Академики начали поиски области, в которой был возможен новый прорыв. Научная литература морским путем доставлялась в Советский Союз с Запада. Тысячи советских научных работников и инженеров работали в гигантских аналитических институтах, просматривая литературу и анализируя ее, а также скрупулезно отмечая аномалии и области, подлежащие более глубокому исследованию. На Западе никогда не проводились работы по усвоению технических знаний такого масштаба[195].
Другими словами, советская наука искала забытые или отвергнутые, а в отдельных случаях даже экзотические и эзотерические направления западной науки. Советский Союз — благодаря изоляции и идеологическим факторам — находился в такой же ситуации, как и нацисты, которых он только что победил.
Далее аргументация Вердена приобретает чисто умозрительный характер, хотя выглядит вполне убедительно. Утверждая, что Советский Союз обладал скалярным оружием, потому что определенные события и физические аномалии скорее всего объясняются его наличием, он затем задается вопросом, как и почему это оружие было создано. Ответ на этот вопрос дает описанный выше сценарий. Затем он спрашивает, что именно могли найти советские учение, просеивавшие научные журналы, что позволило им создать такое оружие. Другими словами, содержались ли в научной литературе сведения, которые могли стать теоретической основой для разработки такого сверхмощного оружия?
Ответ Вердена вызывает удивление. Русские физики нашли не только основу для объединения дорелятивистских физических пешей, но и то, что можно было использовать в военных целях. Это было очень гибкое оружие с разнообразными областями применения и разными уровнями разрушительной силы, в том числе способное вызвать гигантские разрушения, многократно превышающие последствия взрыва водородной бомбы.
Верден утверждает, что при анализе западных научных журналов советские ученые натолкнулись на три малоизвестных, чисто математических и полностью до-релятивистских статьи. Две из них были написаны математиком и физиком-теоретиком Э. Т. Уиттекером, а одна физиком по фамилии Барус. Самыми важными по своим последствиям оказались работы Уиттекера. Все они были опубликованы незадолго до появления специальной теории относительности Эйнштейна.
Первая работа, представляющая собой длинную и насыщенную формулами статью, является настоящим шедевром, последствия которого — несмотря на скромное название «Дифференциальные уравнения в частных производных в математической физике» — раскрывает сам Уиттекер в послесловии к статье:
Из всего вышесказанного ясно, что силовое поле тела, обладающего гравитацией, может быть проанализировано с помощью спектрального анализа, то есть представлено в виде бесконечного числа составляющих его полей; несмотря на то, что все поле не изменяется во времени, каждое из составляющих его полей имеет волнообразную природу и состоит из простого волнового возмущения, распространяющегося с постоянной скоростью. Разложение поля проще всего выполнить разложением потенциала 1/г каждой частицы на составляющие вида
как в приведенном примере. Каждый такой член соответствует одному из составляющих полей. В каждом из этих полей потенциал постоянен вдоль фронта волны, и, следовательно, гравитационная сила каждого поля направлена перпендикулярно фронту волны, то есть волны являются продольными.
Но эти результаты уподобляют распространение силы тяготения распространению света: описанное волновое явление, в котором переменным вектором служит сила тяготения, перпендикулярная фронту волны, можно сравнить с волновым явлением, которое знакомо нам по электромагнитной теории света, где различные вектора представляют электрические и магнитные силы, параллельные фронту волны. В остальных отношениях волны очень похожи, и вполне вероятно, что их распространение в пространстве обеспечивается идентичными свойствами среды.
Эта волновая теория гравитации требует, чтобы сила тяготения распространялась с конечной скоростью, которая не обязательно должна совпадать со скоростью света — она может быть гораздо больше.
Разумеется, данная теория не объясняет причину гравитации; она лишь способна показать, что для объяснения механизма распространения в пространстве сил, обратно пропорциональных квадрату расстояния, достаточно предположить существование среды, позволяющей распространяться — с большой, но конечной скоростью — простым волновым возмущениям периодического характера, подобным тем, посредством которых согласно электромагнитной теории распространяется свет[196].
