После утомительного перелета я еле добрела до проката автомобилей в Канзас-Сити, где должна была провести семинар, чтобы уже на следующий день уехать на машине в Уичиту. Сотрудник компании сообщил, что машин среднего класса не осталось, но есть малолитражки. Не желая с риском для жизни уворачиваться от мотоциклистов и грузовиков, я спросила, не появится ли завтра в прокате машина размером побольше.
— Конечно, — твердо заверил мой собеседник. — Сегодня я дам вам малолитражку, а машину побольше получите завтра.
— Ну хорошо, — пробормотала я, взглянув на бейджик с его именем. — А это точно, Самир? В пять мне надо уезжать.
— Без проблем, — улыбнулся он.
Его уверенности я не разделяла и спросила, сможет ли он позвонить мне в отель и сообщить о готовности машины.
— Само собой, — все та же улыбка.
— Я остановилась в «Хайят Ридженси», — сообщила я. — Номер 816-123-1234.
— Ясно, я позвоню вам, как только появится машина.
— И даже номер не запишете?
— Нет, я его запомнил.
— Черта с два, — пробормотала я, выходя на улицу. Утопив педаль газа, я резко рванула с места, оставив на асфальте следы шин.
Поднимаясь в лифте к себе в номер, я осознала: шансов дождаться сообщения от Самира у меня столько же, сколько у снежинки уцелеть в сауне. И я сама позвонила ему с мобильного телефона, чтобы напомнить про обещание и повторить свой номер.
К телефону подошел другой сотрудник агентства. Я кратко изложила суть дела и пожаловалась на малолитражку.
— Не беспокойтесь, мисс Лаундес, Самир уже позвонил в отель и оставил для вас сообщение. Мы зарезервировали для вас два автомобиля — среднего и бизнес-класса, на случай, если вы передумаете. Сообщите о своем решении, и мы подгоним машину ко входу «Хайят Ридженси» в пять.
— Да?.. Хм... Ну, что ж, отлично. Большое вам спасибо.
Видимо, он почувствовал мои сомнения.
— Можете быть уверены в Самире, — добавил он. — Это один из моих лучших сотрудников. Он никогда ничего не забывает.
Думаете, закончив разговор, я уверовала в компетентность Самира? Как бы не так! Мое правое полушарие допытывалось у левого: «И все-таки, какого черта он не записал номер?»
— Вот балда, — отвечало левое полушарие. — Зачем Самиру записывать номер, если он и так его запомнил?
— Как это зачем? — возмутилось правое. — Он-то знает, что запомнил. Но клиент-то не он, а я! Его работа — убедить клиента, что он все помнит.
— Твоя правда. Извини, правое.
Идеальное решение для офиса...Разумеется, записывать информацию необходимо не только для того, чтобы успокоить скептически настроенных клиентов. Когда кто-нибудь дает вам хоть сколько-нибудь сложные инструкции, запишите их ради спокойствия вашего собеседника. Представляете себе, как приятно будет поражена начальница, если вы внимательно выслушаете ее, а затем старательно запишете все указания в свой блокнот? Даже если у вас отличная память, даже если вы работаете так же надежно, как ваше сердце, начальница усомнится в том, что ее распоряжения «дошли» до вас, если вы не потрудитесь сделать записи.
...и для отношений с друзьямиДелать записи полезно даже при общении с друзьями и знакомыми, особенно с такими бесстрастными и дисциплинированными, как мой «платонический сожитель». Фил — добрый, уравновешенный, прекрасно организованный человек, а мне всех этих качеств недостает. Его ручка, блокнот, скотч и степлер круглый год лежат на одном и том же месте — на письменном столе, рядом с компьютером. Если я заимствую у него ручку, а затем кладу на другую сторону стола, Фил даже не пытается поискать ее. Он просто спрашивает, не видела ли я ручку. Но напряженная улыбка выдает его недовольство.
Когда до меня наконец дошло, что Фил по натуре рационалист и перфекционист, я решила отталкиваться от этих его качеств. Во время следующего нашего разговора я держала под рукой блокнот и периодически записывала все, что не следовало забывать.
Реакция Фила не заставила себя ждать! Я явственно видела, как его уважение ко мне взлетает до небес. Теперь я всегда держу блокнот с карандашом под рукой, когда нам предстоит что-нибудь обсудить. И Фил больше не считает, что я патологически не способна придерживаться порядка.
