разом открываю приходящие на электронную почту письма без особого энтузиазма… Но однажды получаю интересное предложение. Это не работа, а оплачиваемая стажировка, по окончании которой меня могут оставить в штате.
Отвечаю, получаю пробное задание. Вожусь несколько дней и успеваю закончить в назначенный срок. Дальше всё происходит довольно быстро: меня приглашают на техническое интервью, указывают на ошибки и слабые места моего решения и… всё-таки берут!
Дело остаётся за “малым” – найти квартиру, чтобы съехать от Болтянских, и частный детский сад, который пообещал оплатить Валера… Дедлайн приближается как цунами, но ничего подходящего на рынке аренды жилья не попадается. Всё либо слишком дорого, либо неудачно расположено, либо без мебели, либо грязно…
- Не майся ерундой, переезжайте в мою квартиру, – в который раз повторяет мне Ковалёв.
Ну уж нет! Он туда баб своих водит. Там наверняка зараза на заразе! А я в этот бордель ребёнка привезу жить? Да и с какой стати? Как я буду с ним рассчитываться за жильё? Моей копеечной зарплаты не хватит – я уже знаю, сколько может стоить аренда такой квартиры. Буду платить его же деньгами? Или он потребует от меня оплату другим способом? Ещё чего!
Вслух своё возмущение, естественно, не высказываю. Он очень много мне помогает в последнее время, и я вовсе не хочу казаться неблагодарной.
- Оля, ну это же глупо! – эмоционально настаивает. – Квартира стоит пустая, а моему… нашему ребёнку негде жить.
- Но вместе с твоим ребёнком там буду жить и я. А я тебе никто, ты вовсе не обязан…
- Перестань, – перебивает меня. – Ты как минимум мать моей дочери.
Общаясь на детских площадках с разными женщинами, я успела понять, что родители, живущие раздельно, обычно конфликтуют между собой. И уж точно отец не станет решать проблемы матери… То ли Ковалёв какой-то неправильный, то ли он что-то задумал. И я почему-то больше склоняюсь ко второму.
- Я прошу тебя: переезжайте хотя бы на время, – продолжает настаивать. – Если у меня вам не понравится, подыщешь без спешки что-то другое.
До отъезда от Болтянских остаётся всего один день, они уже мне замену наняли. А я всё ещё без квартиры.
- Подозреваю, что завтра ты потащишь ребёнка в какой-то грязный хостел… Оль, ну это же вообще несерьёзно!
- Думаешь, твоё царство разврата намного чище? – выкрикиваю в сердцах, хотя предпочитаю не вступать с ним в споры. – Да там, наверняка, полный букет венерических болезней притаился!
Валера в ответ смеётся. Мерзавец!
- Не переживай, я вызову клининг, к вашему приезду всё будет блестеть. Хочешь, куплю новый матрас в спальню? Ты вообще можешь поехать туда и выбросить то, что по твоему мнению может быть заражено. Я заменю. Но, между прочим, именно в этой квартире мы дали жизнь Алисе. И оба получили удовольствие от процесса, – он понижает голос, и у меня то ли от интонаций, то ли от нахлынувших воспоминаний по животу бегут мурашки.
Провокатор! И это – ещё одна причина, по которой я не хочу туда ехать. Потому что мне неприятно думать о своём позорном падении и о том, как этот самодовольный тип играл там мной, как куклой… Всё хорошее он давно перечеркнул одной фразой, сказанной друзьям!
- Ты не о том думаешь! – злюсь, но возразить не могу...
- Почему же? Я не против доставить тебе удовольствие снова, – пошло подмигивает.
- Так, всё…
- Значит, мы договорились, что до завтра я организую уборку и после обеда заезжаю за вами? Окей.
- Валера! Мы не договорились! – всё ещё пытаюсь стоять на своём, но понимаю, что он прав.
- Договорились, – не принимает мой отказ. – А ты подумай, что там вам может понадобиться. У меня на кухне с техникой и кастрюлями не очень, я редко там что-то готовил.
Конечно… Он эту квартиру использовал совсем для другого…
* * *
Жизнь меня загоняет в угол, и я опять капитулирую. Мы с дочерью перебираемся в квартиру Ковалёва, которая кишит воспоминаниями… Здесь всё отдаёт тоскливой болью. Спектр эмоций очень широкий. Сердце то замирает, то бьётся с утроенной скоростью. Очень хочется изобрести волшебный ластик и стереть себе отдельные участки памяти…
- Мои уезжают на несколько дней. Погоду на выходных обещают хорошую. Я организую небольшую тусовку для самых близких. Посидим на свежем воздухе. Шашлыки, музычка и всё такое. Будут Марк, Сава и Тимофей с девушками. Хочу познакомить тебя и Алису с ними, – заявляет Валера спустя несколько дней после переезда.
Познакомить меня с друзьями? С Савой, который смеялся и презрительно язвил насчёт нашей связи? Это ведь именно ему Ковалёв сказал ту роковую фразу, которая раскатала меня… Неужели теперь не постесняется признаться, что у него от меня дочь?
Мотаю головой. Я не готова к встрече с этими хищниками! Не готова слушать их насмешки, особенно в адрес моего ребёнка.
- Оля, ну почему ты всё воспринимаешь в штыки? Разве я о многом прошу? Кстати, Город будет с Таней. Думаю, она тебе понравится. И вообще, будет классно, если вы подружитесь.
Город – это Марк? Я его, кажется, никогда не видела. Но помню, что о нём в универе ходили какие-то мутные сплетни – о споре с Ковалёвым на девушку, о какой-то возне вокруг миллионного наследства. И вместе с тем, его считали чуть ли не самым гениальным программистом факультета, и все студентки на него слюни пускали… Тот ещё мерзавец, судя по всему. Разве у такого может быть нормальная девушка?
Мне приходится снова идти на поводу у Валеры. Всё-таки он прав: Алиса – и его дочь тоже, я должна с этим считаться… И если он хочет её показать друзьям, то мне остаётся только привести её к ним и помочь не испугаться шумной компании.
Синоптики не обманывают – погода на выходных и впрямь устанавливается отличная. После недели бесконечных дождей организм особенно остро радуется солнцу и теплу, а глаза жадно фотографируют пестрящие цветами и зеленью клумбы.
Мы приезжаем раньше всех. Ковалёв укладывает дочь на дневной сон в доме, а я помогаю ему нарезать салаты и накрывать на стол. Мясом он, как истинный мужчина, занимается сам.
Наблюдаю за ним со стороны. Он оголён до пояса – снял белую футболку, чтобы не посадить пятна, и светит потрясающим спортивным торсом. Я помню, что раньше он
