прошептала я. – Это именно то, что нам нужно! Снимайте!
Кто-то из старейших прошипел, что, мол, символ власти Рексов с незапамятных времён никому трогать нельзя, но Великий Ангалин так глянул, что все недовольные быстренько прикусили языки. Разложив на полу это подобие сетки, которое состояло из переплетения тонких, но крепких проводов, на концах которых с одной стороны имелся штекер, а с другой – зажим в виде плоского «крокодильчика», я принялась за распутывание. Когда всё получилось, я распрямила толстую позолоченную нить, вставила в отверстие на нижней панели, помеченное кружочком с расходящимися лучиками, а вот глядя на «крокодильчика», немного затупила: «А его куда?!» Макс рядом глубоко вздохнул и крупные пластины на его спине слегка приподнялись. Рука сама потянулась к другу, и зажим плотно сомкнулся на крупной чешуйке. Ангалины замерли, похоже, даже дышать перестали.
– А теперь сверкай, но только медленно и плавно, а не так, как тогда… Слишком много света нам не нужно.
Макс выпучил глазюки и тихо прошипел:
– Я боюс-с-сь…
– Спокойно. Ты прекрасно умеешь это делать, очень медленно включать свечение… Давай, не трусь!
– Не-е-ет… А вдруг как в Храме получитс-с-ся?
– Делай что тебе говорят! – рявкнул Рекс. Макс зажмурился, и слабое свечение начало проступать из тела друга.
Сияние плавно усиливалось, но ничего не происходило. Когда минут через пять-десять экран моргнул голубоватым цветом, ангалины ахнули и бросились врассыпную, вопя, что Священная Книга ангов всё-таки откроет свои тайны! От их свистов и других пронзительных звуков заложило уши, но я продолжала следить за экраном, по которому уже побежали стройные ряды древних символов.
– Загружается… – прошептала я, глядя на бесконечное движение, а потом завопила вместе с ангалинами: – Работает!!! Рабо-о-отает!!! Он работает!!!
Шипяще-свистящей и толкающейся кучей старейшие сгрудились вокруг и заголосили ещё громче:
– Убегают!!! А куда они убегают?! Держ-ж-жите их!!! Знаки древнейш-ш-ших убегают!!!
– Спокойно!!! Ничего! Никуда! Не убегает! – я подняла руки и усилила голос, чтобы их перекричать. А когда все заткнулись, уже тише добавила: – Всё в порядке, просто «книгу» очень долго не включали и теперь она сама себя проверяет или тестирует, как говорят у меня на родине. Экран маленький и не может сразу показать всё, что содержится в ней, не волнуйтесь.
Проверка системы заняла около часа, но когда экран снова моргнул и очистился от бегущих строк, появилась картинка, вернее фотография. На нас смотрел юноша. Обворожительная улыбка, ямочки на щеках, смуглая кожа, коротко постриженные волосы, тонкий нос, чёткий подбородок, смеющиеся карие глаза – потрясающей красоты парень!
– Кто это?! – прокричал Рекс прямо мне в ухо.
– Не знаю… Последний хозяин «книги», наверно… У нас тоже так делают, на заставку ставят какую-нибудь картинку или свою фотку, как кому больше нравится. А может быть и так, что «книга» принадлежала девушке, а на экран она поставила фото любимого или мужа, а может, это сын той женщины, что владела «книгой»… Вариантов бесчисленное количество…
– Фотка?! Что это?! – Великий Ангалин разговаривал со мной настолько искренне и просто, словно мы на равных, давно и хорошо знакомы. Хотя… я – богиня, он – верховный правитель, мы и есть равные.
– Это очень быстрое изображение любого объекта, полученное специальным аппаратом. На Земле таких много, разных размеров, принципов устройства, есть почти у каждого…
– А у тебя был?
– И не один… У меня и «книга» подобная вашей была, правда, работала от электричества, а не напрямую от света.
Глаза Рекса сошлись ближе к центру, словно окосели, и он медленно проговорил:
– Всё, больше не могу… Хватит на сегодня.
Я поддакнула:
– Правильно. А то уж очень есть хочется!
А между тем день склонился к вечеру…
Глава 9
Я лежала на песчаном золотистом пляже, прикрыв глаза. Вечер был великолепен. Бу носился по берегу живописной бухты, полностью защищённой от моря. Дрейфа островов никак не ощущалось, цветастые скалы скрывали океанские просторы – кругом тихо и очень спокойно. После ужина Макс привёл в это удивительное место, предупредив, что только Рекс здесь купается. Я хохотнула:
– Мне оказана такая честь?!
Друг нежно улыбнулся:
– Наоборот. Это ты окажеш-ш-шь честь отцу, ес-с-сли будеш-ш-шь отдыхать тут…
– И купаться можно?!
– После того что ты с-с-сделала, тебе всё мож-ж-жно… Они там вс-с-се до сих пор в с-с-себя прийти не могут, даже отец! Кто ж знал, что это не книга вовс-с-се, а нечто соверш-ш-шенно невероятное!
Я перевернулась на бок и увидела, как сам Великий Ангалин направляется в нашу сторону, и совершенно один к тому же. Купался он долго: ныряя, высоко выпрыгивая и носясь кругами. Потом Рекс вылез и улёгся рядом с нами. Меня мучил один вопрос, но не хотелось опять грузить их, да только наш гостеприимный хозяин сам прервал молчание:
– Что ты натворил в Храме?
Макс вздрогнул, а я только собралась вставить свои «пять копеек», но не вышло.
– Не надо, Кари, – голос Рекса был спокоен. – Я слиш-ш-шком хорошо знаю своего сына…
Макс понуро опустил голову и рассказал всё как было.
– Значит, «слёзы» вылились куда-то?
Я поддакнула другу:
– Да. Я стучала по бочке, звук был очень гулкий.
– Это не страш-ш-шно… Главная ценность Храма – «слёзы богов», а раз их там уже нет, то и переживать нечего.
Макс блаженно закатил глаза и выдохнул, а я всё-таки спросила:
– Выходит, что древнейшие анги выглядели как люди?
Рекс обернулся:
– Дело в том, что мы не з-з-знаем, как именно выглядели наши предки, и всегда думали, что они были такие же, как и мы, ведь не сохранилось никаких изображений… А вот этот человеческий юноша в Свящ-щ-щенной Книге ангов – новая загадка… Ты, Кари, открыла самую древнюю и важную тайну, объяснила нам её с-с-суть, но теперь я понимаю, что загадок от этого может только прибавиться…
– Но ведь это ваше право – продолжать разбираться или нет, – я в упор посмотрела на Великого Ангалина.
Его крупная голова приблизилась и, глядя прямо в глаза, он ответил:
– Право-то моё… но разбираться будешь ты, нас-с-следница ангов, у тебя это отлично получается. Ну а я, после сегодняшнего, даже дотрагиваться до неё боюсь…
Макс прыснул в сторону, Рекс открыто и широко улыбнулся, а я развела руками:
– Чего и следовало ожидать…
Больше двух недель я практически не поднимала от ноута головы. Самой сложной задачей оказалось понять общий принцип работы системы. Что крайне порадовало, так это то, что до экрана можно и нужно было дотрагиваться, прикасаясь к «иконкам» на дисплее. А вот буквы на панели необходимы были только для ввода символов, в отличие от
