Читаем без скачивания Победитель - Мэри Лю

– Ты жив? – взволнованно шепчу я.

– Поживее тебя, красавчик, – хрипит он, его тяжелое дыхание и шаги громко отдаются в моем наушнике. – Уноси ноги с аэродрома. Скажи Франки – пусть кончает тянуть волынку. Мне еще нужно отделаться от двоих на хвосте.

Паскао отключается.

Я вызываю Франки:

– Мы готовы, врубай!

– Ясно, – слышится ее голос.

Экраны внезапно темнеют, громкоговорители над городом смолкают, и все погружается в жуткое безмолвие. Солдаты Колоний, гнавшиеся за Паскао, и, вероятно, остальные замирают и недоуменно смотрят на погасшие мониторы.

Проходят несколько беззвучных секунд.

А потом ослепительный взрыв раскалывает тишину посреди аэродрома. Я оглядываюсь на первую линию солдат – они медленно поднимаются с земли, ошеломленно осматриваясь. Электрические искры взвиваются в воздух, прыгая с одного самолета на другой. Солдаты второго ряда открывают беспорядочный огонь, но охранники по периметру площадки обнаруживают, что их автоматы не работают. Я бегу к Щиту.

Еще один взрыв сотрясает то же место, и золотистое марево обволакивает все вокруг. Среди солдат раздаются панические крики. Они не видят, что происходит, а я знаю: сейчас каждая наша бомба уничтожает целый ряд самолетов, а кроме того, временно выводит из строя магниты в их оружии. Кто-то все же палит наобум в темноту, будто там залегли солдаты Республики. Что ж, они не так уж далеки от истины. И словно в ответ на мои мысли, республиканские самолеты вдоль Щита взмывают в небо. Их рев оглушает меня.

Я переключаю микрофон на Франки:

– Как идет эвакуация?

– Все гладко, насколько возможно, – отвечает она. – Похоже, осталось еще две волны. Готов к своему бенефису?

– Запускай, – шепчу я.

Экраны снова оживают. На сей раз все они показывают меня. Мы специально сделали эту запись. Я широко улыбаюсь Колониям, пока их солдаты забираются в уцелевшие самолеты. Теперь мне кажется, я смотрю в лицо постороннего человека, лицо незнакомое и наводящее ужас, перечеркнутое по глазам широкой темной полосой. На несколько секунд я забываю, что это наше видео, и в панике бросаюсь в копилку своей памяти, где все же нахожу нужное воспоминание, и вздыхаю с облегчением.

– Меня зовут Дэй, – говорит мой двойник с экрана, – я сражаюсь за народ Республики. На вашем месте я бы не шалил.

Франки пускает запись еще раз. Впереди самолеты Республики с ревом рассекают небо – оранжевые вспышки освещают поле воздушного боя. Из-за нашей вылазки Колонии потеряли добрую половину самолетов, и теперь, застигнутые врасплох, солдаты бросаются врассыпную в поисках укрытия. Готов поспорить, командиры сейчас их поносят на чем свет стоит.

Франки возвращается на линию.

– Республиканская армия узнала о нашем успехе, – радостно сообщает она.

На заднем плане я с облегчением слышу болтовню Паскао.

– Отличная работа, неуловимые. Джоро и Бакстер уже возвращаются. – Теперь голос Франки звучит встревоженно: – Мы уже уходим. Дайте мне несколько секунд, и…

Она отключается. Я удивленно моргаю.

– Франки? – вызываю я, пытаясь снова подключиться.

Ничего. Только белый шум.

– Куда она делась? – пробивается в эфир Паскао. – У тебя тоже нет связи?

– Да.

Я пробираюсь вперед, стараясь не думать о плохом. До Щита, где мы будем в безопасности, совсем недалеко (я уже вижу небольшой проход, через который мы должны вернуться), и тут среди всеобщего хаоса вижу солдат Республики – они появляются из пыли, чтобы остановить наших преследователей. До двери всего несколько ярдов.

Пуля свистит в каких-то дюймах от моего уха. От крика, который я слышу в следующий миг, кровь холодеет. Я оборачиваюсь и вижу Тесс с Франки – они бегут следом за мной, поддерживая друг друга. За ними пять-шесть солдат Колоний. Я замираю и тут же меняю направление – выхватываю из-за пояса нож и изо всех сил кидаю его в солдат. Нож попадает военному в бок, и тот падает на колени. Его товарищи замечают меня. Тесс и Франки едва успевают добежать до стены. Я несусь за ними. Солдаты за спиной поднимают стволы.

Тесс заталкивает Франки в проход, и тут из тени недалеко от двери выходит человек в офицерской форме. Я тут же узнаю его. Томас. В одной руке у него болтается автомат.

Его убийственный взгляд устремлен на нас с Тесс, мрачное лицо искажено свирепостью. На мгновение мир словно погружается в тишину. Я смотрю на автомат. Томас поднимает ствол. Нет! Я инстинктивно кидаюсь к Тесс, закрываю ее своим телом. Он убьет нас!

