С такими мыслями я и сидела в мрачном кафе на территории разрушителей, любовалась дрожащими огоньками горящих свечей, и слушала вполуха рассказы Сверра о его студенческой жизни. Парень старался меня развлечь, вспоминая самые забавные случаи из практики, и я даже мило ему улыбалась, делая вид, что мне интересно, но на самом деле на душе скребли кошки. Былая веселость испарилась вместе с ведьмочкой. Зато после ее ухода (вернее, наглого похищения) мне остались две пьяные метлы, умудрившиеся налакаться остатками Катькиного коктейля, один безумно дорогой и ослепительно красивый букет, нежные бутоны которого по — прежнему не желали раскрываться, реагируя на мое настроение, и подозрительно разговорчивый кавалер. То ли он так прощение пытался заслужить за то, что обманул меня, подкупив сатира, то ли и правда надеялся развеселить своими байками.
Пару раз еще подходили близнецы — драконы, непонятно как просочившиеся на вечеринку старшекурсников, но этих я отшила сразу, заявив, что голова разболелась — рога жмут. Парни поржали и умчались искать себе новую жертву, а я продолжила дегустировать коктейли, купленные мне Сверром, осаживать порывающихся полететь танцевать метелок и делать вид, что поглощена рассказом василиска. Хотя этот братец чудной семейки полукровок, по моему скромному разумению, как раз больше походил на отца. Хозяин леса из разноглазого парня получился замечательный.
Даже жаль, что Светлейший — старший вернулся в свои владения охотится за бывшей женой. С другой стороны у младшего теперь будет больше свободного времени… например, для меня. Раз уж Катарина все таки решила остаться с Сигурдом (а судя по тому, что она так и не вернулась на маскарад, все у них сладилось), мне сам бог велел закрутить с его родственником. Не серьезно, конечно, — жених, как показала практика, с этого скользкого змея никакой, но проводить время с ним приятно. И целуется он классно. Почти как Силарин. Впрочем, нет, до этого старого соблазнителя, старшекурсник все же пока не дотягивает.
— Эй, блондинка, ты там не уснула часом? — спросил Сверр, раскусив все‑таки мою актерскую игру. Побелевшие к полуночи пряди ему никак не давали покоя, и он то и дело меня поддразнивал, а один раз даже дернул за светлый локон. Мальчишка!
— Почти сплю, — я виновато улыбнувшись. — Алкоголь расслабляет, твой голос убаюкивает, вот и…
— Так, может, потанцуем? — предложил брюнет. — Да не ты! — он поймал Метланиэль, рванувшую в центр зала, и та грустно опустила листочки, почти как мой волшебный букет.
— Лени — и-иво, — я сцедила в кулачок фальшивый зевок и пододвинула к себе очередной высокий стакан с соком, алкоголем и мороженым. Вкуснятина!
— Понятно, — криво усмехнулся собеседник. — Это я на тебя тоску навожу или…
— За Катюху переживаю просто, не принимай на свой счет, — призналась честно.
— Да все у нее в шоколаде! Сигурд ее на руках носит и пылинки сдувает, что он ей сделает… ну, кроме приятного? — усмешка его стала до неприличия довольной, а голубой глаз хитро блеснул из‑под косой челки.
— Видимо, ей там очень — очень приятно, раз она даже весточку не удосужилась прислать, что с ней все в порядке. Метлу свою тут бросила… И это наша ответственная и до жути аккуратная Катарина?!
— Завидуешь? — прищурился парень.
— Ее аккуратности?
— Ты меня прекрасно поняла, Эллис.
Пришлось признаться:
— Не завидую. Я рада за нее: Сальдозар мужик хороший, надежный, и ее по — настоящему любит. Но как‑то…
— Ревнуешь подругу? — догадался парень.
— Есть немного, — вздохнула я и, взяв ложечку, принялась за мороженое.
— Это потому, что она у тебя одна. Будет больше друзей, и делить их с другими станет проще, — философски проговорил мой… претендент в друзья.
— Поверю на слово, — сказала я, проглотив холодный кусочек с освежающим вкусом мяты.
Болтая обо всем на свете, мы так и досидели со Сверром до часа «Х», когда Золушке по закону жанра полагалось бегом покинуть бал, оставив на прощание туфельку принцу. Но так как обувь мне и самой еще могла пригодится, я решила поступить иначе. Для начала отправила парня отнести поднос с использованной посудой, сама же быстро нацарапала прощальную записку и, отодрав от шляпы рожки, приложила их к наскоро наколдованному свитку. После чего повернула волшебное перо, чтобы стать невидимой, однако кафе сразу не покинула, желая посмотреть на реакцию «лешего», когда он будет читать мои каракули. Мрачное выражение его лица и удар кулака по столешнице удивления не вызвали. Так и знала, что он разозлится, потому и решила исчезнуть тихо. А на магическую вязь на пальце еще в комнате надела заряженный магией перстень, который блокировал чары чужого «кольца», не позволяя ему работать маяком.
Ох, чую, завтра мне влетит от брошенного в разгар бала кавалера. Хотя… он же знал про княжича, чего тогда бесится? Или надеялся, что я передумаю? Наивный! Во — первых, ведьмы слово держат, а Каину я дала обещание. Во — вторых, смена обстановки — лучшее лекарство от плохого настроения. Ну, и в — третьих… пусть поревнует. Не все мне мучиться. С этими мыслями я и покинула кафетерий разрушителей, предварительно дождавшись, когда Сверр, вооружившись нашими метелками, отправится на мои поиски. Уж не знаю, чего именно он хотел от этих деревянных особ: чтобы дорогу указали или чтобы послужили предметом шантажа, но едва парень смешался с толпой, как Метланиэль с моей боевой подругой вырвались и взмыли вверх, а потом, странно петляя, и вовсе вылетели из зала… с третьего раза попав в дверь. Вот куда, спрашивается, направились в таком‑то состоянии и без хозяек? Учитывая, что я вышла после их фееричного вылета, явно не ко мне.
С Каином мы встретились на условленном месте и, придирчиво осмотрев окончательно облондинившуюся меня в подаренном им платье и шляпке с лентой в тон, оборотень довольно улыбнулся и предложил мне руку, за которую я с удовольствием уцепилась. На вечеринку двуипостастных мы попали через открытый парнем портал. Туда же влетели и вывернувшие из‑за угла метлы.
— Вот и моя ведьмочка! — заявил Каин, отступая в сторону от меня, чудом умудрившейся поймать обеих нарушительниц спокойствия.
— Здрас — с-сте, — выдала я, стукнув черенками по каменному полу. В воцарившейся тишине звук вышел слишком громким, и это смутило меня даже больше, чем устремленные в нашу сторону взгляды оборотней. Народу здесь было не меньше, чем на маскараде. И все такие нарядные, красивые… холеные. Да и мраморный зал с заряженными магией люстрами выглядел весьма внушительно. В МАРиС я такого не видела. Из чего сделала вывод, что либо плохо знаю устройство нашего учебного заведения, либо однокурсник привел меня в какое‑то другое место, и как далеко оно находится от Академгородка — неизвестно. Решив прояснить этот вопрос у спутника, когда на нас перестанут наконец пялиться, я мило улыбнулась гостям и сделала некое подобие книксена в знак приветствия. Многие в ответ кивнули, некоторые тоже ответили улыбкой, а остальные просто вернулись к прерванным разговорам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
