в сторону, пропуская родню в дом. Она надеялась, что, когда ей стукнет восемьдесят, она тоже будет обладать этой суперсилой.
— Сделай нам кофе, милая, — увещевала бабушка. — Ты забыла о манерах?
— Не я шпионю, крадусь и врываюсь в ваши дома без приглашения. Не тебе обучать меня манерам, — сказала Мэдди.
— И все же сделай кофе.
Мэдди отправилась на кухню. Тильда присоединилась к ней, доставая кофейные кружки из шкафа и ставя их на стол. Она наклонилась ближе и поцеловала Мэдди в щеку.
— Не расстраивайся, — прошептала она. — Мы все тебя любим. Ты знаешь это. Никто не будет нападать на тебя.
Мэдди покосилась на Тильду:
— Спасибо, дорогуша. Ты не будешь, а насчет остальных я не уверена.
Когда кофе был готов, Мэдди произнесла:
— Итак, священный долг хозяйки дома выполнен. Угощайтесь! И рассказывайте, чем я обязана вашему визиту?
Калеб и Маркус обменялись мрачными взглядами.
— Не прикидывайся дурочкой, Мэдди, — сказал Калеб.
— Сначала мы были в ярости, — вмешалась бабушка, наливая всем кофе. — Потом Ронни рассказала нам о свадьбе Авы. И мы поняли, что проблема гораздо серьезнее, чем мы себе представляли.
— Избавь меня от театральных фраз, — пробормотала Мэдди.
Бабушка положила руку на предплечье Мэдди:
— Скажи мне правду, милая. Ты любишь его? Ронни уверена, что ты влюблена. Надеюсь, это неправда.
От избытка эмоций Мэдди открывала и закрывала рот и молчала.
— Мои чувства касаются только меня, бабушка, — сухо сказала она. — У меня есть все основания полагать, что Джек невиновен.
Маркус поставил кофейную кружку на стол так резко, что расплескал напиток:
— Проклятие! Пристегнись перед катанием на американских горках объективной реальности, Мэдди.
— Маркус, не начинай, — сказала Мэдди.
Калеб жестко произнес:
— Мы должны объяснить, потому что мы любим тебя.
— У меня появились очень убедительные доказательства, — сказала Мэдди. — Я прошу, чтобы вы еще раз взглянули на ситуацию незамутненными глазами.
— Я ни хрена не прощу этого ублюдка. Он ударил меня ножом в спину. Он выжидал время, чтобы нанести максимальный ущерб «БиоСпарк» и мне лично. Теперь, годы спустя, он нашел новый и занимательный способ причинить мне боль через тебя. Я не могу этого допустить.
— Но это не так, Калеб, — взмолилась Мэдди. — Его подставили.
— Нет. — Калеб швырнул на стол толстую папку. — Детектив Стедман был бы в ярости, но я все равно обратился за помощью в полицейский участок и скопировал файлы из дела Джека.
— В его квартире нет следов вторжения, Мэдди, — произнес Маркус. — Оттуда он сделал запрос на покупку акций «Энерген». Никаких отпечатков пальцев, кроме его, Габриэллы и людей из службы уборки. Билет в Рио был покрыт отпечатками его пальцев. И электронное письмо брокеру отправлено с его IР-адреса.
— Либо он продал наши исследования «Энерген», либо решил, что их разработки лучше наших, и подставил нас, — сказал Калеб. — Я не знаю, что хуже. Но в полицейском досье есть несколько файлов, из которых видно, что он посещал «Энерген» за несколько месяцев до того, как все случилось.
— Он дружил с женщиной, которая там работала, — возразила Мэдди. — Ее зовут Амелия Ховард. А вам не кажется странным, что Габриэлла работает в «Энерген» после всего, что произошло?
Калеб пожал плечами:
— Мне никогда не нравилась эта женщина, но ее не было в квартире, когда отправили запрос на акции, Мэдди.
Мэдди покачала головой:
— У тебя не хватит смелости дать Джеку шанс оправдаться. Ты не допускаешь, что его могли подставить. Это несправедливо.
— Не то слово, как несправедливо, — ответил Калеб. — Я уверен, он думал о несправедливости с самого начала, когда мы вместе учились в школе и университете. У меня не было проблем с оплатой учебы, стажировкой или хорошей квартирой. Я уверен, он считал это очень несправедливым.
— Он не такой!
— Мне жаль, что ты влюбилась в него, Мэдди, — сказал Калеб. — Но включи мозги!
Бабушка сжала пальцы Мэдди.
— Бедняжка моя, — мягко произнесла она. — Как мне неприятно, что тебе приходится это переживать. Я бы сделала все, чтобы уберечь тебя. Я так виновата.
Голос Мэдди сорвался:
— Я знаю, вы хотите мне добра, но я должна побыть одна.
Бабушка встала, выпрямившись во весь рост, и Мэдди напряглась, слишком хорошо зная выражение ее лица.
— Чего бы ты ни планировала добиться этим идиотизмом, мое требование остается в силе, — объявила бабушка. — Запомни это, милая. Я всегда буду любить тебя. Но если ты выберешь этого мужчину, забудь дорогу в мой дом. Не звони мне. Не пиши мне. Если ты останешься с ним, тебе придется прекратить все контакты со мной.
Мэдди с трудом сглотнула и посмотрела на своих братьев:
— Я соскучилась по вам, ребята! Для вас я тоже умерла?
Калеб выглядел несчастным:
— Я не хочу, чтобы этот мужчина был рядом с моей женой и ребенком и моей сестрой.
— Пожалуйста, Мэдди, — натянуто сказал Маркус. — Не поступай так с нами.
Тильда положила руку на плечо Мэдди:
— Дорогая…
— Я вас поняла, — произнесла она, отстраняясь. — А теперь уходите.
Ее семья вышла из дома, и Мэдди закрыла за ними дверь. Она смотрела сквозь жалюзи, как они садятся в свои машины и уезжают.
Спотыкаясь, она вернулась на кухню и тяжело опустилась на стул, уставившись на чашки, кофейные пятна на столе и рассыпанный сахар.
И на толстенную папку. Она неохотно потянула ее к себе, вытащила оттуда документы и начала читать.
Глава 17
Джек подъехал на арендованном седане к парковке отеля и достал телефон. В сотый раз. Он перевел дыхание.
Ранее в тот же день, после обеда с Амелией, Мэдди внезапно отключилась от внешнего мира. Никаких звонков и эсэмэс. Это было на нее не похоже, но сегодня первый день после Парадиз-Пойнт, когда они были порознь. Может быть, ей хотелось уединения, и она возмущалась, что ее постоянно травят. Джек, работая над проектом, тоже забывал о существовании остального мира.
Но влюбленная женщина так себя не ведет.
Он снова попытался ей позвонить, но звонок сразу переключился на голосовую почту. Он больше не оставлял ей сообщений.
Все было благополучно, пока Мэдди не прервала связь. Джек все подготовил для завтрашнего совещания с потенциальными партнерами по производству продуктов ферментативной переработки, в разработке которых он участвовал, а потом арендовал машину. Похоже, его усилия реабилитировать свою репутацию приносили плоды.
Надо будет отпраздновать это событие. Они с Мэдди закажут вкусную еду и откупорят бутылку шампанского. Наверное, они понежатся в джакузи на террасе, любуясь сверкающим горизонтом.
Когда он вошел в пентхаус, там было темно и пусто. Он посмотрел в окно на горизонт и вспомнил,
