— Тогда ты научишь рабов мыть это, — указал он пальцем на пистолет, — а меня обращаться.
— Договорились, — кивнул я.
Вот теперь моя миссия уже не казалась настолько сложной. Сейчас, я словно окунулся в привычные для меня условия. Единственное, о чём я жалел, что не выбрал оружие с длинным стволом, но переигрывать сделку Гравий отказался, видимо поняв, что продешевил.
Я умудрился прихватить с собой ещё один магазин, оторвал от пола, тяжёлое, деревянное ведро и направился к выходу. Квартировался я в здании неподалёку, так что перенести никому не понятные предметы через улицу, труда не составило.
Там я ссыпал из кошеля ровно десять золотых монет, которые взял на всякий случай и остался, можно сказать, нищим. Но это меня нисколько не смущало. Ради такой игрушки не жалко было и отдать всё то, что имел при себе. Управляться с пистолетом, имея крюк вместо одной руки, было крайне неудобно: приходилось помогать коленями, но это тоже всё окупалось. На улице уже во все права вступила ночь и о том, чтобы затевать проверку спящего советника, я даже не думал. Теперь в голове выстраивались стандартные схемы убийства клиента.
Где он пройдёт, когда и в какую сторону посмотрит, и с какого расстояния я смогу произвести выстрел. Всё это я обдумывал, продолжая отмачивать и очищать пули, пока крылышки не начинали свободно ходить. Керосином я провонял теперь с головы до ног, но и это меня не останавливало.
Завтра днём поедем с Гравием за город и попробуем пристрелять этот странный пистолет. Мне необходимо понять на какой дистанции он даёт прицельный выстрел. На что мне следует рассчитывать с неумелым телом и глазами.
Да, знания о стрельбе остались, но вот тело с подобным столкнулось впервые, и как бы я ни старался, всё равно руки привыкли к другому оружию и не очень-то слушались.
Всё это я осознал на болотах, пытаясь попасть в тарелку с расстояния в пятьдесят шагов. Удалось сделать это с третьего выстрела, у Гравия этого не вышло и с тридцати, только зря пули потратил. Однако выделываться мне было не с руки, и я не сильно возражал: в крайнем случае, всегда могу приехать и прикупить их, о чём не забыл договориться с Главой.
Заодно мы решили, что никто за пределами Сэпты не узнает об этом оружии. Так было удобно и ему и мне.
Я потратил почти половину ведра, но палец всё никак не хотел слушаться и давил на крючок, ожидая выстрела; от этого сбивался прицел, и пуля уходила совсем не туда, куда я планировал, нажимая спуск.
Приходилось сдерживать себя и начинать прицеливание с утопленным крючком — дело пошло лучше, а ещё я заметил, едва уловимый свист, когда держал пистолет, готовым к бою. В один из таких моментов я неприлично долго целился, и даже подумал, что не поразил цель. Однако при ближайшем рассмотрении в тарелке обнаружилось отверстие, но сама она при этом осталась целой, то есть не разлетелась на куски.
Выходило так, что пуля вышла из ствола намного быстрее, чем все предыдущие, и в этом я вскоре убедился, проведя эксперимент на стволах старых чёрных деревьев. Быстрое нажатие пробивало ствол, но не всегда, в отличие от метода с удержанием спуска. Тогда пуля прошивала его, даже не заметив, будто сквозь бумагу летела.
Что это? Звук накапливается, или он что-то делает с самой пулей и с воздухом вокруг неё? Вопросов больше, чем ответов, но факт остаётся фактом, оружие до сих пор работает, а качество деталей таково, что они пролежали пару сотен лет в земле и воде и даже ржавчиной не покрылись. Хотя металл, судя по виду, использовался чёрный.
Несколько дней я выбирал позицию для стрельбы. А как всё это превратить в шоу, мы обговорили с Гравием. Выходило так, что он остановит старшего советника посередине улицы и станет ему предъявлять претензии, а я прикрою это дело с окна второго этажа, метрах в семидесяти. Главное, чтобы он не сближался с охраной и целью, но это, я думаю, и сам советник сделает за нас.
