— в принципе понятно, но тебе-то это зачем? — уточнил я у сестры, достав нож и начав помогать ей, вспоминая уроки из детства.
— Как зачем? — недоумённо спросила сестра, — Вдруг я тоже Довакин? Или ты думаешь, что если родился на целую минуту раньше меня, то только ты можешь быть Драконорождённым, боюсь тебя разочаровать, братишка, но мать у нас с тобой одна, так что почему бы мне тоже не попытать счастья?
— Логично, — задумчиво произнёс я, действительно первый раз задумавшись, а могут ли остальные мои братья и сёстры так же быть Драконорожденными? Родители у нас одни и те же, да и в целом, как Драконорожденность появляется или передаётся до конца не ясно.
Закончив с завтраком, и накормив еле шевелящихся спутников тёплым бульоном, мы с Лидией отправились к воротам монастыря Седобородых. С каждым шагом, приближающим нас к древним воротам, ощущение исходящей от них мощи становилось всё более и более явным. Стоило нам подойти к ним вплотную, как они беззвучно отворились и к нам вышел могучий норд с длинной седой бородой, лицо которого было полностью скрыто под глубоким капюшоном.
— Приветствую тебя, Довакин, мы ожидали тебя, — тихим, но при этом пронизывающим до костей голосом, произнёс он, — но, - подняв голову так, чтобы разглядеть нас получше, — я думал ты придёшь к нам один…
— Уважаемый…
— Мастер Арнгейр, — представился Седобородый.
— Уважаемый мастер Арнгейр, видите ли, моя сестра решила, что так же может оказаться Довакином, — немного стушевавшись под тяжёлым взглядом Седобородого, произнёс я, — так как мы родились с разницей всего в минуту…
— Понимаю, проходите внутрь, мы с моими братьями проверим вас, — указав нам рукой на приоткрытые ворота, Арнгейр сам первым шагнул внутрь монастыря.
Быстро зайдя внутрь, и закрыв за собой ворота, мы с сестрой оказались в большой зале, покрытой фресками, описывающими ход войны с драконами, во всяком случае, именно так я интерпретировал изображение сражающихся друг с другом драконов и людей. В помещении было достаточно тепло и светло, что обеспечивалось множеством магических огней, горящих повсюду. Закончив осмотр залы, нам пришлось дождаться пока остальные Седобородые соберутся здесь, а было их всего четверо. Встав в центре зала, они замерли на месте.
— Довакин, пусть ты и проявил свою природу, сразив дракона и поглотив его душу, — начал говорить мастер Арнгейр, — но нам нужно испытать тебя, чтобы понять, готов ли ты идти Путём Голоса. Сначала продемонстрируй нам свой ту’ум, которому ты научился. Направь всю мощь своего Голоса на меня, — видя мою нерешительность, мастер Арнгейр, лишь слегка улыбнулся, — не бойся, Довакин, чтобы навредить мне, нужно нечто большее, чем твой Крик.
Взглянув на абсолютно спокойного Седобородого, мне стало понятно, что он как минимум уверен в своих словах, но вспомнив как тот драург отправил Лидию в полёт с помощью Крика, свой я постарался сделать как можно слабее. Всё же мне не хотелось убить этого старика. Вспомнив те самые ощущения, которые возникли у меня после убийства дракона, я сосредоточился на них, одновременно произнеся «FUS».
Результатом моего крика стало то, что старец лишь слегка пошатнулся, а не отлетел на несколько метров, что не могло не радовать.
— Отлично, Довакин, но я думал твой Голос будет Сильнее, — с лёгким разочарованием в голосе произнёс Арнгейр.
— Просто я боялся вам навредить, — опять стушевавшись, ответил ему я, — не так давно похожим криком мою сестру отправили в полёт, и…
— Понятно, ты, не желая мне навредить сознательно уменьшил силу своего Крика, это очень хорошо, значит ты сам того не зная, уже ступил на Путь Голоса, — довольно улыбнувшись сказал Арнгейр, — тогда предлагаю тебе другое испытание, если ты так боишься навредить мне, то попробуй использовать Крик на этой урне, — закончив говорить, он указал на старую на вид урну, стоящую в углу зала.
Немного подобравшись, и уже без страха кому-то навредить, я вновь произнёс заветный «FUS», но теперь не сдерживал себя, сосредоточившись на своих ощущениях. В этот раз был значительно сильнее, и несчастная урна разлетелась на тысячи осколков, ещё до того, как достигла стены.
— Великолепно твой Голос силён и звучен, первое испытание пройдено, — с улыбкой сказал мастер Арнгейр, — теперь второе испытание. Мы услышали твой Голос, теперь тебе предстоит услышать наши, и если ты выдержишь их, то будешь достоин зваться Истинным Драконорожденным.
Проникнувшись торжественностью момента, я без пререканий встал в центре залы, окружённый со всех сторон Седобородыми. Стоило мне замереть на месте, как все четверо начали говорить, сначала шёпотом, а потом всё громче и громче. Когда их Голоса вышли начали звучать в полную мощь, казалось само пространство вокруг меня начало дрожать и искажаться. Стоять и оставаться в сознании под напором такой мощи было сложно, но я держался, твёрдо стоя на ногах. Не знаю сколько продлилось это испытание, но когда всё вокруг наконец стихло, я чуть не упал на колени, но всё же устоял.
— Отлично, Довакин, ты выдержал оба наших испытания и доказал что достоин, — с глубокой внутренней удовлетворённостью произнёс мастер Арнгейр, — поэтому мы рады будем начать твоё обучение, как только ты будешь готов.
— Спасибо, мастер Арнгейр, — привыкнув к не ломающемуся и разлетающемуся вокруг меня пространству, произнёс я, — сейчас, только немного приду в себя и можно начинать.
— Не спеши, юный Довакин, время у нас есть, — спокойно ответил мне Арнгейр, — на Пути Голоса спешить не стоит.
— Хорошо, тогда приступим к обучению завтра, — поддавшись мимолётной лени, предложил я, всё же хотелось ещё немного восстановиться после столь сложного восхождения, — но что с моей сестрой?
— Как только мы немного восстановим свои силы, мы проверим и её, и если она покажет схожий талант, то с радостью примем на обучение и её. А пока, Довакин, отдохни, тебя впереди ждёт ещё много испытаний.
Следующие несколько недель, были наполнены для меня учёбой, учёбой и ещё раз учёбой, причём Седобородые учили меня не только самим Крикам, но и философии, которая стояла за каждым словом языка драконов. И без полного понимания предыдущего выученного слова, к следующему мы не приступали. Таким образом, в среднем, на изучение каждого Крика у меня уходило несколько недель. В первую очередь мной были выучены оставшиеся слова Крика Безжалостная Сила, «RO» и «DAH», сделавшие его законченным и достаточно могучим, чтобы отправить в полёт огромный булыжник, с незапамятных времён лежащий на вершине горы.
На время, пока проходило моё обучение, всех сопровождающих нас с сестрой воинов отправили назад в Айварстед, несмотря на все их уверения, что они спокойно перенесут несколько недель на вершине
