова потребуются мои военные таланты, мне пришлют уведомление по комму.
Элли выгнула брови и устроилась поудобнее, взбив подушки. Майлз положил ее голову себе на грудь и начал поглаживать волосы, наматывая на пальцы завитушки. Она начала водить рукой по его телу. Майлз чувствовал, как на них нисходит спокойствие, уходит прочь напряжение и ужас. Боль сменилась грустью и меланхолией, тихой и вполне понятной.
— Так… — произнес он наконец. — Никто не говорил, что время от времени не будет возникать необходимости в очередных спасательных операциях. Напоминаю тебе как адмиралу Куин, что твое место на командном пункте. Не шляйся с боевыми подразделениями. Это недостойно старшего офицера и слишком опасно.
— Ты жуткий ханжа, любовь моя.
Майлз предусмотрительно решил с этим не спорить. Он кашлянул.
— Есть еще одна вещь, о которой я хотел тебя попросить. Об одной услуге. Это касается сержанта Тауры.
Элли напряглась.
— Что именно?
— Когда мы с ней виделись в последний раз, я заметил у нее седину. Ты знаешь, что это означает. Я тут недавно переговорил об этом со стариной Канабе, ты должна его помнить. Он говорит, что с момента начала метаболического срыва у нее будет пара месяцев, не больше, затем наступит конец. Пообещай, что дашь мне знать вовремя, причем так, чтобы она успела — с флотом, или где она там будет в этот момент — прибыть сюда, до того, как уйдет. Я… не хочу, чтобы она умирала в одиночестве. Это обещание, которое я дал себе давным-давно, и намерен его сдержать.
Элли угнездилась обратно.
— Хорошо, — серьезно ответила она и через некоторое время добавила: — Так… ты все же спал с ней?
— Хм… — Он сглотнул. — Она была еще до тебя, Элли. — И через минуту добавил: — И потом тоже. Иногда. Очень редко.
— Ха! Я так и знала!
— Ну… А ты? Был и у тебя кто-нибудь, когда я отсутствовал?
— Нет. Я была хорошей девочкой. Ха! — И добавила: — Ну а до тебя… До тебя это была другая Куин.
— Думаю, это и так понятно, но, просто на всякий случай… ты ведь понимаешь, что отныне свободна от всяких обязательств?
— С тем, чтобы ты был свободен тоже? Ты к этому ведешь? — Коснувшись его лица, она улыбнулась. — Мне не нужно, чтобы ты давал мне свободу, любовь моя. Я могу освободиться и сама, в любое время, когда захочу.
— Это как раз то, что мне всегда больше всего в тебе нравилось. — Поколебавшись, он все же спросил: — А ты захочешь захотеть?
— Ну, это уже совсем другой вопрос, не так ли? — мягко ответила она. Они долго смотрели друг на друга, а потом Элли сказала очень ласково и доброжелательно:
— Надеюсь, ты найдешь свою леди Форкосиган, Майлз. Кем бы она ни была.
— Я тоже на это надеюсь, Элли, — вздохнул он. — Хотя терпеть не могу искать.
— Лентяй, — промурлыкала она.
— И это тоже. Ты здорово меня избаловала.
— Мне следует извиниться?
— Никогда.
Последовал долгий поцелуй.
— А пока ты будешь в поиске, мы будем с тобой встречаться? Время от времени?
— Может быть… Не знаю. Если окажемся на одной и той же планете в одно и то же время. Вселенная большая.
— Так почему же я вечно наталкиваюсь на одни и те же лица?
Они предались неторопливым ласкам, не думая о времени. Нет ни будущего, ни прошлого, лишь маленький пузырек во времени, в котором есть только Элли и Майлз.
Нежась, Элли пробормотала ему в волосы:
— Как ты думаешь, твоя новая работа понравится тебе так же, как мне понравится моя?
— Начинаю подозревать, что да. Знаешь, ты ведь действительно к этому готова. Я недавно получил довольно тяжелый урок на тему, как вредно оставлять компетентных подчиненных слишком долго без повышения. Следи в этом плане за личным составом.
— А у тебя есть перспектива роста? Скажем, от Восьмого Аудитора до Первого?
— Только если доживу. Что, если подумать, вполне вероятно. Я моложе их всех на добрых три десятилетия. Но Аудиторов нумеруют просто для удобства. На самом деле они все равны. Когда встречаются, то садятся в круг. Что весьма необычно для иерархии Барраяра.
— Как Рыцари Круглого Стола, — предположила Элли.
Майлз поперхнулся от смеха.
— Если бы ты их видела… Ну, не знаю. Эти самые Рыцари Круглого Стола соревновались за почести фанатично. Именно поэтому старина Артур и придумал круглый стол, чтобы положить этому конец. А Аудиторы… не могу сказать, что лишены амбиций, иначе бы они не достигли таких высот. Превыше амбиций? Эти барраярские паладины — удивительно незаинтересованная компания. Мне не терпится узнать их получше.
Он живописно изобразил своих новых коллег.
Элли невольно улыбнулась.
— Боже мой, Майлз, я начинаю думать, что ты там хорошо впишешься.
— Тебе не доводилось чувствовать себя как дома в месте, где ты ни разу до этого не была? Это примерно то же самое. Это… очень необычно. Но вовсе не неприятно.
Она поцеловала его в лоб — благословляя. Он поцеловал ей руку — на счастье.
— Ну, раз уж ты твердо решил стать штатским, то будь хорошим бюрократом-паладином, — решительно сказала она. — Чтобы я тобой гордилась.
— Я постараюсь, Элли.
Возвращение с Комарры на Барраяр прошло спокойно. Майлз приехал в особняк Форкосиганов тихим зимним вечером и обнаружил, что там тепло и все готово к его приезду. Он решил, что завтра пригласит на торжественный ужин Дува с Делией и остальных представителей семейства Куделка. Но сегодня он предпочел перекусить на кухне со своим оруженосцем и матушкой Кости. Его кухарка была несколько шокирована столь грубым вторжением на ее территорию. Но Майлз веселил ее до тех пор, пока она, рассмеявшись, не огрела его полотенцем. Капрал Кости, заглянув после дежурства, был накормлен по всем правилам и поиграл с котятами, жившими теперь в коробке возле плиты. Капрал с матушкой Кости сообщили Майлзу последние новости о Мартине, который служил теперь в учебке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
