заснуть. Вдруг дверь приоткрылась, и фигурка, закутанная в огромную кошачью шкуру, скользнула внутрь. Закрыв дверь на засов, она сбросила шкуру на пол, оставшись абсолютно голой. Это была Неомони.
* * *
Она ушла рано утром, и Амару, пребывая в необыкновенном блаженстве, непроизвольно улыбался, вспоминая её. Став доступной для него, она не стала менее желанной. Это не было наградой за ту проклятую шкуру, и тут мысль о Локсо, омрачила его счастье. Неомони оказалась совсем не такой, как он её представлял. Под утро, они разговаривали, и он гладил её разметавшиеся волосы. Она, положив, голову ему на грудь, смотрела необыкновенно серьёзно, хоть губы её и улыбались. Неомони сказала, что Техкаси не узнает о этой ночи, и если Амару любит Тайп, то может жениться на ней.
— Это была наша ночь, только наша, и никому не надо знать о ней, — произнесла она, прощаясь с Амару утром.
Постель до сих пор хранила её аромат, и Амару задумчиво улыбнулся. Он ещё какое-то время лежал на постели, размышляя, как быть дальше, и не находя ответа. Выбор был труден. «Наверное, Неомони, — решил он. — А может всё-таки Тайп? Как же я могу выбирать Тайп, если она не желает со мной даже разговаривать. Я, конечно, виноват перед ней за ту охоту, и она спасла мне жизнь. Но что ей надо? Как я могу извиниться перед ней, если она видеть меня не хочет? Но надо извиниться. Ведь должен я знать, вправду ли этот Морел ей интересен? Что-то непохоже», — и размышляя в подобном духе, он стал одеваться, чтобы прогуляться по Дому Света. От переполняющих его эмоций, он не мог находиться на месте.
Тайп весь прошлый вечер боролась с собой. У неё на душе было скверно. Она видела, как бесстыдно Неомони соблазняла Амару и её переполняли гнев и боль. Тайп не знала, на что решиться. Она так жалела, когда позволила Морелу увлечь себя танцевать. Ведь Амару шёл к ней. Потом она ускользнула от Морела, но Амару уже не было в зале. Сама не ожидав от себя такого, решила пойти к нему.
Она только вышла из-за поворота коридора, направляясь к нему в спальню. «Поговорить, только поговорить», — убеждала она себя, но сердце её колотилось в груди, и тут она увидела её. Тайп сразу узнала Неомони, хоть та и была завернута, в брошенную Тайо шкуру с головой. Неомони вошла к нему в спальню, и в тишине пустого коридора, раздался звук задвигающегося засова. К своему стыду, она ещё какое-то время постояла в коридоре, питая призрачную надежду, что сейчас Амару выставит её за дверь, но так не случилось.
Ничего не видя перед собой, она побрела назад. Слёзы наворачивались ей на глаза. Тайп хотела пойти в свою комнату, но потеряла ключ. Наверное, во время танца с Тайо, — подумала она. Ей не хотелось ночью искать слуг, чтобы они принесли другой ключ. Вначале, она хотела пойти к матери, но вспомнила, что та куда-то пропала вместе с Бойнедом. Придётся всё-таки позвать слуг. Она встретила одного из них, и он отвёл её к ключнице, которая уже спала. Но у той не оказалось запасного ключа от комнаты Тайп:
— Извините, он был только один. Я сейчас же отправлю слуг поискать его. Вы говорите, что потеряли его в большом зале?
— Да. Ой, а скажите, у вас есть ключ от комнаты моей мамы? Если есть, то я посплю там, пока будут искать мой ключ.
— Да, от её комнаты есть. Вот, держите. Здесь связка из трёх ключей. Это от её комнат. Мы скоро найдём ваш ключ, не беспокойтесь так.
Тайп поблагодарила, и пошла по длинным коридорам. «Она подумала, что я так убиваюсь, из-за этого ключа. Пропади он пропадом», — думала Тайп. Она пришла к комнатам Кармити, и открыла дверь. Спать на диване ей не хотелось, и она пошла в спальню. Дёрнув ручку, Тайп поняла, что дверь закрыта, и удивилась. В Доме Света не было воров. «Как же мама переживает за свои драгоценности! Да здесь стены отделаны чистым золотом! Кому понадобятся её жалкие побрякушки! Это, наверное, просто привычка запирать двери», — она открыла дверь, и вошла. В спальне было несколько плодов найры, приглушённо освещавших комнату. Тайп прошла к кровати, и вдруг заметила корзину с цветами в дальнем углу. Заинтересовавшись, она подошла, и увидела, что их две. «Две огромные корзины, полные цветов! Ох, мама! — Тайп смущённо улыбалась, — значит мне не зря казалось, что в последнее время, она как-то напряжена. И ведь не сказала мне ничего! А Бойнед! Кто бы ожидал от него таких жестов! Не то, что Амару».
При мысли о Амару, её сердце упало, и чтобы отвлечься, она стала рассматривать цветы. В одной из корзин лежала медная шкатулка и записка. Руки Тайп так и тянулись к ним, но она сдержала себя. «Неприлично читать, адресованное не тебе», — подумала она. Но в шкатулку решила заглянуть. Там было тяжёлое золотое кольцо, с большим изумрудом. Тайп оценивающе взглянула на него и изумилась цене. Наверное, Бойнед совсем потерял голову, если дарит такие кольца! Вот у мамы всё хорошо. Почему же ей, Тайп, так не везёт. Дался ей этот Амару.
Спать не хотелось, и немного полежав на кровати, Тайп решила пойти в Зал Света. В огромном зале, среди изображений и статуй Тиу, освещаемых ночью найрой, она стояла и молила Тиу об Амару. «Несмотря на всё его свинство, — мысленно обращалась она к Тиу, — мне нужен он, понимаешь? Ты ведь можешь всё, так дай мне его». Помолившись какое-то время, она бесцельно бродила по залу. Уже стало рассветать, и несколько жрецов пришли начинать свою утреннюю молитву. Тайп развернулась, собираясь уходить, как вдруг увидела входящего в зал Амару. «А ты, чего сюда притащился? — подумала она, несмотря на то, что молила Тиу о нём, не более часа назад, — лежал бы дальше, с этой куклой», — и фыркнув, собралась пройти мимо, не говоря не слова.
Амару, без особой цели, пришёл в Зал Света. Он бродил по коридорам, терзаемый мыслями, не зная, как поступить, и решил зайти сюда. Только вошёл, и увидел Тайп прямо перед собой:
— Тайп! Как хорошо, что я тебя нашёл. Я нигде не мог тебя найти, — он дотронулся до её руки.
Тайп собиралась игнорировать его, но не могла сдержать гнев. Ярость вспыхнула мгновенно, когда он коснулся её. Взглянув ему прямо в глаза, она отвесила ему пощёчину, размахнувшись, что есть силы, и тут же
