— Спасибо, мисс Бромли, с удовольствием.
Он взял тарелку и принялся накладывать на нее еду с такой быстротой, что это вызвало у Люсинды еще больше подозрений. Уходя вчера утром, он поинтересовался, в котором часу она обычно завтракает. Она ответила, что в половине девятого, полагая, что он рассчитает свой следующий визит с учетом этого времени. Она взглянула на часы — было восемь тридцать две. Это не совпадение. Калеб не тот человек, который совершает такого рода ошибки.
Патриция с трудом сдерживалась, чтобы не хихикнуть. Люсинда посмотрела на нее с упреком, а потом взглянула на Калеба.
— Полагаю, слуги в вашем хозяйстве вообще не задерживаются, мистер Джонс? — холодно спросила она.
— Штат у меня небольшой. — Он положил себе порядочный кусок яичницы. — Я живу один. Почти все комнаты заперты. Мне нужна только экономка и человек, который заботился бы о моем саде. Я вообще не люблю, чтобы вокруг меня крутилось много народу, особенно когда работаю. Это отвлекает.
— Понимаю, — без всякого выражения ответила Люсинда, едва сдерживая смех.
Калеб сел за стол.
— Никак не возьму в толк. Экономки приходят и уходят, как поезда. Проработают месяц-два — и берут расчет. Мне все время приходится обращаться в агентство по найму прислуги, чтобы они прислали новую экономку. Это так раздражает, скажу я вам.
— И каковы жалобы? — спросила Люсинда.
— Главная в том, что они все уходят.
— Я имела в виду не вас, сэр. Почему они уходят от вас так регулярно?
— Причин сколько угодно. — Он принялся за яичницу. — Некоторых пугало, что я по ночам хожу по библиотеке. Они говорили, что создается впечатление, будто по дому бродят призраки. Глупое суеверие, конечно.
— Конечно, — пробормотала Люсинда.
— Другие говорили, что их пугают некоторые эксперименты, которые я иногда провожу. Будто фотовспышка может кому-либо навредить.
— Вообще-то считается, что она опасна, сэр. Известно много серьезных несчастных случаев среди фотографов, которые использовали опасные химические вещества, чтобы изготовить вспышку.
Калеб бросил на Люсинду раздраженный взгляд:
— Мне только предстоит сжечь дом, мисс Бромли.
— Желаю удачи, сэр.
Калеб снова обратился к тарелке.
— А чаще всего экономки жалуются на мое расписание.
— А оно у вас есть? — с преувеличенной вежливостью поинтересовалась Люсинда.
— Конечно, есть. То, что оно меняется в зависимости от дел, которые я расследую, не моя вина.
— Хм-м.
Вмешалась Патриция, решившая, что, видимо, пора переменить тему:
— Люси как раз читала заголовки утренних газет.
— И что же пишут? — Увидев заголовок на первой полосе, он покачал головой. — Ах эта бульварщина. Не верьте ничему, даже мелочи, о которой пишут в этой газетенке. Такие листки процветают только за счет сенсаций.
— Возможно. Но вы должны признать, что это очень захватывающее описание весьма загадочного преступления. Вот послушайте: «Духи помешали свершиться кровавому злодеянию. Корреспондент Гилберт Отфорд. Невидимые руки из Внешнего Мира предотвратили чудовищный оккультный ритуал и спасли жизнь невинному мальчику. Вот что сообщили свидетели вашему корреспонденту.
Читателям этой газеты будет, вероятно, сложно поверить, но полиция подтвердила тот факт, что в самом центре Лондона странная секта, поклоняющаяся силам дьявола, уже в течение нескольких недель совершала страшные ритуалы.
На этой неделе, а точнее, во вторник вечером, секта собиралась принести в жертву мальчика, похищенного с этой целью с улиц Лондона. Ошеломленные свидетели рассказали о невидимых силах, появившихся из-за завесы и вмешавшихся в последний момент, чтобы спасти жизнь намеченной жертвы.
Глава культа именует себя слугой Каруна. Полиция опознала в нем некоего мистера Уилсона Хэтчера, проживающего на Роун-стрит. Мальчик, предназначенный на роль жертвы, в ужасе сбежал с места происшествия и не найден до сих пор.
Полиция арестовала несколько человек, среди них мистера Хэтчера, которого власти считают сумасшедшим.
Ваш корреспондент беседовал со своим осведомителем, который сообщил, будто предполагаемая жертва ритуала была спасена не духами, а людьми из некоего тайного общества, занимающегося исследованиями в области психики…»
— Хм-м. — Калеб проглотил кусок тоста. — Гейбу это не понравится. Но слухов избежать трудно.
Люсинда опустила газету.
— Вчера была среда, — сказала она.
— Да. — Калеб улыбнулся миссис Шют, которая поставила перед ним чашку и серебряный прибор. — Благодарю вас, миссис Шют. Между прочим, треска сегодня просто великолепна.
— Я рада, что она вам понравилась, сэр. — Просияв, миссис Шют ушла на кухню.
Патриция посмотрела на Калеба:
— Почему вы озабочены тем, что до корреспондента газеты, возможно, дошли слухи об обществе «Аркейн»?
— Среди членов совета бытует мнение, что обществу ни к чему становиться пищей для сенсаций. — Калеб взял из баночки джема и намазал на тост. — Я с этим согласен. Но вряд ли могут повредить сплетни о существовании какого-то тайного общества исследователей психики. В конце концов, в Лондоне не счесть групп и организаций, занимающихся изучением сверхъестественного. Пусть будет еще одна.
— Вы поэтому не спали во вторник? — Люсинда постучала пальцем по газете. — Это вы были невидимой рукой, появившейся из-за завесы и спасшей мальчика? Так вот откуда у вас синяк под глазом и сломанные ребра.
— Да, я там присутствовал, но был не один. Молодой человек по имени Флетчер, обладатель весьма необычного таланта, помог мне пробраться в жертвенное помещение, а потом вывести оттуда Кита. Я был там только для того, чтобы предотвратить бегство главаря. Вы не будете так любезны, мисс Бромли, передать мне кофейник?
— И как же этот молодой человек совершил свой удивительный подвиг? — спросила Патриция.
— Он в состоянии так управлять энергией, чтобы отвлечь внимание. В каком-то смысле он может сделать так, что вещи и даже он сам исчезают — во всяком случае, на короткое время. А еще он умеет проникать в запертые помещения. По существу, он потенциальный маг. — Калеб немного подумал. — Хотя по какой-то причине он никогда не демонстрировал свои способности на сцене. Думаю, он чувствует себя неловко, когда оказывается в центре внимания.
— Он на самом деле такой волшебник? — спросила Патриция. — Как удивительно.
— Возможно, он носит в кармане семена какого-либо папоротника, — сухо сказала Люсинда.
— У папоротника нет семян, — нахмурилась Патриция. — Папоротники размножаются спорами.