Едва эта мысль успевает промелькнуть в голове, как Томас поворачивается к нам спиной и идет на наступающих солдат Колоний. Его рука трясется от ярости, крепко сжимая автомат. Я поражен, но на размышления нет времени.

– Иди, – подталкиваю я Тесс.

Мы вваливаемся в туннель. И тут Томас стреляет раз, другой, третий. С каждой очередью он испускает крик, от которого кровь стынет в жилах. Лишь через секунду-другую я разбираю слова:

– Да здравствует Республика! Да здравствует Президент!

Он успевает дать шесть коротких очередей, и тут противник отвечает на огонь. Я прижимаю Тесс к груди, закрываю ей ладонью глаза. Она возмущенно вскрикивает.

– Не смотри, – шепчу я ей на ухо.

Голова Томаса резко дергается, и все его тело обмякает. Перед моим взором мелькает мать в последнюю секунду ее жизни.

Убит выстрелом в голову. Его убили выстрелом в голову. Казнили через расстрел.

Тесс подпрыгивает, слыша, как раскалывается череп Томаса, и приглушенно рыдает под моей ладонью. Дверь за нами захлопывается.

Паскао встречает нас в тот самый миг, когда мы выходим из туннеля. Он с ног до головы покрыт пылью, но усмехается.

– Нас эвакуируют с последней волной, – кивает Паскао на два джипа. – Они ждут, чтобы отвезти нас в бункер.

Солдаты Республики бегут к нам, но, едва успев перевести дух, я замечаю, что Франки лежит на земле, а над ней склоняется Тесс. Усмешка сходит с лица Паскао. Военные блокируют туннель, а мы собираемся вокруг Франки. Тесс достает аптечку, тело Франки сотрясают судороги.

Куртку с нее сняли, и я вижу пропитанную кровью рубашку. Глаза девушки широко раскрыты от ужаса. Она еле дышит.

– Ее ранили, когда мы убегали. Три или четыре пули.

Тесс срывает с Франки рубашку, на ее лбу блестят капельки пота. Дрожащие руки мечутся над телом, посыпают раны порошком, закладывают в них бальзам. Закончив, Тесс достает толстенную пачку бинтов.

– Ничего, она выживет, – бормочет Паскао. – Нужно ехать. Немедленно.

Тесс отталкивает его, чтобы не мешал, и сильно перетягивает рану, затем отирает лоб.

– Дай мне еще минутку, – цедит она сквозь зубы. – Необходимо остановить кровотечение.

Паскао готов возразить, но я кидаю на него остерегающий взгляд:

– Пусть делает, что нужно.

Я присаживаюсь рядом с Тесс и беспомощно опускаю глаза на несчастную Франки. Я понимаю, ранения смертельны.

– Чем помочь? – спрашиваю я.

– Пережимай раны, – отвечает Тесс, кивая на пропитавшиеся кровью бинты.

Она торопится сделать примочку.

Веки Франки трепещут. Она издает сдавленный крик, потом обводит нас взглядом:

– Поспешите… Колонии… наступают…

Она умирает еще целую минуту. Тесс все колдует над телом, и я наконец останавливаю ее. Затем поднимаю взгляд на Паскао. Солдат снова подходит к нам, сурово хмурясь.

– Последнее предупреждение. – Он показывает на открытые двери джипов. – Мы отъезжаем.

– Идите, – говорю я Паскао. – Мы сядем во вторую машину.

Пораженный смертью Франки, Паскао секунду медлит, потом вскакивает на ноги и ныряет в джип. Тот срывается с места, оставляя за собой облачко пыли.

– Идем, – говорю я Тесс, склонившейся над безжизненным телом подруги. – Пора уходить.

По другую сторону Щита кипит сражение.

Тесс вырывает свою руку из моей и со всей силы швыряет пачку бинтов в стену, потом поворачивается, чтобы еще раз посмотреть на пепельно-серое лицо Франки. Я встаю и заставляю Тесс подняться. Мои окровавленные пальцы оставляют на ее руке следы. Солдаты хватают нас обоих и волокут к джипу. В машине Тесс перехватывает мой взгляд. В ее глазах стоят слезы, сердце разрывается от ее страданий. Мы отъезжаем от Щита, и я вижу, как военные кладут тело Франки в грузовик. Мы поворачиваем за угол и несемся к бункеру.

Ко времени нашего приезда Паскао с его людьми уже спустились в подземелье. Солдаты нервничают. Когда они пропускают нас через сетчатые ворота, от Щита доносится взрыв, сотрясающий землю. Мы, словно во сне, бежим по металлической лестнице, потом по коридорам, залитым тусклым красноватым светом. Грохот сверху отдается гулким эхом. Мы спускаемся все ниже и ниже, наконец оказываемся в бункере и несемся к поезду. Военные помогают нам забраться в вагон.

Состав трогается, мы отъезжаем от бункера под канонаду взрывов, которые едва не сбивают нас с ног. Тесс цепляется за меня – я прижимаю ее к себе. Туннель за нами обрушивается, и мы погружаемся в темноту. Поезд мчится все дальше и дальше. Нас догоняют отзвуки взрывов.