странного, — то ли спросил, то ли констатировал он, пройдя при этом к стоявшему стеллажу с так уже знакомыми мне альбомами, в один из которых он в своё время зарисовывал нечто, что видел во мне. — Персональное хранилище, хотя я бы в вашем случае обозвал складом или гаражом, на худой конец, небольшую машину засунуть можно, вместимость без пары грамм четыреста тридцать килограмм. Ограничения по сложности предметов нет, потроха нельзя, как и у всех, — уже почти под нос бормотал он, — ограничение по объёму разового перемещения — одна десятая куба, в принципе, можешь убрать и положить всё, что душа пожелает. Сфера тишины, как и хранилище, колоссально развита, восемнадцать метров на девять часов абсолютного скрыта для группы и откат за ночь, просто сказка. Выставила бы ты свою кандидатуру на биржу, за тебя бы война началась.
— Ага, если бы не нимфа, — съязвила Яся.
— Что да, то да, предрассудки — хреновая штука. Надо сказать, я и сам немного тебя побаиваюсь, нет желания ботинки вылизывать лишь по одному слову, знаешь ли. По нимфе я зарисовал, странный дар, нужно будет проконсультироваться, — пробормотал он, а вот Яся напряглась, — да расслабься, никто о тебе не узнает, а тот, с кем буду говорить я, владеет тайнами и пострашнее твоих, так что не кипишуй. А вот твой массовый телепорт свеженький дар, смотрю, тренируешь, на сколько кластеров прыгнуть можешь?
— Если не хочу сдохнуть, то через одну границу, без отката лишь внутри того же кластера, — с обидой прорычала Яся. Её можно было понять, она его при любой возможности активирует, и пока никакого сдвига в его развитии не наблюдается.
— Продолжай работать, кушай горох, жемчуг тоже кушай, главное, не бездумно, — продолжил Шутер, — а так вроде бы всё, осложнений нет, побочек тоже.
— Ки, давай, ты следующая, — предложил я, и едва освободилась табуретка, как на неё легким движением запрыгнула напарница, причем усевшись так, словно она обычная кошка.
— Ну, тут всего ничего, — всего пару секунд поизображав медленный вентилятор, подытожил знахарь. — Хигтера из тебя этот изверг сотворил, — он зыркнул в мою сторону, а Ки кивнула, — знакомый почерк, так сказать, компенсирует травму детства.
— Чего? — удивилась Яся.
— Да Шустряку вашему тоже жемчуг скормили, как он только в Улей провалился, вот он теперь так же делает. Не могу сказать, что это плохо, вот у Ки телепорт с мутацией, — он взял планшет, начав в том что-то искать, по всей видимости, перешёл на технологичное устройство. — Ага, вот, физический телепорт, ну что же, можно использовать и в бою, тем более что, имеется эффект раскрытия восприятия по завершению. В курсе, что это не полноценный скрыт и сенсы тебя видят? — Ки кивнула головой, — хорошо. А то многие считают, что все скрыты и от сенсов спасают, а не тут-то было, вот у подруги твоей — да, без вариантов. Второй дар интересный, мощный, да еще и после хигтерства, ты, случаем, нигде скребберов пачками не валил? — как бы в никуда спросил он. — А то, кроме белой жемчужины, ничего другого на ум не приходит.
— Нет, не валил, — буркнул я, — но с жемчужиной ты прав, был там один маневр.
— Не стесняйся, так и скажи, что с белой маневр был у всех, я же вижу, — пробурчал он, тут же продолжив, — странный дар, вроде как взаимодействие с чернотой, но при этом используются нити пространства и воздействие на энергетические потоки, да еще и по объёму шарашит. Не раскроете тайну? А еще лучше, если продемонстрируете, — Ки вопросительно посмотрела на меня.
— Можно, но поверь, после того, как Ки его использует, даже плакаты по всему городу, что Яся нимфа, станут неактуальными.
— Интригуешь. Все так плохо?
— Представь, что даже элитник растерялся, ну, и я вместе с ним.
— Хочу видеть, так что прогуляемся в кластеры, тем более что я уже с месяц за стены не выходил, будет полезно. А вот и хорошая новость — у тебя новый дар.
— Уже понятно какой? — поинтересовалась Ки. — Другой знахарь видел лишь зародыш.
— Да. Фактически дней пять, как оформился, но с учетом того, что я видел, он не будет для тебя актуальным.
— Не тяни, интриган, — злобно выдал я.
— Да что тут тянуть, обычный хамелеон, сможет становиться прозрачной, вроде как эффект взгляда сквозь каплю воды, о длительности и прочем пока говорить рано, нужно ждать, когда до конца оформится. И на этом с вами все, — подытожил он, галантно подав Ки руку. Было понятно, что все тут только по её дарам, и она еще будет вынуждена ему повторить то, что рассказала Тойлу, хотя нолд больше интересовался технологиями, а Шутер? Не знаю, чем будет интересоваться он, но вижу, что от напарницы он не отстанет, пока все про неё не узнает.
Ки спрыгнула, сделав вид, что опирается на поданную ладонь, и в два изящных прыжка оказалась на диване рядом со мной, а я жестом показал Графу на стоящий стул. Тигр вальяжно подошел к табуретке, после чего вопросительно посмотрел на знахаря, явно намекая на то, что не горит желанием показывать цирковой номер балансирования на табуретке.
— Ладно, понял, с тобой можно и так, — проговорил Шутер, с небольшой опаской пододвигаясь к тигру, а тот возьми да усади на пол пятую точку, отчего знахарь аж выругался. — Я, если что, боюсь больших кошек, знаете ли.
— Граф хороший, если посчитает тебя врагом, то будет не больно, ам и всё, — пошутила весело Яся.
— Верю, хлеборезка знатная, — пробурчал Шутер, все же подойдя к Графу. — О, братан Пирата, — весело констатировал знахарь, — прямо точь в точь такой же дар, вот только чую, что в присутствии этого зверя Пират даже собираться обратно не станет. Незаметность, по сути, так себе дар, а вот каменная кожа развита хорошо, да и выброс плазмы прямо сказка. Шустряк, сколько еще у тебя белых?
— Ему последнюю скормил, — спокойно обломил я знахаря.
— А еще друг, — посетовал он, — вопросы по нему есть? — спросил он и, увидев вопросительный взгляд, исходящий от меня, выдохнув, продолжил. — Если слышишь слово «дар», начинающийся со слова «выброс», то это дар самоубийственный. Тигр умрёт, использовав его, разве что догадается активировать каменную кожу, это прямой резист к плазме частично, к огню и к холоду.
— Догадался, — подтвердил я, — и еще как догадался.
— Давай забирай своего кошака, и иди сам сюда, а то опять скрылся за своей фигней, даже посмотреть не могу. Как будто в комнате вместо тебя проекция, аж подташнивает с непривычки.
— А ты бросай эту нехорошую привычку всем в