Маленькая хитрость № 48. Делайте записи, даже если не нуждаетесь в нихДаже если вы уверены, что все поняли и запомнили, убедите в этом собеседника с помощью ручки и бумаги. Делая записи, не забывайте время от времени поглядывать на него умными, все понимающими глазами, а затем снова склоняться над блокнотом. Ваши действия — гарантия спокойного сна собеседника и его уважения к вашей компетентности.
Следующая маленькая хитрость предназначена не столько для того, чтобы производить впечатление на окружающих, сколько для того, чтобы показать, какое неизгладимое впечатление они произвели на вас.
Как обсуждать окружающих за их спиной так, чтобы им это понравилось
Несколько лет я проработала стюардессой. Особой популярностью среди коллег, с которыми мне довелось летать, пользовалась Това Свенссон. Нас с ней связывает немало общих воспоминаний. Мы вместе занимались на курсах повышения квалификации в аэропорту, встречались с другими экипажами у терминалов и ходили на двойные свидания в свободное время.
В этой уравновешенной шведке меня поражало то, как время от времени она повышала свой голос, произносила несколько фраз, а затем вновь начинала говорить как обычно. Это явление очень заинтересовало меня, я решила понаблюдать за коллегой.
В очередной раз она повысила голос, когда мы выходили из ангара после занятия на курсах. В дверях Това уверенно произнесла:
— Да, этот инструктор знает свое дело. Занятия очень много дают мне.
Разумеется, инструктор ее слышал.
Това наносит новый ударГромкая реплика № 2 не заставила себя ждать: направляясь к терминалу после беседы с одной из коллег, Това объявила:
— Она такая славная. Ты когда-нибудь летала вместе с ней? Стюардесса, о которой шла речь, не могла не услышать ее. Мои подозрения подтвердились, когда на следующей неделе мы отправились в гости. После вечеринки хозяин проводил нас до дверей и помахал рукой на прощание. Не успев отойти на десять метров, Това громко произнесла:
— Да, это была вечеринка что надо!
Естественно, нас услышал тот, благодаря кому мы здорово повеселились.
Замечательная маленькая хитрость! Това похвалила инструктора, стюардессу и организатора вечеринки, обращаясь якобы ко мне, но говоря чуть громче, так что ее услышали те, кого она хвалила. И я поняла, почему Това пользуется такой популярностью.
Маленькая хитрость № 49. Ваши похвалы должны быть услышаныЧто может быть приятнее услышанного комплимента? Только подслушанный комплимент. Вероятно, родители твердили вам: «Не обсуждай людей за их спиной». Скажем иначе: «Обсуждай людей за их спиной лишь в том случае, если говоришь о них только хорошее». Главное — вовремя прибавить громкость, чтобы похвалу услышал тот, кому она предназначена.
Вам случалось разговаривать с кем-нибудь, не понимая, о чем говорит собеседник? Иногда в таких случаях из памяти вылетает не только предмет обсуждения, но и собственные реплики. Запоминается только одно: как непринужденно вы чувствовали себя во время беседы с этим человеком.
Это явление имеет прямое отношение к следующей маленькой хитрости. Проследите, чтобы она вошла у вас в привычку, прибегайте к ней во время каждого разговора.
Как добиться того, чтобы окружающим было комфортно разговаривать с вами
Однажды воскресным утром, когда я каталась на велосипеде, некая овчарка решила развлечься и погналась за мной. Удирая во весь опор, я то и дело пугливо оглядывалась, проверяла, отстала ли собака. Гонку я выиграла, но угодила в больницу с кривошеей. Вечером меня пришли проведать мужчина, с которым я в то время встречалась, и его друг. Скотт сел рядом со мной, его друг — у меня в ногах. Я не могла повернуть голову, чтобы посмотреть Скотту прямо в глаза, но боковым зрением заметила, что он охвачен несвойственной ему досадой. Расценив ее как сочувствие ко мне, я перестала обращать на это внимание.
Наступила следующая суббота. Мы ужинали в ресторане, где захватывающий монолог, посвященный фирменным блюдам, официантка произнесла исключительно для Скотта. Дождавшись, когда она отойдет, я проворчала:
— Могла бы хоть раз посмотреть в мою сторону.
— Кто бы говорил, Лейл! В больнице ты не удостоила меня ни единым взглядом. Зато с моего друга глаз не сводила, — упрекнул он.
— Скотти, я просто не могла посмотреть на тебя, — объяснила я. — Ты сидел рядом, а мне было больно. Между прочим, болело не что-нибудь, а шея. А твой друг находился у меня прямо перед глазами. Тебе следовало бы пересесть туда, где я могла бы просто смотреть на тебя, не напрягая шею.