Гравию, по сути, нужно было толкать ему в лицо пафосные речи, кричать о возмездии клана и периодически указывать пальцем на людей из личной охраны. Если они профессионалы, то постараются прикрыть собой босса и поскорее убрать его с улицы; а если нет, то скорее всего разбегутся сразу, или просто будут тупить, не понимая, с чего это вдруг их товарищ умер.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вспышки оружие не производит, звук, с которым пуля покидает ствол, тоже особо ни на что не похож, так что пока до них дойдёт, что происходит, я смогу их всех здесь положить. Но в случае их действия, как профессионалов, о картинной смерти советника придётся забыть — я сразу буду действовать на результат.
Плюсы этого мира в том, что эти люди никогда не сталкивались с подобным оружием, мало того, навыков оперативной работы здесь тоже нет. Да, что-то похожее уже начинает формироваться, но по факту остаётся лишь жалкими зачатками той системы, в которой мне приходилось работать. Никто не станет просчитывать траекторию полёта пули и вычислять тем самым стрелка, тем более, что они и знать не знают, что это за слова такие. Такое очень сильно упрощает мою задачу.
Я затаился на чердаке одного из зданий, и ожидал появления цели и громогласного голоса Гравия. Прислонившись спиной к подстрапельной опоре, я рассматривал пистолет в своей руке. А воевали ли вообще предки этого мира? Если да, тогда почему так мало оружия удаётся найти, или это касается исключительно городов? Что, если военные части у них выглядели так же, как и в моём мире, и большая часть складов находится под землёй?
Нет, они определённо там, но склад изначально мог быть построен, как бункер и теперь его просто невозможно отыскать. Ведь такие вещи не наносятся на атласы дорог. Всё это может быть жалкими, гражданскими игрушками, по сравнению с тем, что может обнаружиться на таких складах. Однако, ещё пару дней назад я и о подобном мечтать не мог. Да меня здесь и пистолет Макарова устроил бы на все сто процентов.
— Эй, постой-ка Дорин, — услышал я громкий голос Гравия, — Не спеши, нам нужно поговорить.
Люди стали останавливаться и с любопытством смотреть на разгорающийся конфликт. По сути, здесь все до единого знали, кто есть кто. Население этого города вряд ли превышало пару тысяч человек и в таком мешке, шило утаить просто невозможно. Все они — недавние переселенцы, которые собрались в кучу, потерпев неудачу в других местах. А под крышей кланов поселения начинают развиваться и это все понимают. Естественно, что и власть никогда не упустит своего, а будучи вторым сыном короля, и не имея возможности войти на престол в родном королевстве, всегда можно испытать силы в новом, только что созданном.
Так и образуются все эти деревни, города и новые королевства. Кланы легко соглашаются на подобное и выделяют землю, в обмен на покорность Императору. Рабы, чаще всего, появляются в ходе войны с другими Империями, но и местные, отчаявшись от жизни, продаются в рабство. Так хотя бы с голоду не умрёшь. А работать оно и так нужно, только на свободе это не даёт гарантию, что вечером тебя будет ждать ужин.
Советник что-то ответил и между ним и Гравием завязался спор, слов было не разобрать, потому как они перешли на пониженные тона. До меня долетали обрывки слов и фраз, но я не стал разбираться в их смысле.
Тело находится в покое, дыхание ровное, рука с пистолетом лежит на нижней части оконной рамы, и я жду, пока Гравий укажет пальцем хоть на одного человека. Вскоре это случилось, вот только палец явно указывал в грудь непосредственно старшему советнику, а голос Гравия вновь загремел на всю округу: «Думаешь окружил себя стражей и кланы не смогут до тебя добраться? Ошибаешься Дорин, ты умрёшь так же, как любой другой, кто ослушается нас. Ты забыл, кто устанавливает закон на земле, но даже не в этом самое страшное твоё преступление — ты поднял руку на тех, кто позволил тебе жить здесь.»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он что-то ещё вещал, продолжая указывать пальцем на Дорина, а я уже отключился от этого и думал только про выстрел. Вдавил спуск, не спеша подкорректировал прицел и плавно отпустил крючок. Дорин дёрнулся и посмотрел на грудь, а я для верности произвёл ещё пару выстрелов, выбивая кровавые брызги у него из спины, а затем и затылка.
