Северо-Западному фронту категорически приказывалось оставаться на месте «на случай последующего нашего наступления в глубь Германии». Франко-русская конвенция с ее категорическим требованием все время и при всех обстоятельствах атаковать Германию продолжала висеть тяжелым проклятием над обескровленной русской вооруженной силой. Вместе с тем мы можем видеть, что Ставка, констатируя неудачу Юго-Западного фронта, еще не отдавала себе отчета в катастрофических размерах ее. Иначе, вместо мечтаний о берегах Шпрее, она своевременно отвела бы армии Северо-Западного фронта на берега Немана и Буга.
Директива Верховного главнокомандующего, отданная накануне падения Львова, предвидела отход Юго-Западного фронта на линию Люблин – Холм – Владимир-Волынский – Ковель – река Збруч. 3-й армии и группе Олохова надлежало прикрыть Люблин и Владимир, 8-й и 11-й – задерживать врага шаг за шагом, 9-й отвлекать на себя силы переходами в наступление.
Армии Юго-Западного фронта отступали в двух направлениях. 3-я и Олохов – на южную границу Варшавского округа; 8-я, 11-я и 9-я – к восточной границе Киевского. 12 июня 3-я армия и группа генерала Олохова, как с каждым днем все более тяготевшие к Северо-Западному фронту, были включены в состав этого последнего (4-я армия была передана генералу Алексееву еще в середине мая). Отныне центр тяжести событий переместился на Северо-Западный фронт, и руководство русской стратегией из дряблых рук генерала Иванова переходило в более искусные руки генерала Алексеева.
Оставлением Львова и передачей войск Леша и Олохова Северо-Западному фронту кончается тяжелая Третья Галицийская битва. Не пожелав своевременно отойти по своей воле и сохранить живую силу армии, наша Ставка должна была отступить по воле врага – с разгромом и громадными потерями (500 тыс. человек и 344 орудия), грозившими самому существованию нашей вооруженной силы.
Большое отступление 1915 года
Апрель и май на Северо-Западном фронте прошли спокойно. Оживление наблюдалось лишь в Курляндии и северной Литве – на фронте германской Неманской и нашей 5-й армий, где все время шли бои местного значения. На широких фронтах здесь действовали сравнительно небольшие силы – отряды смешанного состава с большим количеством кавалерии. Германская конница действовала карабином – наша шла «в шашки». Александрийские гусары взяли батарею, павлоградцы захватили штаб 76-й германской дивизии. Количество конных дел против пехоты и конницы измеряется десятками. Ядро 5-й армии составлял XIX армейский корпус генерала Горбатовского. В делах под Шавлями 28 апреля нами захвачено 600 пленных и пять орудий. 29 апреля еще 1000 пленных, а 2 и 3 мая – 1500 пленных и 8 орудий.
Берега Дубиссы и Венты были свидетелями геройских дел нашей конницы. Особенно искусно действовала Уссурийская бригада генерала Крымова, а в этой последней – Приморский драгунский полк. 1 июня под Попелянами приморцы, форсировав Венту, атаковали 8 верст полевым галопом, последовательно изрубив пять германских кавалерийских полков (9-й и 13-й драгунские, 1-й, 2-й и 12-й гусарские). Затем они перемахнули через проволочные заграждения и уничтожили прятавшийся за ними батальон егерей. Потери приморцев – пять офицеров, 160 драгун и 117 коней. Немцев изрублено без счета.
На всем остальном фронте – по Неману, Нареву и левому берегу Вислы царило затишье, прерывавшееся лишь выпуском немецких ядовитых газов. Первая газовая атака была у Боржимова 10 мая на фронте V Сибирского корпуса 2-й армии (на западе немцы применили газы уже в конце апреля под Ипром). Газы выпустил 3-й германский резервный корпус генерала фон Безелера. У нас было отравлено смертельно 10 тыс. человек{225}, 14-я Сибирская дивизия погибла почти целиком.
Тем временем общее стратегическое положение ухудшалось с каждым днем. Разгром Юго-Западного фронта подставлял под удар Макензена тыл Варшавского округа, куда отбрасывались расстроенные корпуса 3-й армии и группы Олохова. Армии Северо-Западного фронта, продолжая оставаться на своих местах, как им приказывала Ставка, рисковали бы погибнуть в «польском мешке».
Вопрос об оставлении левого берега Вислы встал в половине июня с полной отчетливостью перед генералом Алексеевым, в ведение которого было передано восемь армий из 11.
Положение представлялось в следующем виде.
На крайнем правом фланге – в Митавско-Шавельском районе – 5-я армия генерала Плеве (9 пехотных и 7,5 кавалерийских дивизий) сдерживала Неманскую армию Белова (8 пехотных и 4,5 кавалерийских дивизий), а 10-я армия генерала Радкевича, сменившего Сиверса после гродненской катастрофы (8 пехотных и 1 кавалерийская дивизии), имела перед собой Х германскую армию генерала Эйхгорна (9,5 пехотных и 1 кавалерийскую дивизии) и прикрывала Ковенский район.
В 5-й армии – XIX, III и XXXVII армейский корпуса; в 10-й армии – III Сибирский, XXXIV, II, XXVI и XX. Всего в Курляндии и Литве 17 пехотных и 8,5 кавалерийских дивизий против 17,5 пехотных и 5,5 кавалерийских дивизий германцев.
По Бобру располагалась 12-я армия генерала Чурина (9,5 пехотных и одна кавалерийская дивизии), а по Нареву – 1-я армия генерала Литвинова (восемь пехотных и три кавалерийские дивизии). Обе эти армии прикрывали с севера Царство Польское и имели перед собой соответственно VIII германскую армию генерала Шольца{226} (девять пехотных и одну кавалерийскую дивизии) и XII – генерала Галльвица (восемь пехотных и одна кавалерийская дивизии). В 12-й армии – I, V армейские и IV Сибирский корпуса; в 1-й – I Сибирский, I Туркестанский и XXVII армейский корпуса. Всего на Наревском фронте 17,5 пехотных и четыре кавалерийские дивизии против германских 17 пехотных и двух кавалерийских дивизий.
Левый берег Вислы занимала 2-я армия генерала Смирнова (восемь пехотных и 1,5 кавалерийских дивизии) – до Пилицы, базируясь на Варшаву, и 4-я армия генерала Эверта (восемь пехотных и одна кавалерийская дивизии) – до Вислы, опираясь на Ивангород. Им противостояли IX германская армия принца Леопольда Баварского{227} (восемь пехотных и одна кавалерийская дивизии), группа Войерша (пять пехотных и одна кавалерийская дивизии) и I австро-венгерская армия генерала Пухалло (две пехотные и одна кавалерийская дивизии). Во 2-й армии – V Сибирский, IV и XXXV армейские корпуса; в 4-й армии – XXXVI, XV, Гренадерский и XXV корпуса. Всего на левом берегу 16 пехотных и 2,5 кавалерийских дивизий против 15 пехотных и три кавалерийские дивизий австро-германцев.
Между Вислой и Бугом, куда был направлен вражеский удар, у нас были остатки 3-й армии (11 пехотных и две кавалерийские дивизии) и группы Олохова (восемь пехотных и три кавалерийские дивизии). На них ломили IV австро-венгерская армия эрцгерцога Иосифа Фердинанда (14 пехотных дивизий) и XI германская армия Макензена (17 пехотных и одна кавалерийская дивизии). В 3-й армии – X, XV, IX, XIV, III Кавказский, XXIV армейский корпуса (XV еще не в полном составе); у генерала Олохова – XXIX, II Кавказский, V Кавказский и XXIII
