У Максима перехватило дыхание, но, побывав в городе иных, он уже меньше поддавался эмоциям, не спешил с выводами.
Монументальное сооружение имело вид подковы. Он расчехлил бинокль.
Да это же… город!
Дугообразная Цитадель, неприступная со стороны материка, когда‑то обращенная к пустоши отвесной стеной, была расколота на девять частей! По древним стенам бежали трещины, они расширялись, образовывали ущелья, на дне которых громоздились обломки укреплений. Через бреши вдалеке виднелась поверхность океана, а ближе, сразу за опаленными стенами, в направлении водной глади, уступами сбегали сохранившиеся кварталы построек!
Город‑крепость!.. – Максим справился с первым потрясением, и теперь его взгляд различал множество подробностей. В структуре сохранившихся стен он видел тысячи укреплений, большинство зияло уродливыми дырами, но некоторые уцелели в виде рельефных выступов, небольших площадок или узких горизонтальных амбразур, протяженностью в десятки метров, за которыми в сумраке таились защитные механизмы древней Цитадели!
У подножия стен громоздились обломки различных размеров. Среди них взгляд узнал очертания нескольких хитваров, каплевидные корпуса олонгов. Тысячи рагдов усеивали оплавленную почву, словно горошины, высыпавшиеся из мешка, но наиболее крупные «объекты» не находили аналогий, они принадлежали силам, о которых Шустов не имел ни малейшего понятия!
Масштабы произошедшей тут битвы просто не укладывались в голове.
Максим долго и пристально рассматривал древний город, подступы к нему, пытаясь унять участившееся биение сердца, успокоиться, наметить маршрут, решить, как проникнуть в Цитадель предков?
Несмотря на предупреждение Юргена, очевидных источников опасности он не заметил. Город выглядел мертвым, покинутым, мрачным. Никакого движения среди руин, но что ждет дальше, за внешним периметром проломленных стен?
Он не рискнул включать кибстек, вынул из нагрудного кармана сложенный вчетверо листок, на котором Фринцгольф схематично отобразил часть карты.
Да, в прошлом это было единое сооружение, вздымающееся на сотни метров неприступным валом укреплений. Комплекс зданий, где раньше располагался компьютерный центр, если верить пометкам Юргена, находился примерно в километре от внешнего периметра стен, чуть левее самого широкого из восьми разломов.
«По нему и пройду внутрь», – решил Максим, мысленно намечая предстоящий маршрут.
Им постепенно овладевало лихорадочное предчувствие.
Неужели я первый человек, кто ступит на улицы города предков спустя столетия темных веков?!
А где же тот «техногенный объект», к которому так рвались военные?
Он снова осмотрел доступную часть города в бинокль и увидел нечто огромное, наискось врезавшееся в квартал зданий.
Руины почти поглотили потерпевший крушение корабль, – Максим интуитивно догадался, что исполин, чьи обтекаемые формы виднелись среди разрушенных небоскребов, принадлежит загадочной стихии космоса, – по размерам он в несколько раз превосходил хитваров и вряд ли был предназначен для полетов в атмосфере…
Может, сразу, напрямую, к нему? Соблазн, конечно, велик, но что я стану делать, даже если проникну на борт? Вводить коды из кибстека он не собирался. Эх, надо было посоветоваться с Юргеном, а не скрывать от него правду! – запоздало упрекнул себя Максим, но делать нечего. Придется повременить с осмотром корабля. Сорвать лавину событий нетрудно, достаточно одного импульсивного, необдуманного шага, а вот расхлебывать потом, ой, как нелегко! Да и уничтожение острова, под которым скрыт мегаполис иных, в его планы никак не входило!
Мрачная, полуразрушенная Цитадель манила, звала, притягивала, как магнит, а Максим и не пытался воспротивиться внутреннему порыву.
Он хотел попасть туда во что бы ни стало, коснуться рукой древних стен, за которыми скрыты тайны прошлого, позабытые, утерянные во тьме веков регресса.
Он задержался лишь на пару минут, проверил оружие, экипировку, сделал несколько глотков воды из фляги и начал спускаться с холма.
