Два моих сына висели сейчас в искусственно созданной матке, так же, как находились не так давно внутри Гарри. Поттер в моих руках не двигался, жадно глядя на них. И я вдруг почувствовал что-то странное, успокаивающе. Как будто закончилась война, которая длилась всю мою жизнь. Война не с Темным Лордом - с самим собой и окружающим меня миром.
Раздался звук открывающейся двери. Гарри напрягся в моих руках. Я даже не обернулся.
- Мистер Поттер, во время операции с вашей магической ауры был снят слепок для воспроизведения естественной окружающей среды, - негромко заговорил вошедший Смит. - Вам не стоит находиться здесь долго. Усиление магического поля может беспокоить детей.
Я осторожно подтолкнул Поттера, который явно не желал двигаться с места, к выходу. Тот пошел неохотно. Я вышел следом за ним и закрыл дверь. Замок мягко щелкнул.
В приемной Поттер рухнул на диван, глядя куда-то в пространство. Я понимающе посмотрел на него: события сегодняшнего вечера были шоком и для меня.
Смит разложил на столике бумаги и два пустых свидетельства о рождении. Я смотрел, как самопишушее перо заполняет бланк.
- Дату рождения указываем фактическую или предполагаемую? - поинтересовался Смит. Я не видел разницы.
- Фактическую.
- Какую вписывать фамилию? - посмотрел на меня колдомедик. - Вашу, мистера Поттера или двойную?
- Гарри! - я повернулся к нему. Тот отрешенно моргнул и поднял на меня взгляд. - Какую фамилию давать детям?
- А? - непонимающе отозвался тот. Я сдержал усмешку и отвернулся. Несколько секунд тщеславие боролось с рассудком. В конце концов, фамилия Поттера производит гораздо лучшее впечатление, чем моя - скорее всего, люди нескоро забудут о том, что я был Пожирателем. О двойной фамилии я даже не думал: это было слишком тяжеловесно.
- Пишите «Поттер», - решил я. Перо мгновенно вписало каллиграфическим почерком фамилии в оба свидетельства. Я почувствовал дыхание Гарри на шее: он встал и подошел ближе.
- Имена вы уже выбрали? - поинтересовался колдомедик. Я промолчал. Признаться, там, в инкубаторе, я не смог бы отличить одного ребенка от другого…
- Алан и Ремус Сириус, - сообщил из-за моей спины Поттер. Я резко повернулся.
- Прости, что? - холодно переспросил я.
- Ты сам мне обещал! - Гарри смотрел на меня упрямо. Я вспомнил свои слова. Признаться, я тогда рассчитывал, что даже если Поттер решиться снова родить ребенка, он успеет забыть о моих словах… В конце концов, это была просто шутка. Но Гарри смотрел на меня упрямо и на удивление… взросло.
- Так мне писать? - с легким раздражением поинтересовался колдомедик после продолжительной паузы. Поттер все так же хмурился, и я сдался.
- Пишите.
«Алан Северус Поттер. Дата рождения 17 августа 19* *. Место рождения: Британия, родильная клиника Арчибальда Смита». «Ремус Сириус Северус Поттер. Дата рождения 17 августа 19* *. Место рождения: Британия, родильная клиника Арчибальда Смита».
Я еще раз перечитал текст бланков. Повторил про себя имя моего второго сына. Ремус Сириус Поттер.
Ладно. У меня есть еще месяц, чтобы привыкнуть. А потом придется избавиться от всякой негативной реакции, или вообще не подходить к сыну: младенцы слишком чутко реагируют на чувства родителей. К тому же, подозреваю, что начальные эмпатические способности передаются в роду Снейпов по наследству…
Осторожно уменьшив плотные куски пергамента, чтобы можно было убрать их в карман, не помяв, я попрощался со Смитом и направился к камину. Пропустил Гарри вперед - не из вежливости, конечно, а скорее из-за врожденной паранойи. И шагнул в зеленое пламя сам, через пять секунд после него.
* * *
- Северус! - Гарри ввалился ко мне в лабораторию с длинным списком на пергаменте.
- Сядь и подожди, - бросил я, нарезая громовую осоку. Поттер послушался. Я засыпал измельченную траву в зелье и повернулся к нему. У меня было десять минут, пока осока не вступит в реакцию с печенью тритона.
- Северус, нам надо на Косую аллею, - сообщил Гарри, поднимаясь и подбегая ко мне. - У тебя нет парадной мантии, я смотрел… И ботинки у тебя тоже старые. И еще я заодно хотел договориться о поклейке новых обоев в детскую, а еще переложить паркет и заказать ковры…
Я остановил его жестом и забрал список, просмотрел его. Действительно, следовало одеться к церемонии вручения нормально. Я постарался не обращать внимания на ревизию Поттером моих вещей, хотя это немного разозлило меня.
- Насчет поклейки не договаривайся, - посоветовал я. - Я справлюсь. Пол тоже, пожалуй, смогу переложить.
Гарри посмотрел на меня с сомнением, но кивнул.
- И позови сюда Джеймса или Драко. Надо присмотреть за зельем, когда я уйду.
* * *
На Косой аллее Гарри долго спорил со мной, прежде, чем пойти в магазин Малкин за мантиями. Возможно, этот магазин был не самым лучшим, но я покупал здесь одежду с тех пор, как сам поступил в Хогвартс. Магазин передавался по женской линии рода Малкин, и я помню еще Джессику Малкин - мать Джулии Малкин, которая сейчас владеет магазином. Собственно, зная ее я был почти уверен, что она не станет ни приставать к нам с Поттером с вопросами и автографами, ни болтать о нас журналистам.
Мои ожидания оправдались. Мадам Малкин задавала исключительно необходимые вопросы, например, о длине рукава и цвете отделки мантий. Поттер выдержал измерения с трудом, нетерпеливо ерзая, я с трудом сдержался, чтобы не прикрикнуть на него, а потом куда-то умчался, пообещав вскоре вернуться. Я только заскрежетал зубами.
Малкин подобрала мантию для Гарри из готовых, традиционных - когда под мантию ничего не одевают. Я только мстительно хмыкнул, прекрасно зная, что Поттер предпочитает натянуть на себя под мантию побольше одежды. Спешить было некуда, и я достаточно долго выбирал себе ботинки, галстуки и аксессуары. Выбор был небольшой, поскольку магазин Малкин специализировался на мантиях, но мне это не помешало.
Поттер примчался через десять минут, запыхавшийся и непонятно счастливый, получил упакованные мантии и мы вышли из магазина.
Мне было неприятно чувствовать на себе чужие взгляды, но плохая репутация сейчас оказалась очень кстати: ко мне явно боялись подходить. Поттер долго оглядывался по сторонам, пока не обнаружил небольшой магазинчик под исчерпывающем названием «Все для дома». Мне даже стало интересно, насколько «все» имелось в виду.
«Все» оказалось ограничено исключительно отделочными материалами и почему-то сантехникой. Поттер долго разглядывал раковину в форме маленького фонтана, вода из которого падала каскадом, но потом повернулся к обоям.
Здесь у нас возникли разногласия. Мы с Поттером долго спорили полушепотом, он предлагал мне разные варианты, а я отказывался. Так и не решив, мы отошли от обоев, дружно выбрали темный паркет, вернулись. К варианту, устроившему обоих, мы пришли нескоро. Поттер с радостью получил шесть рулонов светлых, неназойливо голубого цвета с облаками и какими-то трудноопределимой породы зверями, и отправился к ближайшему переулку, откуда можно было аппарировать домой.
