Пестово".
И, чтобы два раза не вставать, читал о премии для блоггеров-колокольчиков. (Премию дали моему однофамильцу, с которым меня путают, но тут уж вряд ли была ошибка — ему дали колокольчик в номинации "про детей").
В общем, надо сказать, очень странное это на меня произвело впечатление.
Вот в детстве я много времени проводил на даче — вернее, на садовых участках, которые отличались от настоящих дач тем, что там запрещалось ставить капитальные дома, и оттого все грелись там весной и осенью у буржуек.
А печь-буржуйка это ни что иное как контролируемый костёр посреди комнаты. Остывает н быстро, но если приезжаешь с девушкой на Новый год в половине двенадцатого, что слушать бой курантов можно уже неглиже.
Что-то я отвлёкся.
Так вот — у нас была дачная компания, довольно бестолковое времяпровождения, разновозрастные знакомства; кто-то до сих пор, увешанный детьми туда приезжает.
И я представил себе, как, затеяв разговор с ровесником, вдруг выяснил бы, что он жил на тех же участках. Но всё другое — имена, фамилии, никто не сидел у сторожки, а все гоняли на речку. "Да как же, — начинаешь горячиться ты. — Мы! Мы та были".
Но собеседник смотрит на тебя подозрительно.
Напротив Виноградовых ты жил? Какие ещё Виноградовы?
И ты понимаешь, что нет тебя.
Именно это я и понимал, когда читал про награждённую за прорыв года проститутку, и не-помню-кого за лучшее комментирование, и просто не помню кого.
Это параллельный мир, вернее, один из параллельных миров, отгороженный от нас френдлентой.
Их не видно, а между тем они есть, как целые стада сусликов.
Да и ты среди них — суслик, вставший столбиком на зорьке, ужаснувшийся многообразием мира, и — в норку. Нечего тут.
Я — был. Жил напротив Виноградовых. На сорок первом участке.
Извините, если кого обидел.
17 октября 2012
История про то, что два раза не вставать (2012-10-18)
Я ещё помню, как несколько лет в социальных сетях живо обсуждали перепосты. То есть, вольное распространение историй, прочти и передай товарищу, подпольная листовка, боевой листок — люди гибнут, начинается пожар, тигру в зоопарке недокладывают мяса.
Мне-то как раз Тут дело не в эстетике ленты (хотя и в ней).
Дело в том, что перепост аморален — он даёт человеку ложное чувство выполненного долга, сопричастности, и, в конечном итоге — удовлетворения.
При этом человек работает просто как ретранслятор, часто им манипулируют — и в обмен на это чувство сопричастности он умножает неправду на земле.
Конечно, мы можем и не быть простыми ретрансляторами — прежде, чем жать на кнопки, мы могли бы потратить время, вникнуть в, проблему с собачьим приютом, сами прочитать новый закон, проверить сообщение на предмет выдумки или преувеличения… Но тогда нам было бы труднее. Хоть поиски и интересны, но они тяжелы. К тому же мы можем сделать неверные выводы, и мы понесём за это наказание. Не то, что наказание, а лёгкое пятнышко позора, кэш Яндекса.
Карма наша ухудшится, над нами кто-то посмеётся, хоть это и обычная плата за собственное мнение.
А вот перепост мало того, что создаёт иллюзию сопричастности, он стимулирует безответственность. Он как бы внушает человеку: ты поддакни, и если что не так — ты не виноват. Кашу маслом не испортишь, встревоженности мало не бывает, ведь наша встревоженность — во имя добра и справедливости.
В нашем театре всё время кричат «Пожар!» — и непонятно, отчего мир погибнет: от давки в проходах или от усталого неверия в тревожные крики.
И, чтобы два раза не вставать, вспомнил, что куда раньше я написал про это, и, кажется, куда лучше. Та история, что произошла три года назад, ещё не остыла. Я пока искал этот текст, обнаружил массу разговоров, как важно перепостить, даже если это неправда, и если всё не так. Эти разговоры — как угли в костре.
Извините, если кого обидел.
18 октября 2012
История про то, что два раза не вставать (2012-10-18)
Ещё не утихли споры вокруг сериала по роману Гроссмана.
Интересно то, что количество тем, с ним связанных — счётно.
То есть, обсуждают фильм разные люди, но как бы ведут диалог друг с другом.
Тем несколько:
— Режиссёр и сценарист сделали фильм не по роману, а на тему романа. Мало того, что они не учли, что роман — вторая часть дилогии (а первая, написанная вполне в соцреалистическом духе проигнорирована, как и истории про советские и фашистские лагеря).
— Покойный сценарист и режиссёр нехорошо отозвались о давно покойном (1964) писателе в интервью накануне фильма.
— В фильме отсутствует главная мысль Гроссмана о том, что СССР и Третий Рейх — одно и то же. При этом из текста романа это как бы явным образом не следует, и вовсе ниоткуда не ясно, что кавалер орденов Боевого Красного знамени, Красной звезды, награждённый медалью за оборону Сталинграда Василий Иосифович Гроссман, мать которого умучили немцы, так считал.
— «Жизнь и Судьба» это «Война и мир» сегодня.
— Если бы роман «Жизнь и судьба» вбросили публике через закрывающееся окошко оттепели вместо «Одного дня Ивана Денисовича», то вашего Солженицына только там и видели б.
Понятно, что на каждую из этих тем приходится по два полярных мнения: «Война и мир»?! А?! Да?! На!»… «Хрен, а не «Война и мир!» — «Так его, покойного»! — «Не сметь трогать покойного!» — ну и всё такое.
Действительно, Василий Иосифович Гроссман писал гигантский роман с 1945 по 1959 год и первая его часть была напечатана в 1952 году и называлась «За правое дело». Её, правда, ругали, но сам факт появления её в виде букв на бумаге означал отсутствие кардинальных противоречий стилю 1952 года. Вот вторая часть «Жизнь и судьба» действительно была изъята и вышла (по вывезенной из страны фотокопии) только в 1980. Понятно, что интонация 1952 года сильно отличается от интонации книги, написанной во время оттепели.
В первой части завязаны сюжеты. проявились герои, уже возник мир. Во второй части те же герои живут по уже другим законам.
Претензия по поводу неполной экранизации мне кажется очень интересной (не потому что я её разделяю, а потому что это некое свойство современной культуры: она, эта современная культура, рассматривает прошлое как огромный карьер, и сама определяет правила добычи ископаемых). Например, можно ли экранизировать «Властелина колец» без предварительной экранизации «Хоббита»?
Меж