Вспомним, что сверхсветовые продольные волны, обладающие огромной скоростью, — это как раз то, что открыл Тесла во время своих экспериментов с импульсами постоянного тока. Как будет показано в следующей главе, такие волны также могут индуцировать гравитационные эффекты.
Маловероятно, что Уиттекер знал об экспериментах Теслы с продольными электрическими волнами, а также что Тесла был знаком со статьей Уиттекера. Однако, по мнению Вердена, советские ученые, зная о работах обоих исследователей, соединили теорию с практикой. Другими словами, русские пришли к выводу, что Тесла открыл и экспериментально проверил явление, предсказанное дорелятивистской математикой Уиттекера.
Вторая статья Уиттекера «Об описании электромагнитного поля электронов при помощи двух скалярных функций потенциала» содержит потрясающий фрагмент, который составляет теоретическую основу наблюдений
Теслы и указывает на устрашающую возможность военного использования этого явления посредством гармонической интерферометрии двух скалярных потенциалов:
Цель настоящей статьи состоит в том, чтобы показать, что при любом движении любого количества электронов функция, описывающая результирующее электродинамическое поле — то есть три составляющих электрической индукции в эфире и три составляющих магнитной силы в каждой точке поля — может быть представлена в виде производных двух скалярных функций потенциала. (Предшествующие авторы представляли их в виде скалярной функции потенциала и векторной функции потенциала^ что эквивалентно четырем скалярным функциям потенциала.) Эти две скалярные функции потенциала проявляются в зарядах и координатах электронов. Далее показывается, что из этих результатов может быть выведена общая формула электродинамических возмущений, обусловленных электронами[197].
Из двух приведенных цитат внимательный читатель может сделать следующий вывод: Уиттекер считает, что электрическая и магнитная индукция могут распространяться вдоль параллельных волновых фронтов, причем их сила не обратно пропорциональна расстоянию, как утверждает общепринятая теория электромагнитного поля. Именно этот факт подтвердил инженер Эрик Доллард, который воспроизвел эксперименты Теслы с передачей высоковольтных импульсов постоянного тока. Более того, Уиттекер открыто говорит о том, что это может быть результатом интерференции двух скалярных, а не векторных составляющих. (Важное и теперь почти забытое различие между скалярным и векторным анализом будет более подробно рассматриваться в главе VII.)
Связь между попытками создать скалярное оружие в Германии и России, по всей видимости, подтверждается статьей, опубликованной в апреле 2002 г. в журнале «Fate». Я бы никогда не узнал о существовании этой статьи, если бы не звонок приятеля, который сообщил, что на страницах этого журнала появился первый отзыв о книге «Звезда Смерти Гизы». Сгорая от нетерпения быстрее прочесть отзыв, я поехал к ближайшему киоску и купил журнал. Но мое внимание сразу же привлекла другая статья — «Купола гнева» Владимира Рубцова.
В статье рассказывается о событиях, якобы происходивших во время немецкого отступления 1943 г. Отступающие немецкие войска устроили ловушку наступавшей колонне советской пехоты, расстреляв ее из пулеметов перекрестным огнем с вершин двух холмов по обе стороны от маршрута колонны. Через несколько дней, когда в этот район отправили подкрепление, чтобы выяснить, что случилось с колонной, которая не доложила о прибытии к месту назначения, обнаружилось нечто странное. Немцы, устроившие засаду, были мертвы — все, до последнего солдата. Далее я приведу слова Рубцова, описывающие аномальный характер этой массовой гибели:
Во-первых, в обоих местах не было обнаружено воронок от бомб или снарядов. Тела советских солдат имели пулевые ранения, тогда как раны немцев были вызваны внезапной детонацией боеприпасов (в заплечных мешках, подсумках и даже в руках). На всем поле боя с разбросанными винтовками и автоматами не осталось ни единого целого патрона или ручной гранаты. На немецких позициях самопроизвольно взорвалось все, что только могло взрываться, причем в любом месте: в затворах винтовок, в солдатских подсумках, в машинах и в ящиках на земле. Все боеприпасы, по всей видимости, взорвались одновременно. Кроме того, на многих трупах вообще отсутствовали видимые повреждения, но на их лицах застыло выражение дикого ужаса[198].
