— Проходи, Гаррет, к стойке, а твой знакомый пусть садится вон за тот стол. Что будете пить, молодой человек?
— Воды. — Ученик мага чувствовал себя неуютно — он впервые попал в такое заведение.
На его физиономии застыло ошеломленное удивление от того, что он по собственному желанию попал в столь сомнительное место.
Гозмо скорчил кислую мину и посмотрел на меня.
— С кем это ты завел дружбу?
Я пожал плечами, и Гозмо отнес полный стакан воды к столу ученика, а затем встал напротив, за стойку бара, и налил полную кружку пива из бочки, спрятанной у него под стойкой. Специальной бочки, он сам пьет это пиво и редко с кем делится. Я сделал большой глоток и, оценив, кивнул Гозмо. Пиво было действительно великолепным, как я и предполагал. Старина Гозмо не травит свои внутренности гадостью, которую без зазрения совести наливает большинству завсегдатаев заведения.
Сам бывший вор сейчас не пил, а немного нервно переминался с ноги на ногу и бросал настороженные взгляды в мою сторону. С чего бы это? Но он молчал, а я никогда не был излишне любопытен и просто потягивал пиво, ожидая, когда трактирщик все же объяснит, зачем позвал меня.
Гозмо тихонько начал потеть. Неужели тут настолько жарко? Я отставил пустую кружку, посмотрел на нетерпеливо елозившего по стулу ученика Арцивуса и улыбнулся Гозмо. От моей улыбки он вздрогнул и отпрянул, как будто перед ним сидел не добряк Гаррет, а самый зубастый огр всей Сиалы.
— Так зачем ты меня позвал, дружище? — нетерпеливо спросил я. — Пиво ты мне налил, конечно, хорошее, но с чего бы это?
— Понимаешь, Гаррет, — нервно произнес Гозмо, настороженно смотря на меня. — Я хотел извиниться за тот случай, поверь, мне очень жаль, если бы я знал, что все выйдет именно так, то никогда бы не стал…
— Это ты о гарринче в доме герцога Патийского? — перебил я его, войдя в роль полного индюка, как бы забыв упомянуть случай с Лантэном и то, что я прекрасно знаю о том, кто был заказчиком.
Этот разговор я приберегу на потом.
— Гарринч? Д-да. Именно о нем, — неуверенно и немного удивленно произнес Гозмо, облегченно присаживаясь на стул и понимая, что я не собираюсь устраивать тут войну и пускать кровь. — Я просто хотел, чтобы ты знал, что я об этом не имел понятия.
— Да успокойся, Гозмо, что ты так разнервничался? — великодушно махнул я рукой. — Ничего ведь страшного не произошло, правда? Все живы и довольны. У меня еще есть дела, так что я пойду, пожалуй, вместе с моим провожатым.
— Это значит, что извинения приняты? — облегченно спросил Гозмо.
У него просто как будто Зам-да-Морт с плеч свалился. Странно все это, старина Гозмо не страдает от переизбытка совести. И даже то, что он не сообщил мне, что заказчик король, не должно было сделать его настолько нервным. Во всяком случае, это право Гозмо — хранить тайну имени заказчика.
— Забудь. Пошли, — позвал я паренька, и мы вышли на улицу.
— Что хотел от вас этот человек? — спросил он после минуты молчаливого шествия.
— У тебя имя-то есть? — вопросом на вопрос ответил я ему, провожая взглядом патруль стражи.
— Родерик, — смущенно произнес ученик мага.
— Ну так вот, Родерик, долго нам еще идти? Мне больше делать нечего, как шастать к разным архимагам.
— Мой учитель не разный! — задохнулся от возмущения ученик и хотел сказать еще что-то, но, вспомнив о моем арбалете, буркнул: — Почти пришли вон через тот переулок.
— Ты хочешь убедить меня, что Арцивус ждет меня в Портовом городе? — От удивления я даже остановился. — Неужели его магичество решил посетить эту часть Авендума?
Родерик фыркнул и посмотрел на меня взглядом, в котором читалось все, что он думал о моих мыслительных способностях.
— Учитель посчитал, что нечего афишировать ваше знакомство с ним, тем более в том деле, над которым вы работаете. Поэтому карета ждет вас здесь.
Ну что же. Архимагу не откажешь в разуме. Мне тоже не нужны были слухи о том, что Гаррет-тень ведет дела с Орденом.
— Ты уверен, что нам сюда? — переспросил я молодого мага, тыкая пальцем в сторону зловонного полутемного коридора, который образовывали два рядом стоящих и тесно прижатых друг к другу здания. — На улицу Яблок?
— Да.
Я пожал плечами, кивнул ему, чтобы шел первым, и двинулся вслед за Родериком, достав из-под плаща арбалет. Что взять с этого молодого и не знакомого с обычаями Портового города паренька? В таких полутемных и вонючих переулках погибает людей больше, чем в пограничных схватках с орками или мирануэхцами. В этой обманчивой тишине могут водиться зубастые щуки, готовые сожрать почти любого. Но нет, переулочек был пуст, и выход на улицу Яблок был уже близко, оставалось пройти около двадцати ярдов, чтобы вырваться из этой узкой щели. Я расслабился. И, естественно, тот тип, который отвечает за мою удачу где-то там, на небесах, снова решил спугнуть ее, хлопнув в ладоши. Удача миляги Гаррета, самого доброго и симпатичного парня Валиостра, испуганно захлопав крыльями, воспарила в прозрачную и безоблачную высоту, оставив меня наедине с Родериком и пятеркой не очень дружелюбно настроенных громил. Трое перекрыли нам выход на улицу Яблок, а двое появились с улицы Сонного Пса и медленно стали приближаться к нам.
— Ой, — тихонько пискнул Родерик и сразу как-то поник. Стало понятно, что он тут ни при чем и о ловушке ничего не знал. — Чего хотят эти люди?
— Наверное, попросят сдать несколько золотых в фонд помощи ветеранов Войны Весны, — зло бросил я.
— К-какой В-вес-сны? — От волнения мой спутник стал заикаться. — К-какие ветераны? Он-ни же все д-давно умерли.
— А этим без разницы. Главное — взять деньги. У-у-у, — протянул я, только теперь разглядев третьего в группе с улицы Яблок. — У нас большие неприятности.
— У в-вас нет денег? — испугался Родерик.
— Не то чтобы нет. Просто они пришли не за деньгами.
— А з-за чем? — еще сильнее перепугался ученик Арцивуса.
— За моей жизнью. Думаю, и тебя в довесок на тот свет отправят.
— Н-но, м-м-ожет, мы сможем договориться с ними, убедить, что это ошибка? — прошептал бледный Родерик, прижимаясь спиной к левой стене переулка.
Я прижался к правой, поглядывая на приближающихся с двух сторон убийц.
— Ты посмотри на их мечи. Какие разговоры? Когда я начну действовать, атакуй тех, что сзади.
— Н-но я не умею, — запротестовал Родерик. — У меня даже и оружия нет.
— Значит, мы умрем.
Он громко сглотнул, но ничего не ответил.
Четверка людей сжимала в лапах короткие и тяжелые мечи панцирной пехоты, которые использовали воины Пограничного королевства. Самое эффективное оружие в узких местечках или плотном строю, где нельзя развернуться с длинным клинком. Пятый, державшийся за спинами двоих сотоварищей, оружия не носил, его правое плечо было перебинтовано.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