* * *
Солнце уже клонилось к закату, когда Шустов преодолел участок пустоши на подступах к Цитадели и ступил наконец в сумеречный разлом.
На всем протяжении пути ему попадались лишь различные подбитые механизмы да фрагменты уничтоженных кораблей.
Тишина давила на психику, он каждую секунду подсознательно ждал: что‑то должно случиться, не могу же я вот так беспрепятственно войти в древний город?!
«А почему нет? Здесь пусто и тихо. Слухи о неприкаянных, якобы орудующих тут, наверняка сильно преувеличены!»
На дне разлома громоздились глыбы, размером с дом. Они лежали неплотно, образуя многоуровневый лабиринт арок, тоннелей, расселин.
«Блуждать по нему можно долго», – подумал Максим, озадаченный и раздосадованный неожиданно возникшим на пути препятствием. Издали все выглядело намного проще.
Он осмотрелся.
Отвесные неровно изломанные стены темнели многочисленными отверстиями: нити коммуникаций, когда‑то пронизывавшие Цитадель, как кровеносные сосуды пронизывают организм, разорвало в момент обрушения.
К ближайшему входу в тоннели вела заметно утоптанная тропа.
В сумеречных глубинах разлома переливались полосы уже знакомого свечения. Пока Максим разглядывал стены, решая, как поступить, вечерняя тишина постепенно начала наполняться звуками. Город‑призрак вдруг начал оживать, невдалеке раздался монотонный, ритмично повторяющийся звук работающих сервомоторов, затем неожиданным дробным эхом рассыпались выстрелы, кто‑то выкрикнул команду на незнакомом языке!
Максим быстро вскарабкался по узкой извилистой тропе, вьющейся между многотонными обломками, нырнул в сумрак первого попавшегося на пути тоннеля, затаился.
Низкий басовитый гул зародился в глубинах города‑крепости. Пол мелко завибрировал. Внезапно поблизости протяжно скрипнула металлическая дверь, раздались тяжелые шаги, на их фоне послышались отдаленные голоса.
Он, не раздумывая, метнулся в ближайшее ответвление.
Проклятье! Тупик!
Тяжелые шаги приближались. Над головой неожиданно сыпанули искры, по стенам тесного цилиндрического помещения пробежали кольцевые волны света, унеслись ввысь! Да это какая‑то вертикальная шахта!
В подсумке вдруг шевельнулся, защелкал ИПАМ.
Звуки перестрелки стихли, шаги тоже, и Максим, опасаясь дальнейшей активации древнего оборудования, хотел выскочить в коридор, но, включив фонарик, замер: напротив него стояла массивная человекоподобная фигура!
Бронекостюм?!
Фигура не шевелилась. На темной, покрытой шрамами и подпалинами броне красовалась непонятная эмблема, под ней взгляд наткнулся на полустертую, но еще читаемую надпись: «Военно‑космические силы Земли. ДШМ12. Фрегат «Артемида».
– Назови себя! – гулкий голос прозвучал подобно рыку.
Шустов не успел ничего ответить. Да и кто стал бы его слушать?
Ослепительные лазерные разряды ударили из глубины коммуникаций Цитадели, полоснули по бронированной фигуре, оставив с десяток истекающих багрянцем рубцов.
Раздался визг неисправных сервоприводов, взметнулась рука, несколько раз вхолостую щелкнул электромагнитный затвор встроенной системы вооружения, затем изнутри бронированной оболочки вдруг начал просачиваться дымок. В коридоре вновь раздался топот, голоса:
– Этот готов! Еще один побежал к гравилифту, я видел!
Максим попятился, вскинул автомат.
Господи… Оборванные, исхудавшие люди появились из сумрака. Несмотря на жалкий внешний вид, все вооружены и настроены отнюдь не миролюбиво, об этом говорили лихорадочные, полубезумные взгляды их глубоко запавших глаз, в которых читался приговор любому встречному!
ИПАМ опять шевельнулся в подсумке, издал серию тоновых сигналов.
По стенам «гравилифта» вновь рванулись кольцевые сполохи света. Шустов не успел ничего сообразить, как вдруг непонятная сила подхватила его, словно перышко, и резко потянула вверх!
